Эта история — исповедь Крейга Монсона, культуриста, бывшего заключенного и одного из последних свидетелей рождения самой печально известной банды Лос-Анджелеса. Это не просто хроника уличной жизни или спортивных достижений, а путь человека, ставшего живым мостом между эпохой джаза, движением Black Power, криминальными войнами и золотым веком бодибилдинга.
Детство на Хупер авеню
В 1963 году семья Монсонов переехала в дом на 83-й улице. Для 13-летнего Крейга этот переезд стал попаданием в другую реальность. Район между Файрстоун и Флоренс, от Сентрал авеню до Комптона, больше напоминал пригородную идиллию, чем будущее криминальное чрево города.
«Когда мы приехали, там всё ещё жили белые, — вспоминает Крейг. — Прямо за углом жила семья Дарлин и Беверли. Беверли была моей первой маленькой подружкой, белая девочка. Я был без ума от неё».
Особое место занимала улица, где жил Банчи Картер (будущий основатель «Черных пантер»). Местные прозвали её «Сумеречной зоной». Попадая туда, ты словно переносился в Беверли-Хиллз: идеально подстриженные газоны, аккуратные дома и даже бассейн у кого-то на углу. На этой же улице жили итальянцы Мэдди — последняя белая семья, покинувшая район лишь в конце 60-х. За стеной их дома был пруд с золотыми рыбками кои, за которыми Крейг и его друзья любили наблюдать.
История этого дома неразрывно связана с матерью Крейга. Она была гадалкой и читала карты клиентам прямо в гостиной. Именно её доходы позволили семье купить это жильё. Отчим Джеймс Стюарт, ветеран ВВС и каменщик, работал старьёвщиком.
«Я так стыдился этого, — признаётся Крейг. — Мы с ним ездили на грузовике, собирали металлолом, а потом сидели здесь, во дворе, с маленькими ножичками и зачищали медную проволоку, чтобы сдать».
Дом обошёлся в 22 тысячи долларов. Соседка мисс Коулман купила свой участок с двумя домами всего за пять тысяч. Это была эпоха, когда чернокожие только начинали приобретать собственное жильё, но ссуды по программе для ветеранов им практически не давали. Отчим Джеймс так и не смог воспользоваться своим правом на льготный кредит — дом не прошёл оценку.
Прямо по соседству жил Чарльз Райт по прозвищу Шитти Фредди (Грязный Фредди). Его не любили за то, что он обворовывал родную мать, но именно он стал для Крейга проводником во взрослую жизнь. Фредди дал ему первую сигарету с травкой, первый «красный дьявол» (таблетку секонала) и познакомил с джазом — Джоном Колтрейном, Майлзом Дэвисом.
А ещё был Птица (Бёрд). Крейг впервые увидел его в 10 лет у кинотеатра «Манчестер». Идеальный костюм, шляпа, старинный гангстерский автомобиль и красивая мексиканка на заднем сиденье. Для мальчика, выросшего на фильмах с Джеймсом Кэгни, этот чернокожий мужчина стал живым воплощением гангстерской эстетики. «Я сказал тогда: "Хочу быть таким, как этот чувак". Мама шлёпнула меня по затылку», — смеётся Монсон.
Школьные годы: Первые драки и уроки улицы
В новой школе Чарльза Дрю произошло событие, определившее круг ближайших друзей Крейга. Утром на завтраке он увидел, как несколько хулиганов избивают незнакомого парня. Крейг, воспитанный на ковбойских фильмах о защите слабых, вмешался. Они встали спиной к спине и отбились от нападавших. Так началась дружба с Донни Боем, которая продлится десятилетия.
1964 год. В школе Чарльза Дрю по пятницам проходил так называемый «мексиканский день». Это означало, что чернокожие ученики систематически нападали на мексиканских. У Крейга был друг-мексиканец Фрэнк, который держал голубей. Однажды толпа погналась за Фрэнком, и тот спрятался за спиной Монсона.
