Месяц назад я стоял на остановке в ожидании автобуса. Зима, окраина города, где располагается моя вторая работа. Это звучит обыденно в наши дни - у человека есть две работы… Но по факту это не приносит прибыли, а только позволяет удержаться на плаву.
Устал, замёрз, впереди долгий, насыщенный бытовыми заботами вечер, в котором места искусству, рефлексии и прочим благам цивилизации нет. Разве что перед сном полистать ленту новостей.
Обычный быт миллионов таких же людей.
Вот стою я на остановке, смотрю в сторону, откуда должен приехать автобус. И минут через тридцать ожидания понимаю: смотреть в сторону дома - легче. Может, потому что дорога идёт под уклон и видно дальше. Может, поэтому, забравшись на высокую гору, мне хочется просто посидеть и посмотреть вниз - не знаю. Но у меня появилось странное личное чувство, оформившееся в незамысловатую фразу: в сторону дома и смотреть легче.
…И вот тем вечером, поглядывая на книги по искусству, которые люди иногда продают, глаз зацепился за фотографию с похожим «видением». Не разбираясь в именах художников, я часто просто доверяю интуиции. Цена была невысокая — как чашка кофе и булка. Но это совсем другое (нет, кофе я тоже люблю, но тут удовольствие иное).
Книга оказалась альбомом работ Вагаршака Элибекяна - художника, чьё имя я тогда услышал впервые. Дома, согревшись, я с удовольствием прочитал вступительную статью Генриха Игитяна, которая была сфотографированна продавцом. И чем дальше читал, тем яснее понимал, почему меня так зацепила та случайная фотография. Книгу я купил.
Игитян пишет о том, что Элибекян долгие годы был известен как театральный деятель, друг художников, ценитель, но никто не знал, что внутри него зреет живописец. Он не спешил, не рвался к славе, а копил впечатления, впитывал атмосферу родного Тбилиси — города, который, по словам искусствоведа, «сразу очаровывает каждого, и в который влюбляешься на всю жизнь». И только в зрелом возрасте этот внутренний мир выплеснулся на холсты.
Оставляю статью полностью - это настоящий гимн любви уважения и глубокого понимания художника.
Меня это задело. Потому что я тоже часто смотрю не на то, что ярко и громко, а на то, что ближе, что «в сторону дома». Игитян называет работы Элибекяна «художественными мемуарами». Они не про парадную историю, а про память - про конку, кинто, осликов с углём, про балкончики и дворики, которые уже исчезли, но продолжают жить в красках. И в этом есть та самая тишина и подлинность, которых нам так не хватает в бесконечной бегущей строке новостей.
Автор статьи подмечает ещё одну важную вещь: в каждой картине Элибекяна чувствуется театр. Даже если на полотне застыла сцена, кажется, что вот-вот шевельнётся маятник - и все персонажи оживут, зазвучат, задвигаются. Это не просто живопись, а застывший спектакль. И, глядя на эти многолюдные улочки, на эти лица, я ловлю себя на том, что тоже начинаю вслушиваться в шарманку, в голоса торговцев, в шум улиц и улочек.
Сегодня, благодаря старенькому сканеру (который всё же лучше, чем фотографии на телефон), я могу поделиться с вами несколькими работами из того самого альбома. Конечно, сканы не передают всей глубины цвета и фактуры бумаги, но даже так, мне кажется, в них есть что-то важное. Что-то, что заставляет замедлиться и посмотреть в сторону дома.
Как знать, может, кому-то ещё хоть на мгновенье понравится увиденное. А для искусства (настоящего) больше иногда и не надо. Человек как арфа - может молчать, а может издавать приятные звуки, если знать, как коснуться струн его настроения.
Дальше - галерея. Приятного просмотра.
В книге содержится 132 работы художника. Настанет день и у меня будет немного больше времени - постараюсь отсканировать все - они прекрасны.