В селе Заброды Калачеевского района Воронежской области долгое время Людмилу Юматову считали успешной и деятельной женщиной. Она построила бизнес с нуля: станция техобслуживания, автомойка, небольшая гостиница, кафе на пороге открытия.
Односельчане видели в ней хозяйку, умеющую зарабатывать. Но никто не знал, что фундаментом этого благополучия станут две человеческие жизни.
«Второго хоронит…»
Апрель 2010 года. В селе Заброды переполох: исчез муж местной бизнес-вумен. Людмила Юматова вскоре появляется в трауре. Односельчанам она объясняет: супруг преставился во время поездки в Санкт-Петербург:
– Скончался скоропостижно... В Питере. Там и схоронила – у могилы родственницы, – говорила женщина.
Все как положено: вот справка из питерского ЗАГСа. Согласно документу, ее муж умер от рака печени. Сельские жители, глядя на убитую горем женщину, лишь вздыхали:
– Второго хоронит... Нету счастья женского.
История казалась печальной, но это жизнь, такое бывает. Никто не заподозрил подвоха. Прошло еще пару лет.
«Ты смотри – пропала»
13 ноября 2012 года. В том же селе пропадает 43-летняя Анна Шмелева. Женщина работала продавцом, по образованию была бухгалтером, но в последнее время подрабатывала личной помощницей у Юматовой. Анна помогала по хозяйству: готовила, убирала большой двухэтажный дом, а также составляла компанию вдове, например, в походах за грибами.
Отношения между женщинами сложились доверительные. Но в друг что-то пошло не так. Людмила, готовясь к открытию кафе, принялась демонстративно звонить Анне при подчиненных, а когда так не ответила, беспокоилась:
– Ты смотри – пропала. Не иначе – запила!
14 июня 2013 года. Жители соседнего села Новая Криуша обнаружили на берегу пруда человеческие останки. Проведенная генетическая экспертиза дала шокирующий результат: останки принадлежат пропавшей Анне Шмелевой.
Но смерть женщины наступила не от утопления. Анну застрелили из охотничьего ружья перед тем, как тело оказалось в воде.
Как все было на самом деле
Дело об убийстве приобрело резонанс. Руководитель Следственного управления СКР по Воронежской области Николай Третьяков принял решение изъять материалы из районного отдела и передать их в Главное следственное управление.
Мурат Цуроев, который в то время руководил первым отделом по расследованию особо важных дел регионального СУ СКР, позднее подробно расскажет о деталях этого дела:
– Супруга Юматова ударила топором. Тело положила в бадью для раствора и сжигала во дворе. По ее словам, на это ушло около трех часов. Вместе с сыном Александром – сейчас ему 30 лет – они вывезли то, что осталось от мужчины, на свалку. Домработницу Людмила Павловна застрелила из охотничьего ружья 12 калибра – такое мы найдем в доме Александра. Затем расчленила. В другой бадье для раствора. От Ани избавилась тоже при помощи сына – они отвезли останки к прудам, что-то утопили, что-то закопали. На следственном эксперименте Александр показал нам, где искать, – рассказывал Цуроев.
«Мама считала Людмилу подругой»
Бизнес Юматовой оценивался примерно в 50 миллионов рублей. По версии Следственного комитета, значительная часть этих средств – минимум 14-15 миллионов – была получена криминальным путем. В частности, жизнь своей домработницы Анны предпринимательница оценила в 3 миллиона рублей.
Как выяснило следствие, Юматова убедила Шмелеву оформить на себя несколько кредитов в разных банках. Для этого она собственноручно подделала справку о доходах своей помощницы, пообещав, что выплачивать долги будет сама. В качестве благодарности Людмила Павловна пообещала Анне бонус в 100 тысяч рублей.
– Но Анька начала качать права: мало! Угрожала сдать в полицию. Поругались. Я ее и убила, – так, по словам следователей, объясняла свой поступок сама Юматова.
Однако сын погибшей, Сергей Шмелев, рассказал иную подоплеку этой финансовой схемы:
– Кредитов было несколько – штуки четыре – в разных банках. На пять лет без залога: Юматова все сделала, как надо. Почему сама не взяла? Говорила, их у нее уже много, не дадут... Оформили на мать ссуды в октябре прошлого года, деньги она отдала Юматовой. В ноябре та, как обещала, погасила проценты. Тут мать пропадает. И Людмила Павловна заявила: «А за кого погашать, если человека нет?» С тех пор за те кредиты никто не платит, – вспоминал Сергей.
Следствие также обратило внимание на совпадение: именно в тот вечер, когда была убита Анна, в доме Юматовой оказалось охотничье ружье, принадлежавшее ее сыну. Получив деньги и избавившись от кредитных обязательств, предпринимательница оказывалась в выигрыше. Сергей Шмелев с горечью размышлял об отношениях своей матери с Юматовой:
– Юматова приблизила к себе мать: она считала Людмилу подругой. Платила ей та по 500 рублей в день, но обращалась не как с прислугой. Они все делали вместе: готовили, убирали... Иногда Людмила просто приглашала ее в гости. В последнее время даже звала к себе жить: переезжай ко мне, а Сережка пусть там один... Летом, незадолго до всего, они ездили отдыхать. Знаете, я теперь понимаю. Юматова мать, получается, просто использовала?
