На главной площади города М, который был тогда столицей небольшого королевства, в день святого с чрезвычайно труднопроизносимым именем (даже по сравнению с Пфефферкорном), несмотря на мелкий противный дождь и холодный ветер, было полно народу, так что отрубленной голове было негде упасть. Немного свободного места было только возле плохо сделанной деревянной статуи святого (чертами лица статуя больше напоминала какого-то жуткого демона). Праздник был одним из немногих способов отвлечься от серого, нищего существования, которое влачили жители. Местный король, уродливый толстый коротышка с впечатляющих размеров челюстью, потомок длинной череды браков между родственниками, был правителем совершенно некомпетентным. Глупый и тщеславный, он мечтал о славе великого завоевателя и почти непрерывно вёл войны с соседями, заканчивающие территориальными потерями или приобретения в пару деревень, и довёл страну до практически полного разорения.
В разгар праздника возле статуи появился человек, одетый во всё чёрное, с короной из пламени на голове. На плече у него сидел разноцветный двухголовый кот.
-Я великий Иоганн Пфефферкорн, -заявил человек, -и отныне это королевство будет принадлежать мне.
Разумеется, король не согласился с данным утверждением и приказал страже арестовать колдуна. Те немногие стражники, которые попытались выполнить приказ, были превращены в змей. Самого короля чародей отправил прямиком на Луну. Там он попытался питаться сыром, но без воды долго не протянул.
После этого желающих оказывать сопротивление не осталось, и колдун поселился в королевском дворце. Сначала население было не слишком довольно. Хотя они и ненавидели короля, и готовы были вот-вот поднять его на вилы, это был их правитель, и только себя, а не какого-то чужака, они считали вправе его свергать. Но после того, как новый властитель прекратил войны, понизил налоги, установил на площади волшебный фонтан с вином, он заслужил народную любовь.
Было около полудня. Гельмут Бандемер (а именно он скрывался под маской своего извечного соперника Иоганна Пфефферкорна) полусидел, полулежал на троне. Он с раннего утра принимал министров, и труд во благо королевства совершенно его вымотал. Двухголовый кот, расположившийся на спинке трона, сказал недовольным голосом:
-Сколько мне ещё изображать это мерзкое животное? Вчера я чуть не подавился шерстью. Целый час её отрыгивал.
-Пока не объявится настоящий Пфефферкорн и не попадёт в ловушку.
-И когда это произойдёт?
-Скоро, не сомневаюсь. Слухи о том, что я тут устроил, уже должны до него дойти. Он не сможет терпеть, что кто-то делает добрые дела от его имени, и явится во дворец, желая покарать самозванца, не зная, что я разместил здесь руны, которые отнимут его силы. И вообще, что я тебе объясняю? Будешь тем, кем я захочу, столько, сколько я захочу.
Шли дни, недели и даже месяцы, а Пфефферкорн всё не объявлялся. Королевство процветало: поля и деревья давали урожая втрое больше обычного, коровы доились за пятерых, болезни и стихийные бедствия исчезли. Жители были безмерно счастливы и славили своего благодетеля.
Каждый день лжефамильяр донимал Гельмута своими жалобами. Гельмут посылал его ко всем ангелам, обещая однажды сжечь надоедливого приспешника, но тот не унимался.
Бандемер и сам до жути устал заниматься добром. Это было противно его натуре: он страшно похудел, был бледен на вид и постоянно страдал от изжоги. Он уже хотел бросить свою затею, когда, наконец, Пфефферкорн ворвался во дворец, пылая гневом. Иоганн был окутан дымом и огнём, от его ярости дрожали стены.
Гельмут сидел на троне и хохотал. Как давно он представлял себе момент, когда враг окажется в его власти! Он представлял все мучения, которым подвергнет Пфефферкорна: как сдерёт с него кожу, скормит собакам, свиньям, крокодилам и даже бешеным обезьянам, постоянно умерщвляя и оживляя соперника. Представлял, как разрушит его замок до основания, а из фамильяра сделает чучело. Бандемер произнёс заклинание, ожидая почувствовать, как сила Пфефферкорна перейдёт к нему. Однако вместо этого у него закружилась голова, в глазах стало темнеть, и последним, что он услышал перед тем, как погрузиться во мрак, был голос Иоганна:
-Тебе не стоило так грубо обращаться со слугой. Он сумел связаться со мной, и я подсказал ему, как изменить руны, чтобы эффект заклинания стал противоположным.
Гельмут очнулся на троне, рядом выстроилась огромная очередь министров и просителей. Целый день он провёл, трудясь во благо королевства, ненавидя каждую секунду. К концу дня Бандемер твёрдо решил всё бросить, но на следующее утро забыл об этом. И всё повторилось снова. И снова, и снова, и снова.
Пфефферкорн заглянул в игрушечный дворец на своего страдающего от вечных добрых дел врага и отправился по своим делам напевая весёлую песенку. У него было отличное настроение.