«Я сказал: "Он мой друг. Вы не тронете его". Они остановились. Кто-то из толпы поддержал меня. И Фрэнка больше никогда не трогали. Говорили: "В пятницу Фрэнк идёт один? Это друг Крейга"».
Этот эпизод стал для Крейга первым осознанием собственного авторитета. Он не стремился к лидерству, но люди сами начинали его слушать.
В 15 лет Крейг начал серьёзно заниматься тяжёлой атлетикой. Джонни Бой и Рэймонд Бёрнс первыми дали ему гантели, и парень быстро прогрессировал. Он покупал журналы о бодибилдинге и рисовал гладиаторов.
Во время обыска в школе эти журналы нашли в его шкафчике. Завуч и тренер вызвали родителей и заявили, что с Крейгом «что-то не так», потому что вместо уроков он торчит в спортзале. Реакция матери была неожиданной для школьной администрации: «Она сказала: "К чёрту их" и купила мне в Sears первый набор гантелей».
1965 год: Бунты и танки на улицах
Бунты в Уоттсе стали водоразделом. Крейг помнит, как по Сентрал авеню проезжали танки Национальной гвардии. Его мать, простая женщина, решила пойти посмотреть. Нацгвардеец ударил её прикладом M16 и приказал убираться с улицы. Для 15-летнего Крейга это стало шоком.
Но самым ярким воспоминанием стало мародёрство. Это не было уделом отпетых преступников. «Мама сказала: "Пойдём посмотрим". Мы поехали на 57-ю улицу. Люди выносили мебель из магазинов. Женщина тащила диван, двое несли холодильник. Мама сказала мне: "Сходи, возьми что-нибудь". Я зашёл в магазин и вынес целую стойку с хлебом. Отчим открыл багажник, и я просто вывалил её туда. Мы украли еду. Это делали семьи, обычные люди. Всё сообщество».
Рождение легенды: Как появились «Avenues»
К 1967 году компания окончательно сформировалась: Крейг, Донни Бой, Тедди Бэр и Крикет. Они сидели вечерами под бетонным фонарным столбом на углу, пили дешёвое вино, которое называли «пантер писс», и курили травку. Однажды встал вопрос о названии. Перебрали несколько вариантов, и тут взгляд Крейга упал на уличный знак. На нём было написано «Хупер авеню». «Я сказал: "Вот же оно. Мы — Avenues"».
Никакой банды в современном смысле тогда не было. «Единственное плохое, что мы делали — отнимали кожаные куртки. Я был похитителем курток. Поэтому нас можно назвать оригинальными "кожаными джекерами"», — признаётся Крейг. В остальном они были просто районными пацанами: играли в футбол по воскресеньям, ходили на танцы и постоянно тренировались. Были и «Baby Avenues» — младшие братья и друзья основной компании.
К 17 годам Крейг Монсон превратился в физического монстра. Его сила стала городской легендой. Он мог подойти к четырёхдюймовому деревянному столбу со знаком «Стоп» и переломить его голыми руками. «Полиция знала: "Крейг Монсон прошёл здесь", потому что столб стоит, а знак на земле. В конце концов, они перестали ставить деревянные столбы и заменили их на стальные. У меня были друзья, которые пытались сделать так же, но только руки себе отбивали».
Сила давала не только физическое, но и моральное превосходство. В окружной тюрьме из таких всегда делали «авторитетов». Крейг не носил оружие — его оружием были 22-дюймовые бицепсы, построенные на генетике, упорных тренировках и тунце с клубникой.
Пощёчина, породившая Crips
В 1967 году в орбиту компании попал младший паренёк по имени Рэймонд Вашингтон. Он приходил в гараж к Донни Бою вместе с Бу (младшим братом Донни) как «Baby Avenue». Рэймонд был младше Крейга на пару лет, хромал и постоянно вёл себя вызывающе, много болтал.
