Ещё в третьем веке до нашей эры началось строительство Великой Китайской стены. Могучая конструкция защищала страну от набегов кочевников и враждебных племён. С тех пор прошли века, а у государства появился новый враг. И для борьбы с ним в Китае возводят новую стену, но не из кирпича, а из деревьев. Но почему же Поднебесная внезапно решила бросить все ресурсы на озеленение пустынь?
«Великая зелёная стена», официальное название которой The Three‑North Shelter Forest Program – это масштабный экологический проект, который стартовал ещё в 1978 году. Его главной целью была остановка расширения пустынь на севере и северо‑западе Китая, прежде всего пустыни Гоби.
По плану, к 2050 году вдоль северных границ страны должна появиться полоса лесов протяжённостью более 4500 км – от Синьцзяна на западе до Хэйлунцзяна на востоке. Это сопоставимо с расстоянием от Москвы до Новосибирска. С конца 1970-х годов в северном Китае высажено уже более 66 миллиардов деревьев. В ближайшие 25 лет власти планируют добавить ещё 34 миллиарда. Если задуманное будет реализовано полностью, лесной покров страны по сравнению с концом 1970-х вырастет примерно на 10 процентов.
Причина возведения зелёной стены проста и тревожна. С середины XX века урбанизация и расширение сельского хозяйства усилили эрозию почв. Засушливый север страны и раньше не баловал влагой: Гималаи создают так называемую дождевую тень, из-за чего осадков здесь крайне мало. Именно поэтому пустыни Гоби и Такла-Макан разрослись до гигантских размеров – вместе около 1,6 миллиона квадратных километров.
Когда добавились хозяйственные изменения, песчаные бури стали чаще и сильнее. Они уносят плодородный слой, засыпают поля и добираются до городов, включая Пекин.
Зелёный пояс должен был стать барьером. Деревья высаживают вдоль границ с Монголией, Казахстаном и Киргизией, формируя протяжённую линию насаждений. В прошлом году власти сообщили о завершении «окружения» пустыни Такла-Макан растительностью.
Звучит как победа. Но всё не так однозначно.
Часть исследований действительно фиксирует снижение частоты песчаных бурь. Другие учёные считают, что на это повлияли и климатические факторы. При этом пустыни продолжают наступать. Одна только Гоби ежегодно поглощает около 3600 квадратных километров пастбищ.
Есть и ещё одна проблема – выживаемость посадок. На больших территориях высаживали всего один-два вида деревьев, чаще всего тополь и иву. Такая однородность делает леса уязвимыми. В 2000 году в провинции Нинся инфекционное заболевание уничтожило около миллиарда тополей. Если бы насаждения были более разнообразными, болезнь не распространялась бы так быстро.
Некоторые специалисты предупреждают о риске истощения грунтовых вод. Посадки в слишком сухих районах требуют влаги, которой и так мало. Эксперт Китайской академии наук Сянь Сюэ отмечал, что в отдельных местах это может даже ускорять опустынивание из-за снижения уровня почвенной влаги и грунтовых вод. Экологи предлагают делать ставку на местные виды растений и естественное восстановление экосистем.
И всё же масштаб китайской программы впечатляет. Это один из крупнейших проектов по лесовосстановлению в истории. Он уже стал примером для других регионов. В Африке реализуется собственная «Великая зелёная стена» – восьмитысячный зелёный пояс от Сенегала до Джибути, призванный сдержать продвижение Сахары.
Каменную стену видно из космоса, а очертания зелёной стены лишь начали едва вырисовываться на снимках со спутника. Однако она уже удерживает воду и жизнь там, где этих ресурсов становиться всё меньше и меньше. Это не просто посадка деревьев. Это спор человека с пустыней. И он ещё далёк от завершения.