В семье Оли про ее дедушку ходили всякие байки. Григорий Петрович был геологом. Работал в экспедициях. Его отправляли то на Урал, то в Сибирь, иногда в Азию. Дома он появлялся редко, приезжал на несколько месяцев, а потом снова уезжал «в поля», как говорила бабушка. А потом они развелись. И повод был весомый.
Оля про эту история знала с раннего детства. После экспедиций у дедушки в разных городах родились трое детей.
— В Красноярске, говорят, мальчик… — фыркала бабушка. — А в Ташкенте девочка! А где и кто третий, мне вообще уже неинтересно…
— И вы с ними общаетесь? — спрашивала Оля у мамы и бабушки.
Бабушка поджимала губы.
— Мы? Еще чего… А что там этот гуляка делает… Я вообще не знаю!
Мама ядовитые подколы бабушки поддерживала. Она почти не общалась с отцом, а дочку еще с подросткового возраста учила уму-разуму.
— Запомни, Оля… — говорила она. — Мужика нельзя отпускать от себя надолго. У них отвратительная природа. Недосмотришь, и он сразу же побежит налево.
— Мам, ну что ты такое говоришь? — Оле эти разговоры не нравились.
— Слушай мать! Я тебе дурного не посоветую! Я твоего отца в ежовых рукавицах держу! Не хватало еще чтобы он детей настрогал на стороне!
Оля смотрела на папу, и не могла поверить, что он способен на такое.
Когда Оля познакомилась с Мишей, она влюбилась в него без памяти. Он был спокойный, внимательный, сдержанный. И когда стало ясно, что все у них будет серьезно, мама осторожно спросила:
— А он в командировки ездит?
— Мам, перестань! — Оля сразу поняла, в какую сторону клонит мать.
— Я просто хочу, чтобы ты не повторила судьбу бабушки… — сказала та.
Оля засмеялась.
— Отступитесь уже! — девушка искренне не верила, что Миша поедет по стране заводить себе вторую или третью семью.
Мама с бабушкой со временем от Оли отстали. Но между собой иногда переговаривались. Миша им нравился, но базовое недоверие к мужчинам заставляло их подозревать его во всех смертных грехах.
***
Оля и Миша были женаты уже пять лет. Они жили также, как бы жили все остальные семьи. Они работали, ездили в отпуск, обустраивали квартиру. Со стороны все выглядело прекрасно. Только вот детей у них пока что не было.
Беременность наступала дважды. И дважды все заканчивалось одними и теми же словами врача:
— К сожалению, сохранить не удалось.
Оля была сама не своя от горя. Она искренне хотела ребенка, и поэтому выкидыши были для нее трагедией. Миша старался быть рядом и успокаивал жену как мог.
— Мы справимся… — говорил он. — Главное, что мы вместе, у нас все впереди, обещаю!
А вот мама и бабушка лезли к Оле с неприятными комментариями.
— Пять лет женаты. Детей нет! Ужас какой-то! Оля, ты обследуешься?
— Да.
— И что врачи говорят?
— Что нужно время.
Бабушка вообще не церемонилась:
— Не затягивай. Мужчина долго ждать не будет.
Оля не сразу поняла, к чему был этот комментарий.
— Что ты имеешь в виду?
Бабушка вздохнула.
— Если не родишь Мишке ребенка, он пойдет налево. Это закон жизни!
Эти разговоры повторялись снова и снова. Стоило Оле оказаться рядом с мамой или бабушкой без Миши, ей тут же начинали рассказывать, что он обязательно от нее уйдет.
В итоге после очередного скандала Оля просто перестала отвечать на телефонные звонки и приезжать в гости. Девушка сократила свое общение с мамой и бабушкой до минимума. И именно в этот момент, когда она будто отпустила всю эту ситуацию тест показал две полоски. С Олей произошло настоящее чудо.
Вечером она рассказала все Мише.
— Ты уверена?
— Да.
Муж подошел и обнял ее.
— Все будет хорошо… Не волнуйся и никому не говори, — сказал он.
Оля чувствовала странное спокойствие. Несмотря на прошлые неудачи, она верила, что в этот раз все точно получится. Они условились, что пока не будут рассказывать никому из своих друзей и близких.
***
Первые месяцы прошли спокойно. Живота потихоньку рос. Чтобы этого никто не увидел, Оля носила свободные свитера, широкие рубашки. На семейные встречи приходила ненадолго. Отказывалась от вина, но объясняла это просто:
— Болела, сейчас пью таблетки.
Мама всегда недовольно фыркала, но все же лишних вопросов не задавала. Только у себя дома Оля чувствовала себя спокойно. Там не нужно было врать и прятаться.
Мише не нравилось, что жена загоняет себя в такие рамки.
— Ты всегда так напряжена… — сказал он однажды вечером. — Это же нехорошо. И малышу вредно.
— Идиотские комментарии будущей бабушки ему гораздо вреднее.