Всё шло к неизбежному. В один из дней Рэймонд перешёл черту, начав отпускать шутки про мать Крейга. «Я сказал ему: "Оставь мою маму в покое". После тренировки, когда мы закрывали гараж, я подозвал его. Я ударил его тыльной стороной ладони. Не сильно, потому что он был ещё ребёнком».
Рэймонд пошатнулся, но устоял на ногах. Он не заплакал. Вместо этого он начал злиться и, прихрамывая, дёргаться вверх-вниз. «Он сказал мне: "Ну и не надо. Я не хочу быть в ваших Avenues. Я создам свою собственную банду". Я спросил: "И как ты её назовёшь, мелкий?" Из-за своей хромоты он дёргался и ответил: "Я назову её Crips (Калеки)". И, прихрамывая, пошёл прочь по переулку. Это был последний раз, когда я его видел».
Сам того не желая, Крейг Монсон запустил цепную реакцию. Обиженный подросток ушёл и создал то, что станет крупнейшим преступным синдикатом Америки. Спустя годы, сидя в тюрьме, Крейг начал слышать новости с воли: сначала о «Kitchen Crips» (названных в честь магазина, который они когда-то отбили), потом просто о «Crips». Он сразу понял, чьих это рук дело. «Я подумал тогда: "Рэймонд породил монстра"». Позже его старший брат скажет, что сидел с Рэймондом в одной тюрьме, но самого Крейга с ним больше никогда не сводило.
Тюремная одиссея: От Трейси до Сан-Квентина
В 1970 году, в возрасте 20 лет, Крейг был арестован по обвинению в убийстве.
Крейг Монсон был осужден за непредумышленное убийство человека, который проник в дом его матери.
Обстоятельства этого дела описываются так: В 1970 году дом его матери был ограблен. Крейг задержал злоумышленника, но в ходе завязавшейся борьбы тот ударил его слесарным молотком. По сообщениям, Крейг вырвал молоток и в целях самообороны нанес ответный удар, который оказался смертельным.
Хотя многие считали это убийство оправданным, суд присяжных не согласился с этим. Крейг был осужден за непредумышленное убийство и приговорен к тюремному заключению.
21 год он встретил в окружной тюрьме. Из Трейси в Сан-Квентин он отправился за то, что заступился за латиноса. Этот поступок обеспечил ему защиту в самой страшной тюрьме штата. Ещё до его прибытия «сарафанное радио» донесло весть о том, что он помог «их маленькому брату». В камере его уже ждали подушка, сигареты и кипятильник.
В Сан-Квентине к нему тут же подошли вербовщики от Black Guerrilla Family (BGF) и предложили стать «генералом». «Но я отказался. Я пришёл с улиц со своим авторитетом. Я не хотел ни за кем следовать. В Трейси, когда я только попал, я сказал: "В городе новый шериф"».
Однако время в тюрьме было неспокойным. Когда первые массовые этапы «Crips» начали поступать в систему, они принесли с собой новые законы: «Не хочешь говорить — значит, война». Старая школа пыталась решать вопросы через комитеты, молодёжь хотела крови.
Распорядок в тюрьме был прост: поесть за 3-5 минут и бежать к железу. Времени на полноценную тренировку почти не было, поэтому Крейг изобрел свою систему: неделю делал только руки каждый день, следующую неделю — только грудь. По 30 минут в день на одну группу мышц. «Сейчас это называют перетренированностью, — смеется Крейг. — А для нас это был единственный способ выжить и оставаться большими».
Когда до освобождения оставалось 90 дней, Крейга отправили в лагерь Джеймстаун «отдохнуть за стеной». В первый же день он вышел во двор, где заключенные качались с чугунными весами. На штанге было по пять четвертей с каждой стороны — около 525 фунтов. Крейг подошел, поправил блины и начал сгибать эту махину на бицепс, как будто это была пустая штанга. Охрана на балконах второго яруса вытянулась в струнку.