«Похоронила» мужа в пустом гробу
Когда следователи занялись биографией Юматовой, они обратили внимание на историю с исчезновением ее мужа, Юрия Трофимов. Мурат Цуроев пояснил, что именно эта ниточка стала ключевой.
– Изначально предъявить Людмиле Павловне мы ничего не могли. Да, она последняя, с кем Анна перед смертью говорила по мобильному. Да, мутные кредиты. Ну и? А когда стали подробнее вникать в биографию Юматовой, узнали о муже. Что насторожило. Трофимов, который якобы скончался от страшной болезни, ничем не болел. Единственная запись в карточке – неосложненная форма сахарного диабета. Но это был крепкий мужик, два метра ростом, недюжинной силы – культурист его называли, – рассказывал следователь.
Выяснилось, что осенью 2010 года в милицию Калача обращалась дочь Трофимова от первого брака – Анна, которая жила в Беслане. Девушка заявила о пропаже отца, связь с которым внезапно прервалась. Однако Юматова предъявила свидетельство о смерти супруга, и розыск был прекращен.
Проверка документа показала, что печать в нем была поддельной, подпись принадлежала несуществующему сотруднику, а номер бланка числился за другим умершим. Дочь погибшего, Анна Трофимова, дала согласие на эксгумацию. Когда на кладбище в Санкт-Петербурге вскрыли могилу, она оказалась... пустой.
К тому времени «скорбящая вдова» уже успела распорядиться имуществом покойного. Две квартиры в престижном Василеостровском районе Северной столицы были проданы. Одну – за пять миллионов рублей, другую – за шесть. Сделки проводились по доверенности, которую якобы подписал сам Трофимов.
По версии следствия, роль мужа, который не мог явиться лично, сыграл мужчина, чье лицо было скрыто бинтами. В качестве свидетеля (рукоприкладчика) выступил простой мастер с СТО Юматовой. Легенда гласила, что такова была последняя воля супруга, желавшего переписать все имущество на жену.
Называла мужа «Мой кошелечек»
Жители Забродов по-разному отзывались о Юматовой. Кто-то говорил, что она была необщительной, молча открывала ворота и уезжала. Другие, особенно те, кто был с ней связан по бизнесу или старым знакомствам, отзывались о ней с теплотой: «Не женщина – душа!». Рассказывали, что она подбирает и лечит больных котят.
Людмила выросла в простой семье: мать работала буфетчицей, отец – рабочим. Окончила восьмилетку, затем медучилище, трудилась медсестрой в хирургическом отделении районной больницы. В 20 лет вышла замуж за водителя, в 21 родила сына. Подруга юности вспоминала ее как открытого и честного человека.
– Она была открытым, добрым и честным человеком. Везде порядок, чистюля. А общительная! Парней сводила с ума. Очень любила родителей. В конце 80-х ее отец тяжело заболел – саркома головного мозга. Люда оставила мужа и семь месяцев ухаживала за умирающим папой, – рассказывала подруга.
В конце 80-х семья переехала в Норильск – к брату мужа. Людмила не скрывала, что хочет жить красиво. На Севере она продолжала работать медсестрой, муж работал водителем, за что получал от жены ласковое прозвище «мой кошелечек». В 90-х, как и многие, Юматова ездила челночницей в Турцию.
Однако, по словам знавших ее людей, стремление к хорошей жизни уже тогда принимало патологические формы. Рассказывали, что ради получения квартиры в Норильске она участвовала в махинациях с фиктивными разводами и даже лишением себя родительских прав.
Первый муж умер от сердечного приступа, не дожив до сорока. В Норильске Людмила нашла второго мужа – того самого «культуриста», который позже пропал. В начале 2000-х они вернулись в родное село с деньгами и амбициями. И старые друзья постепенно отдалились от нее:
– Мы даже не знали, чем ее теперь угощать.
Приговор
7 апреля 2015 года Калачеевский районный суд вынес приговор. 53-летняя Людмила Юматова была признана виновной в убийствах двух человек. Суд приговорил ее к 17 годам лишения свободы в колонии общего режима. После освобождения она еще на год лишена права выезжать за пределы района и менять место жительства.
Кроме того, суд обязал ее выплатить по 2 миллиона рублей в качестве компенсации морального вреда дочери убитого супруга и сыну убитой женщины, а также штраф в размере 100 тысяч рублей в пользу государства.
Сын осужденной, Александр, знавший о преступлениях матери и помогавший ей, отделался легким испугом. За пособничество в мошенничестве он получил четыре года лишения свободы условно и штраф в 50 тысяч рублей.
Мастер с СТО, выступивший при оформлении фальшивого завещания, и «муж» в бинтах, также получили условные сроки – четыре с половиной и четыре года соответственно – и аналогичные штрафы в 50 тысяч рублей.
По материалам КП-Воронеж