Алексей Ягудин поделился откровенными размышлениями о результатах российских фигуристов на Олимпиаде‑2026, уделив особое внимание выступлению Петра Гуменника. Спортсмен, который впечатлил зрителей и экспертов исполнением пяти четверных прыжков, в итоге занял лишь шестое место — и этот результат вызвал немало вопросов.
Ягудин озвучил мнение, которое, по его словам, в России не слишком охотно обсуждают публично. Он сослался на оценки иностранных специалистов: те отмечают, что выступление Гуменника выглядело недостаточно динамичным, большая часть элементов была выполнена в центральной части катка, а главное — не хватило качества скольжения и общей плавности катания. «Есть и другое мнение по поводу Петра — у нас его не особо озвучивают. Иностранные специалисты говорят, что всё медленно, всё в центре льда, нет скольжения, нет качества катания. Значит, нужно улучшаться, чтобы таких разговоров не было», — подчеркнул Ягудин.
По мнению олимпийского чемпиона, одна из ключевых проблем российских фигуристов кроется в системе подготовки и оценки на внутренних соревнованиях. Ягудин считает, что спортсмены привыкают к высоким баллам на национальных стартах, где судьи зачастую более лояльны. Это, в свою очередь, может приводить к излишней самоуверенности и недооценке требований международного уровня. На мировой арене, как отметил Ягудин, подход к судейству куда строже: здесь недостаточно просто выполнить сложные элементы — важно продемонстрировать артистизм, скорость, плавность переходов и грамотное распределение контента по всей площади катка.
При этом фигурист отдельно остановился на вопросах судейства в целом. Он признался, что не понимает тенденции выставлять высокие компоненты (оценки за компоненты программы — артистизм, скольжение и т. д.) спортсменам, которые допускают падения во время выступления. По его мнению, такие ошибки должны ощутимо влиять на итоговый результат — ведь падение не только прерывает целостность программы, но и свидетельствует о недостаточной стабильности спортсмена в ответственный момент.
В то же время к судейству в женском одиночном катании у Ягудина претензий не возникло. Напротив, он высоко оценил работу арбитров на примере Аделии Петросян: «Однозначно хочу сказать: Аделию Петросян судили хорошо. Все элементы получили четвёртый уровень». Это заявление подчёркивает, что, по мнению Ягудина, при грамотном и объективном подходе судьи способны давать справедливые оценки — проблема, скорее, в отдельных тенденциях и стандартах, которые иногда искажают реальную картину выступлений.
Слова Ягудина вызвали живую реакцию в фигурном сообществе. Часть экспертов согласилась с его тезисами, отметив, что российским спортсменам действительно стоит уделять больше внимания качеству скольжения и композиции программ, а не только сложности прыжков. Другие же возразили, что на международных турнирах нередко действуют негласные правила и предубеждения, из‑за которых даже безупречное катание не всегда гарантирует высокие места.
Тем не менее выступление Гуменника и комментарии Ягудина стали поводом для широкой дискуссии о том, как российским фигуристам адаптироваться к международным стандартам и какие аспекты подготовки следует усилить, чтобы добиваться более высоких результатов на крупнейших соревнованиях. Вопрос остаётся актуальным: чтобы конкурировать на равных, спортсменам нужно не просто выполнять сложные элементы, а демонстрировать целостное, гармоничное и динамичное катание, отвечающее всем требованиям современной системы судейства.