«Эй, ты! Где ты живешь?» — крикнул охранник. «Прямо за тобой», — ответил Крейг. Той же ночью в три часа его разбудили: «Собирайся, ты слишком большой для этой тюрьмы». Его отправили обратно в Сан-Квентин. Среди охраны ходила шутка: «Слишком большой для Джеймстауна, он вырос в Сан-Квентине».
В тюрьме Крейг пересекался со многими легендами улицы. Стэнли «Туки» Уильямс, сооснователь Crips, приговоренный к смертной казни, тренировался в зале Билла Перла вместе с Крейгом. Это было за три недели до того, как Туки совершил убийства, за которые его казнили. «Он пришел в зал, хотел тренироваться со мной, — вспоминает Крейг. — Хотел произвести впечатление. Мы тренировались, а потом пошли есть тако. Я сказал ему тогда: "Туки, ты не должен стремиться туда, где я был. Я только пару лет как вернулся. Есть места для нас, куда не стоит попадать"». Туки не послушал. Его казнили в 2005 году. Крейг пришел на прощание.
Возвращение в изменившийся мир (1975 год)
Крейг вышел на свободу в 1975 году в возрасте 25 лет, поклявшись себе, что больше никогда не вернется в тюрьму. Его первая ночь была символичной: брат дал ему Cadillac, и он впервые в жизни поехал по шоссе к девушке, с которой переписывался в тюрьме.
Мир на воле изменился. Когда он вернулся в родной район, то услышал слово «Crips». Его район, его улицы, его младший брат Рант — всё это теперь принадлежало новой силе. «Я знал, что это сделал Рэймонд. Моё предчувствие подтвердилось. Он действительно создал монстра».
Для того чтобы выжить на свободе, пришлось полностью изменить круг общения. «Мои друзья стали для меня обузой, — говорит он. — Я перестал общаться с теми, с кем рос. Моими новыми друзьями стали латинос и белые. Больше никаких черных. Поэтому я и не вернулся».
Ирония судьбы: пока Крейг строил свою жизнь, его младший брат Рант стал членом «Kitchen Crips» и был убит. Другой брат, Тедди, держался в стороне.
Крейг Монсон в мире профессионального бодибилдинга
В 1966 году Донни Бой впервые привел 16-летнего Крейга на Венис-Бич, в знаменитую «Яму» (The Pit), где тренировались лучшие культуристы того времени. Но была проблема: в те годы пляж был сегрегирован. «Они не брали наши деньги, — вспоминает Крейг. — Мы приходили в кассу, а они отказывались. Тогда мы просто перепрыгивали через забор. Они выгоняли нас, а мы прыгали снова. В конце концов им это надоело, и они начали брать наши деньги».
Именно там Крейг впервые увидел культуристов, о которых читал в журналах: Арнольда Шварценеггера, Дэйва Дрейпера, Серджио Оливу. И именно там он понял, что его место — среди них.
Вернувшись из тюрьмы, Крейг знал, что Арнольд тренируется на Венис-Бич рано утром. Чтобы встретить его, нужно было приезжать к восьми утра, когда открывали парковку. Крейг сидел на трибунах и ждал. «Я был на миссии, — улыбается он. — Я хотел встать с ним рядом и получить совет».
Однажды ему это удалось. Крейг попросил разрешения присоединиться к тренировке. Арнольд посмотрел на него и сказал: «Большой Крейг, ты такой широкий, а жмешь слишком узко. Выстави руки шире, используй плечи и трицепс. Жми от замка до замка». Крейг последовал совету. Его жим лежа взлетел с 400-450 фунтов до 500, а затем и до 585 фунтов на 5 повторений. При этом он мог разговаривать во время подхода — это был его способ показать силу.
На одной из совместных тренировок Арнольд попросил: «Никакого позирования, Большой Крейг». Они встали рядом для фото. В тот момент, когда фотограф щелкнул затвор, Крейг вскинул руку. На получившемся снимке его бицепс был размером с лицо Арнольда. Они подружились, и Шварценеггер до сих пор иногда лайкает фотографии Крейга в соцсетях.
