Найти в Дзене
Музей Есенина

#АдресаЕсенина

Петровский переулок, дом 5, строение 9.  Здесь Сергей Есенин снимал комнату вместе с поэтом Анатолием Мариенгофом. Именно в издательстве ВЦИК состоялась их первая встреча — одно из ключевых событий в жизни поэтов. С этого дня началась дружба, ставшая легендой литературной Москвы. Современники вспоминали: Есенин и Мариенгоф были неразлучны, вместе ездили в Петроград, Харьков, на Кавказ, публиковали в журналах письма друг к другу и вдохновляли одно поколение поэтов. Осенью 1919 года они решили снимать одну квартиру. Матвей Ройзман, их соратник по имажинизму, писал:  «Ведь какая дружба была! Вот уж правильно: водой не разольешь!» В Богословском переулке они жили одной жизнью — ели, пили, писали, спорили, даже одевались одинаково: именно с Мариенгофом Есенин купил тот самый цилиндр. Для Есенина и Мариенгофа не существовало границы между жизнью и литературой: одно перетекало в другое. «Года четыре кряду нас никто не видел порознь», — вспоминал Мариенгоф в «Романе без вранья». — «У нас

#АдресаЕсенина

Петровский переулок, дом 5, строение 9. 

Здесь Сергей Есенин снимал комнату вместе с поэтом Анатолием Мариенгофом.

Именно в издательстве ВЦИК состоялась их первая встреча — одно из ключевых событий в жизни поэтов. С этого дня началась дружба, ставшая легендой литературной Москвы. Современники вспоминали: Есенин и Мариенгоф были неразлучны, вместе ездили в Петроград, Харьков, на Кавказ, публиковали в журналах письма друг к другу и вдохновляли одно поколение поэтов.

Осенью 1919 года они решили снимать одну квартиру. Матвей Ройзман, их соратник по имажинизму, писал: 

«Ведь какая дружба была! Вот уж правильно: водой не разольешь!»

В Богословском переулке они жили одной жизнью — ели, пили, писали, спорили, даже одевались одинаково: именно с Мариенгофом Есенин купил тот самый цилиндр. Для Есенина и Мариенгофа не существовало границы между жизнью и литературой: одно перетекало в другое.

«Года четыре кряду нас никто не видел порознь», — вспоминал Мариенгоф в «Романе без вранья». — «У нас были одни деньги: его — мои, мои — его. Проще говоря, и те и другие — наши. Стихи мы выпускали под одной обложкой и посвящали их друг другу».

И всё же со временем пути поэтов разошлись. Их дружба, длившаяся несколько лет, оставила заметный след в литературной жизни 1920-х годов и стала важной частью истории имажинизма. Память об этом времени сохранилась в стихах, письмах и воспоминаниях обоих авторов.

@esenin_mosmuseum