Найти в Дзене
Морская черепаха

Создать слепок с человека, чтобы воспользоваться в последний раз: но если жалкая копия не жаждет быть ею?

Отзыв на книгу "Эмкаэлка" Анюты Соколовой Я только-только настроилась на полноразмерные авторские тексты – недавно прочтенная «Сиа», хоть и не сильно большая по объему, из-за своей сложной тематики и глобальных этических вопросов оставляет после себя водную рябь, практически штиль после бушующей бури. Это ощущение еще сохраняется несколько дней – что-то осмысливается, обдумывается, анализируется и сопоставляется. Взяв же в руки «Эмкаэлку», я ощутила некоторую схожесть с любой частью из «Родери», где нет места раскачке, читатель бросается в затягивающий омут новой истории с первых строк, главенствует расследование или рабочая кем-то выстроенная операция, вокруг чего строится сюжетная нить, а легкими искрами по бочочкам виднеется опоясывающая романтика без всякого детального описания, скорее, ощущением. И несмотря на абсолютную кажущуюся завершенность (как это было с «Родери»), при особом авторском рвении есть возможность и продолжить существовать «Эмкаэлке» не только в одном расследоват

Отзыв на книгу "Эмкаэлка" Анюты Соколовой

Я только-только настроилась на полноразмерные авторские тексты – недавно прочтенная «Сиа», хоть и не сильно большая по объему, из-за своей сложной тематики и глобальных этических вопросов оставляет после себя водную рябь, практически штиль после бушующей бури. Это ощущение еще сохраняется несколько дней – что-то осмысливается, обдумывается, анализируется и сопоставляется. Взяв же в руки «Эмкаэлку», я ощутила некоторую схожесть с любой частью из «Родери», где нет места раскачке, читатель бросается в затягивающий омут новой истории с первых строк, главенствует расследование или рабочая кем-то выстроенная операция, вокруг чего строится сюжетная нить, а легкими искрами по бочочкам виднеется опоясывающая романтика без всякого детального описания, скорее, ощущением. И несмотря на абсолютную кажущуюся завершенность (как это было с «Родери»), при особом авторском рвении есть возможность и продолжить существовать «Эмкаэлке» не только в одном расследовательском деле. Герои здесь слишком яркие, приметные по своим качествам, чтобы отпустить их жить своей маленькой жизнью: и Хеллин, и Кир вполне себе (отдохнув несколько десятков, вырастив потомство, насладившись уютом и покоем и пр.) могут послужить еще на благо какого-нибудь государства, или обоих сразу. Они выглядят слишком деятельными натурами, чтобы навсегда укорениться в том месте, где нельзя вершить судьбы. Но, конечно, это лишь мои фоновые восприятия.

А на деле же – с самых первых страниц невозможно не сопереживать героине, попавшей в эдакий переплет. Все проблемам, считаю, можно найти решение, коль ты жив. А если ты мертв, но решение по-прежнему требуется?

В этом мире, населенном магами, существует наука, по силе сравнимая…с божественным вмешательством. Иначе как объяснить тот факт, что молодая женщина, получив смертельные травмы, восстает в идентичном теле, как ни в чем не бывало. При выполнении задания на Тайную службу Хеллин Керон испускает дух, но вживленный в тело артефакт переноса личности способен дать ей некоторое время существования в теле-копии. Это мера временная, потому не остается сомнений, что, успев завершить возложенную миссию, существование прекратится. Но как в это поверить, когда тело – твое, остаточная память – тоже и даже рефлексы с привычками не поменялись ни на грамм? Хеллин не сомневается в компетенции мага и не спорит с приведенными доказательствами, но понять (до конца!) эту истину сложно даже самому хладнокровному существу. А Хеллин все-таки женщина. Пусть и копия.

— И потрудитесь представиться. То, что вы доктор, не отменяет правил хорошего тона.
Фархизец ухмыльнулся:
— Поправка, Хел. Я не доктор. Киáр Эрен, маг-универсал высшего уровня. В какой-то степени твой отец.
— Отец, да-да, — пробормотала я и отступила к окну. С сумасшедшими лучше не спорить, иначе они придут в ярость.
— Не веришь, — Эрен вздохнул. — Зря. Я создал тебя не далее как этим утром.
— И потрудитесь представиться. То, что вы доктор, не отменяет правил хорошего тона. Фархизец ухмыльнулся: — Поправка, Хел. Я не доктор. Киáр Эрен, маг-универсал высшего уровня. В какой-то степени твой отец. — Отец, да-да, — пробормотала я и отступила к окну. С сумасшедшими лучше не спорить, иначе они придут в ярость. — Не веришь, — Эрен вздохнул. — Зря. Я создал тебя не далее как этим утром.

Наша героиня в новой ипостаси при поддержке сильного мага чужой страны готова к последнему делу, которое навевает слишком много вопросов и не дает пока ответов. Ей нужно будет не только встретиться с похитителями наследницы королевства, но и разобраться в своей смерти. И все это произойдет в том же месте, которое стало ее последней обителью. Кто же из живущих в поместье, где она являлась приглашенной гостьей, способен на такую жестокость и подлость? В игру ступает Хеллин – отнюдь не чья-то марионетка, а полноценный игрок, готовый прожить каждый из причитающихся ей дней.

— Кир, спасибо вам.
Настала его очередь искренне удивиться:
— За что?
— Вы не обязаны мне помогать, но помогаете.
— Воображаю себя секретным агентом, — рассмеялся он. — У меня скучная жизнь, Хелли.
— Кир, спасибо вам. Настала его очередь искренне удивиться: — За что? — Вы не обязаны мне помогать, но помогаете. — Воображаю себя секретным агентом, — рассмеялся он. — У меня скучная жизнь, Хелли.

п.с.: сцена с бывшим женихом повергла в шок: несомненно, встреча Хелл и Дилана должна была состояться, но при этом я подразумевала трансляцию абсолютного презрения или даже сковывающую печаль от невозможности реализовать совместные планы, но подобная затаенная агрессия удивила и не могла насторожить. Если она есть в человеке, то, скорее, при других обстоятельствах Хелл бы все равно стала ее свидетелем, но чуть позже.

В то же время агенты, которые забрали моё тело, оставили бесценный предмет в доме барона. Как будто заранее знали, что я сюда вернусь. Вариант «не заметили» отметается сразу: тот агент, что искал в ящике бюро документы, первым делом наткнулся бы на артефакт. Объяснение — мол, увидели мёртвую меня и растерялись — не годится. Тонкие впечатлительные натуры у Грегори не служат: труп, если он не твой собственный, не повод для расстройства. Потом, вне работы, можно и взгрустнуть, но расчувствоваться на задании? Нет, нет и ещё раз нет.
В то же время агенты, которые забрали моё тело, оставили бесценный предмет в доме барона. Как будто заранее знали, что я сюда вернусь. Вариант «не заметили» отметается сразу: тот агент, что искал в ящике бюро документы, первым делом наткнулся бы на артефакт. Объяснение — мол, увидели мёртвую меня и растерялись — не годится. Тонкие впечатлительные натуры у Грегори не служат: труп, если он не твой собственный, не повод для расстройства. Потом, вне работы, можно и взгрустнуть, но расчувствоваться на задании? Нет, нет и ещё раз нет.

Читать книгу в электронном виде на Литрес!