В «Яме» Крейг тренировался со многими звездами. Билл Петтис, обладатель самых больших рук своего времени, был его другом и соперником. «Я всегда говорил ему: "Билл, я догоню тебя", — вспоминает Крейг. — У него был дефект речи, он заикался. Он смеялся и отвечал: "Ты красивый, ты красивый". Потому что у меня была хорошая форма».
Особые отношения сложились с Дэнни Трехо. Они познакомились на пляже, когда Трехо был единственным мексиканцем, тренировавшимся в «Яме». Их связало общее прошлое — оба отбывали срок в Сан-Квентине. Крейг страховал Дэнни на тренировках, сидел с его детьми. Дэнни, став звездой, не забыл друга: когда Крейг лежал в больнице после операции, именно Трехо нашел время навестить его.
До 32 лет Крейг не знал, что такое стероиды. Он построил свое тело на генетике, упорных тренировках и тунце с клубникой. Все изменилось в Trojan Gym на Адамс-бульваре. За стойкой работал Хулио, выходец с Белиза. Каждый день он давал Крейгу «витамины» — маленькие синие и белые таблетки в пакетиках. Крейг принимал их, не задумываясь.
Однажды он делал жим лежа. После 400 фунтов попросил добавить по четверти с каждой стороны, чтобы сделать 450. Партнеры добавили не четверти, а по пятьдесят — получилось 500. Крейг выжал этот вес 10 раз. Впервые в жизни. «Когда я встал, у меня на лбу вздулась вена размером с палец, — рассказывает он. — Я подошел к Хулио: "Что ты мне даешь?" Он ответил: "Синие — Дианабол, белые — Анадрол 50"».
Так Крейг узнал, что принимает стероиды уже долгое время. Хулио получал их у доктора Уолтера Дж. Кокса в Сидарс-Синай. Доктор Кокс был не просто врачом — он судил соревнования по бодибилдингу и снабжал «химией» многих атлетов. Доктор предложил Крейгу сотрудничество: бесплатные уколы тестостерона в обмен на рекламу. Крейг согласился. Три раза в неделю он приезжал на уколы. Доктор предупреждал: «Не перебарщивай. Большинство перебарщивает. Будут проблемы с сердцем и почками». Крейг слушал, но к тому моменту его уже было не остановить.
К 33 годам Крейг превратился в настоящего монстра. Руки достигли 23,25 дюйма (59 см), предплечья — 21 дюйма (53 см). При весе 272 фунта (123 кг) на сцене он сохранял рельеф. «Я был самым большим, кто выходил на сцену, — говорит он. — 272 фунта и при этом рельефный. Судьи не знали, как это оценивать. Они говорили: "Посмотрите на него, он весь в венах, но он слишком большой"».
Пако R.C., вице-президент Elizabeth Arden Cosmetics, увидел Крейга на Венис-Бич и сказал: «Мир должен тебя увидеть». Он организовал поездку на «Мистер Мир» в Женеву, прислал билеты и препараты — Приаболан, Параболан, о которых Крейг даже не слышал.
Конкурс «Мистер Мир» в Женеве собрал участников из 68 стран. В отеле в лифте Крейг встретил Большого Джона Брауна, четырехкратного «Мистера Вселенная». «Я говорю Джону, как нервничаю, — рассказывает Крейг. — А он остановил лифт между этажами и сказал: "Сними куртку. Посмотри, как я выгляжу рядом с тобой. Я иду в профи, а ты делаешь меня маленьким"».
Но судейство решило иначе. Крейг занял пятое место. Толпа взбунтовалась. Европейская публика, в отличие от американской, не стала терпеть несправедливость. Люди скандировали «Мон-сон, Мон-сон», топая ногами, и ринулись к сцене. Крейг сошел с подиума и начал позировать прямо перед фанатами. Судьям пришлось выйти и объявить: «Приз зрительских симпатий — первое место». Крейгу вручили кубок победителя. По судейскому решению он остался пятым и получил коробку швейцарских конфет.