Она помнила прошлые разговоры. Как радовалась и звонила маме. И как мама начинала ей читать нотации, что не стоит разъедаться, что мужа в таком положении можно упустить. Девушке так все это надоело, что в этот раз она не хотела никого посвящать в свою тайну.© Стелла Кьярри
На четвертом месяце стало сложнее. Тошнота отступила, но живот начал понемногу округляться. Не сильно, но если смотреть пристально, то все стало бы ясно.
— Может, все-таки скажем? — осторожно предложил Миша. — Хотя бы твоей маме.
— Нет! — сразу ответила Оля.
— Почему?
— Потому что они начнут выносить мозг. Не хочу! Все! Точка! Мое желание — закон!
Миша подчинялся, хотя вообще не был со всем этим согласен.
Прошло еще несколько недель. Живот уже был такой, что списать на плотный обед было уже невозможно. Однажды в магазине к ней подошла знакомая соседка.
— Оля? Ты как будто… — женщина улыбнулась многозначительно.
Оля напряглась.
— Поправилась, да? Стрессуешь на работе?
— Именно! Зоя Семеновна! Заедаю стресс конфетами! Пора заканчивать!
Дома Миша ей сказал:
— Еще пара таких встреч и твоей матери и без нас все донесут.
Оля тяжело вздохнула. Но пока все так отлично складывалось. Она проходила половину беременности без непрошенных советов и неприличных комментариев. И ей так хотелось, чтобы это все продолжалось так и дальше. Но Миша был прав, что вскоре эта информация дойдет до матери, отца или бабушки. И если это расскажет не она, то скандал будет ужасным.
***
Они действительно не успели ничего рассказать. Оле позвонила мама. Она даже не поздоровалась.
— Я была права! — закричала она в трубку. — Я тебя предупреждала! А ты смеялась надо мной!
— Мам, что случилось? — спокойно спросила Оля.
— Твой Миша! — почти захлебывалась от ярости мать. — Я вчера своими глазами видела, как он ходил по детскому магазину! Рассматривал кроватки, коляски! У меня есть фото!
Оля закрыла глаза, поняв, что ее лжи пришел конец.
— И что?
— Что?! Это значит, что он нагулял ребенка! А теперь будет тебе лапшу на уши вешать! Я сейчас приеду! Я ему такую взбучку задам!
Мама бросила трубку, Оля даже не успела ничего сказать. Она подняла глаза и увидела, что Миша стоял напротив.
— Ну что случилось? — тихо спросил он.
— Она видела тебя в детском магазине… Едет убивать тебя… — ответила Оля.
— Понятно. Очень весело.
— Она думает, что ты… — Оля не смогла договорить.
— Я понял! Я уже все понял! — сказал он с невероятной обреченностью в голосе.
Они сели на диван и стали ждать. Через двадцать минут в дверь позвонили, а Оля вздрогнула.
Миша открыл. Теща буквально влетела в квартиру.
— Вот! — она сунула экран телефона ему под нос. — Ты думал, никто не увидит? Детский магазин! Кроватки, коляски, пеленальные столики! Для кого ты все это выбирал, а?
Миша посмотрел на экран. На фото он действительно стоял у ряда кроваток.
— Это…
— Не смей оправдываться! — перебила женщина. — Все вы одинаковые! Кобели! Нагулял ребенка, а моей дочери что скажешь?
Оля встала.
— Мам…
— Молчи! — резко оборвала ее мать, даже не бросив взгляд на дочь. — Я тебе говорила! Пять лет без детей, и вот результат! Он себе другую нашел!
Оля старалась привлечь ее внимание.
— Мама! Ну, послушай меня!
— Мне нечего слушать! — почти задыхалась она. — Я знала! Я чувствовала!
И в этот момент она, наконец, перевела взгляд на Олю. Дочка стояла в домашнем платье, которое уже не скрывало округлившийся живот.
Мама замерла, слова застряли где-то в горле.
— Оля… Это что?
Женщина отшатнулась, не веря собственным глазам
— Ты беременна?
— Да.
Миша подошел к Оле и встал рядом.
— Именно поэтому я был в детском магазине… — сказал он ровно. — Я выбирал кроватку для нашего малыша.
И тут мама подлетела к Оле и обняла ее.
— Дочка! Как я рада! Какое счастье! Какая прелесть!
На удивление семья Ольги не стала вести себя как обычно. Они очень берегли Олю и очень ждали пополнения в семье. Малыш родился в срок. Здоровый мальчик. Единственное, что позволила себе сказать Олина бабушка: «Только Гришкой не называйте. Треклятое это имя!»
Оля и Миша назвали сына Максимом. Макс стал любимцем всей семьи. И на какое-то время советы по воспитанию и заботе о малыше вытеснили бесконечные тирады о том, как удержать при себе мужа. А может, старшее поколение, наконец, убедилось, что Миша — отличный муж для их дочери.
Спасибо за поддержку!
