Девяностые. Слово, которое до сих пор вызывает в моей памяти пустые полки магазинов, очереди за всем, что только можно было достать, и вечное ощущение неопределенности. Но среди всей этой суматохи, среди серости будней, был один яркий, теплый островок, мамины пышки.
Нас в семье трое: я, Лена, младшая, Саша, мой наш старший брат, вечно готовый к приключениям, и Катя, с глазами-блюдцами, которые могли выпросить что угодно. И вот, когда казалось, что холодильник пуст, а в кошельке – ветер, мама доставала муку, дрожжи, сахар и начинала готовить.
Я помню, как мы с Сашей и Катей, прильнув к кухонной двери, наблюдали за ее руками. Они двигались быстро, уверенно, словно знали какой-то секрет. Тесто поднималось, наполняя кухню сладковатым ароматом, а потом мама начинала лепить эти круглые, пышные шарики. Иногда она делала их с картошкой, иногда с творогом, а иногда просто сладкие, с корицей. Но всегда – с любовью.
Когда пышки начинали золотиться в горячем масле, кухня наполнялась таким запахом, что забывались все тревоги. Мы с нетерпением ждали, когда мама выложит их на тарелку, присыпанную сахарной пудрой. Первые, самые горячие, доставались нам. Мы осторожно брали их, чтобы не обжечься, и откусывали. Хрустящая корочка, нежное, воздушное тесто внутри… Это было настоящее чудо.
В те годы, когда конфеты были редкостью, а фрукты – роскошью, мамины пышки были нашим главным лакомством. Они спасали нас от голода, от грусти, от ощущения того, что мир вокруг стал таким сложным и непонятным. Когда Саша получал двойку, а Катя плакала из-за сломанной игрушки, мама просто говорила: "Сейчас испеку пышек". И вот уже мы сидим за столом, уплетая горячие, ароматные пышки, и все проблемы кажутся не такими уж и страшными.
Я помню, как однажды к нам в гости пришла подруга Саши, Маша. Она была из семьи, где, казалось, всего было больше. Но когда мама поставила перед нами тарелку с пышками, Маша замерла. "Это что?" – спросила она с удивлением. Саша, гордо, ответил: "Это мамины пышки! Самые лучшие на свете!" Маша попробовала одну, потом вторую, и ее глаза засияли. "У нас таких никогда не было," – прошептала она. В тот момент я почувствовала гордость за маму, за наши пышки, за нашу семью.
Девяностые прошли. Жизнь наладилась, полки магазинов наполнились изобилием. Но до сих пор, когда я чувствую запах свежей выпечки, или когда вижу в магазине эти круглые, золотистые булочки, меня охватывает теплая волна воспоминаний. Воспоминаний о маминых руках, о запахе кухни, о смехе братьев и сестер, и о том, как простые, но такие вкусные мамины пышки спасали нас в те непростые, но такие важные годы. Они были не просто едой, они были символом любви, заботы и надежды. И этот вкус, этот запах, навсегда останутся в моем сердце.
Помню, как однажды зимой, когда за окном бушевала метель, и свет в квартире погас, мама зажгла свечи. Мы сидели в полумраке, слушая завывание ветра, и было немного страшно. Но тут мама сказала: "Не бойтесь, сейчас будут пышки!" И, несмотря на темноту, она каким-то чудом замесила тесто и вскоре поплыл знакомый, утешающий аромат.
Когда мы подросли, и я уже могла помогать маме на кухне, она научила меня своему рецепту. Я старалась в точности повторять каждое ее движение, но мои пышки все равно получались немного другими. Не хуже, просто другими...