В Лондоне история повторилась. Крейг прилетел и увидел свое фото на постерах: «Впервые в Лондоне, Крейг Монсон. Больше, чем Халк». Он выступил великолепно, но занял третье или четвертое место. На сцене ему вручили ваучер. За кулисами он открыл конверт — там был пустой бланк.
В Америке всё было сложнее. Из-за тюремного прошлого и излишней прямолинейности ему постоянно давали вторые и третьи места. На конкурсе «Мистер Америка» в Пасадене половина судей была из Бостона, и два участника тоже. Его спортивный врач предупредил, что игра нечестная. Во время выступления Крейгу выключили музыку. Он занял второе место. Весь зал подходил к нему, а к победителю — никто. Тогда к нему подошёл пожилой мужчина и сказал: «Сегодня вечером ты мог бы выиграть Мистер Олимпия. Сегодня судьи опозорили бодибилдинг». Это был Джон Гримек, первый «Мистер Америка». После этого Крейг завязал с соревнованиями.
Жизнь после славы и борьба со здоровьем
Сегодня Крейг живет в той же квартире, где поселился 28 лет назад. У него три машины: Chevrolet Corvette 78-го года, большой Jeep и Cadillac. Соседи, увидев его на YouTube, удивляются: «Это ты? Ты здесь живешь?» «Да, это я, — отвечает он. — Просто раньше YouTube не было».
В 2016 году Крейг перенес операцию по удалению желчного пузыря. Он потерял 47 фунтов (21 кг). Девять дней провел на аппарате ИВЛ. «Я думал, что умру, — признается он. — Мое тело не отвечало. Я смотрел в зеркало и не узнавал себя. Грудь свисала, мышцы исчезли».
Но Крейг не сдался. Год за годом он пытался «разбудить» мышцы. И в возрасте 73 лет он почувствовал, что тело возвращается. Снова появилась накачка мышц, снова пошли веса. «Я прыгнул в свой Jeep Wrangler, а брат сказал: "Посмотри на себя". Я заплакал. Потому что думал, что все кончено. А Бог дал мне второй шанс». Сегодня Крейг весит 277 фунтов (126 кг) и продолжает ходить в зал, несмотря на артрит.
Наследие
Крейг Монсон так и не стал обладателем титула «Мистер Олимпия». Его имя не выбито в Зале славы Muscle Beach. Политика и предубеждения помешали ему занять место, которое он заслуживал. СиТи Флетчер, известный мотиватор, сказал о нем: «Крейг Монсон сделал моего кумира Серджио Оливу маленьким. Он был монстром».
Он открыто говорит о своем прошлом, предупреждает молодежь о неконтролируемом гневе, наркотиках и уличной жизни. Он раскаивается о том зле, которое совершил, но не позволяет прошлому определять настоящее. «Я заплатил свои взносы. У меня был хороший путь в бодибилдинге. Это спасло мне жизнь».
Крейг Монсон не играл в игры бодибилдинга. Он не продавал душу за титулы. Он просто поднимал железо — в тюремных дворах, на задворках Комптона, на знаменитом пляже Венис. Он не герой и не злодей. Он — свидетель. Человек, который одной пощёчиной, сам того не желая, изменил ход криминальной истории Америки, и который всю оставшуюся жизнь наблюдал за тем, как из той пощёчины вырастает монстр.
«Рэймонд был просто ребёнком, плохим ребёнком. Я не знал, что из этого выйдет. Я просто защищал свою маму. Я не хотел быть просто большим — я хотел быть огромным и сильным. Хотел, чтобы люди смотрели и не верили своим глазам. И я этого добился».
Сегодня у вас есть возможность прочесть её на русском языке. Полное издание с фотографиями и подробностями, не вошедшими в этот рассказ, — для тех кто хочет приобрести книгу ссылка на неё будет в комментарии 👇