В Общественной палате Татарстана состоялся круглый стол, посвященный защите несовершеннолетних от цифровых рисков. Мероприятие объединило экспертов в области права, представителей прокуратуры Беларуси, педагогов и общественных деятелей.
Председатель комиссии ОП РТ по правовым вопросам Тимур Какохо пояснил, что тема встречи продиктована запросами родительского сообщества: в палату регулярно поступают обращения о том, как обезопасить детей в сети.
Уполномоченный по правам ребенка в РТ Светлана Захарова напомнила, что развитие безопасного информационного пространства закреплено в Стратегии национальной безопасности как один из национальных интересов.
– Деструктивное психологическое воздействие через соцсети ведет к насаждению чуждых нам ценностей, разрушению традиционной семьи и патриотизма. Мы видим, как дети попадают в правонарушения, ответственность за которые наступает уже с 14 лет, – констатировала омбудсмен.
Захарова привела данные о мировой тенденции введения возрастных цензов и родительского согласия на регистрацию в соцсетях (Австралия, Франция, Турция), но главный акцент сделала на профилактике. Проведя мини-опрос среди присутствующих подростков, она выяснила, что никто из них не смог вспомнить, чтобы утром родители просто сели рядом и поговорили по душам.
– Наша задача – помогать не только детям, но и родителям, которые выросли в 90-е, выстраивать эти отношения, – резюмировала она.
Замминистра цифрового развития РТ Булат Габдрахманов конкретизировал спектр угроз: от мошенничества и дропперства до вербовки в деструктивные сообщества и кибербуллинга.
– К сожалению, статистика удручающая: на 30% больше детей вовлечено в мошеннические схемы, почти 70% сталкиваются с кибербуллингом. Несмотря на технические меры (маркировка звонков, ограничения на портале Госуслуг), главное – это цифровые навыки и образование. Мошенники не стоят на месте, и держать руку на пульсе – наша общая задача, – подчеркнул он.
Габдрахманов привел положительный пример: после ограничений в работе мессенджера WhatsApp количество мошеннических схем снизилось на 40%.
Делегация Научно-практического центра проблем укрепления законности и правопорядка Генеральной прокуратуры Беларуси предложила отказаться от заимствованного термина «буллинг» в пользу исконно русского понятия – «травля».
Директор Центра Игорь Мороз пояснил, что использование англоязычного термина ограничивает видение общественной опасности явления.
– Это понятие мешает нам увидеть связь между травлей в школе и такими проявлениями, как экстремизм или нацистская идеология. Наши отечественные аналоги несут более точную и яркую эмоциональную окраску, донося до несовершеннолетних весь негативный смысл деяния, – отметил он.
Его коллега Ольга Топорикова представила тревожную статистику: если раньше подростковая преступность носила открытый характер (грабежи, разбои), то сегодня она ушла в цифровую сферу. По ее словам, до 48% подростков сталкиваются с систематическими злыми шутками и травлей в свой адрес, при этом 33% респондентов сами выступают в роли преследователей.
Член Общественной палаты Волгоградской области Антон Лукаш провел параллели между бесконтрольным пребыванием ребенка в сети и «виртуальным островом Эпштейна».
– Интернет не нейтрален. Им управляют алгоритмы и искусственный интеллект, которые работают в режиме подсказок и навязывания. А мозг ребенка – это не уменьшенная копия мозга взрослого. У него физически отсутствуют отделы, отвечающие за критическое мышление – они сформируются только к 21–25 годам. Пульт управления восприятием наших детей перехвачен неизвестными лицами с деструктивными целями, – заявил он.
Лукаш призвал коллег опираться на Указ Президента РФ от 09.11.2022 г. № 809, который ввел в правовой оборот понятие «деструктивной идеологии». Он предложил конкретный и действенный совет родителям: никогда не давать ребенку смартфон на ночь.
– Всё зло закрепляется ночью. Если мы перекроем этот ночной канал, мы решим 80% проблем, – резюмировал эксперт.
Заместитель председателя комиссии ОП РТ по правовым вопросам Евгения Храмова представила сравнительный анализ законодательства разных стран. Сравнив подходы, она привела наглядные данные: наиболее высокую динамику роста онлайн-рисков демонстрируют США (+87%) и Россия (+74%). Единственной страной, демонстрирующей отрицательную динамику, является Китай, благодаря жесткой запретительной системе и ограничению времени нахождения детей в сети.
Эффективность российской системы эксперты оценили на «среднем уровне» – 6 из 10. Это обусловлено хорошей нормативной базой, но низкой эффективностью инструментов верификации возраста и сохранением высокой распространенности вредоносного контента.
Подводя итоги, Светлана Захарова поддержала предложение белорусских коллег: важно не просто запрещать, а «определять объемы доступного» для детей разного возраста.
– Врач во мне говорит о первичной профилактике. Наша задача – не лечить последствия, а сделать так, чтобы у ребенка не было времени и желания погружаться в деструктив. Для этого нужно занять его, а родителям – научиться доверительному диалогу, – отметила она.