Весной 1920 года Веймарская республика оказалась в шаге от военной диктатуры.
Заговор, вошедший в историю как Капповский путч, стал первой серьёзной попыткой правых сил и части рейхсвера уничтожить парламентскую демократию и заменить ее режимом «сильной руки». Он длился всего пять дней — но показал, насколько шатким было новое немецкое государство.
Недовольство Версалем и мечта о диктатуре.
Корни путча уходили в 1919 год. После подписания Версальского договора значительная часть офицерского корпуса сочла правительство предательским и слабым.
Командующий берлинским гарнизоном генерал Вальтер фон Лютвиц прямо заявлял: стране нужно правительство с диктаторскими полномочиями.
На совещаниях высших офицеров летом 1919 года обсуждалась перспектива захвата власти. Требования были откровенно реваншистскими: отказ от сокращения армии, сохранение старых кадров, устранение левых из правительства, отказ от выдачи «виновников войны».
Армия, формально подчиненная республике, в действительности оставалась автономной силой с собственными политическими амбициями.
Заговор в тени: Капп и военные.
Центральной фигурой гражданской части заговора стал политик Вольфганг Капп.
В годы войны он прославился агрессивным национализмом и критикой правительства. Один из авторов легенды «удара в спину».
В «Клубе национального объединения» — фактическом штабе путчистов — Капп готовил политические документы для будущего режима.
Военные руководители — Лютвиц, полковник Бауэр, майор Пабст — координировали действия в рейхсвере и добровольческих корпусах (фрайкорах).
За кулисами влиял на развитие событий и генерал Эрих Людендорф, ему ещё предстоит «коллаборация с австрийским художником».
Подготовка велась системная: чистка ненадежных офицеров, установление связей с полицией и министерствами, работа с молодежными и спортивными организациями.
Особую ставку делали на северо-восток Германии, где были сосредоточены крупные силы рейхсвера и «личная армия» Рюдигера фон дер Гольца (этот кадр успел здорово наследить в Финляндии и Прибалтике, про него отдельный цикл можно писать).
Берлин наш!
Рано утром 13 марта морская бригада Германа Эрхардта вошла в Берлин («нас сколько-то там тысяч и мы идём разбираться»).
Части рейхсвера не оказали сопротивления. Генерал Ханс фон Сект сформулировал ставшую знаменитой позицию: «братва рейхсвер не стреляет в рейхсвер». Полиция также не вмешалась.
Правительство во главе с президентом Эбертом покинуло столицу, стремясь избежать кровопролития.
Над рейхстагом взвился черно-бело-красный флаг кайзеровской эпохи. Капп провозгласил себя рейхсканцлером, Лютвиц стал военным министром.
Путчисты действовали уверенно — но просчитались стратегически. Они полагали, что захват Берлина означает контроль над всей страной.
Однако экономический и политический центр Германии к тому времени сместился в промышленный запад.
Новое «правительство» объявило о роспуске парламента, введении осадного положения и запрете оппозиционной прессы.
В манифестах звучали знакомые мотивы: спасение от «большевистской угрозы», борьба с «интернациональным капиталом», обещания налоговых льгот и экономических свобод.
А дальше-то что?
Однако за громкими декларациями не стояло реальной управленческой программы. Даже сторонники отмечали растерянность руководства.
Банки отказывались выдавать средства, чиновничество занимало выжидательную позицию, а в промышленных регионах поддержку получило не правительство Каппа, а республиканские власти.
13 марта социал-демократы и профсоюзы призвали к всеобщей забастовке. В считанные дни страна фактически остановилась: не ходили поезда, трамваи, закрывались магазины, прекращали работу учреждения.
Это было одно из крупнейших забастовочных движений в мировой истории. В рабочих районах происходили вооруженные столкновения с фрайкорами.
Путчисты оказались изолированы: без поддержки промышленности, транспорта и финансов их режим был парализован.
17 марта 1920 года Капп подал в отставку. Уже на следующий день бригада Эрхардта покинула Берлин. Республика была восстановлена.
Мягкая республика и продолжение банкета.
Но финал истории оказался показательно мягким. Большинство участников путча избежали серьезного наказания. Из сотен офицеров лишь единицы предстали перед судом. Причём из представших серьёзно также никого не наказали.
Когда морская бригада покидала Берлин, сам Эрхардт толкнул речь в стиле «ну так-то мы победили, да и вообще ещё вернёмся, всех взбодрили». Позднее Герман, кстати, станет противником Гитлера и эмигрирует в Швейцарию.
Этот эпизод продемонстрировал двойственную природу Веймарской республики: формально победившей, но не способной жестко наказать своих противников.
Капповский путч стал тревожным сигналом:
- армия не была полностью лояльна демократии;
- правые реваншистские силы сохраняли организационный потенциал;
- судьбу режима могла решить не столько армия, сколько массовое гражданское сопротивление.
Парадоксально, но именно всеобщая забастовка — инструмент рабочего движения — во многом спасла республику от военной диктатуры.
Но... Этот эпизод показал: выступать можно (особенно если ты из правых), даже если подавят — путч сойдёт с рук.
Так что совсем скоро на сцену выйдет известный любитель толкать зажигательные речи в пивных Мюнхена...
Если вдруг хотите поддержать автора донатом — сюда (по заявкам).
С вами вел беседу Темный историк, подписывайтесь на канал, нажимайте на «колокольчик», смотрите старые публикации (это очень важно для меня, правда) и вступайте в мое сообщество в соцсети Вконтакте, смотрите видео на You Tube или на моем RUTUBE канале. Недавно я завел телеграм-канал, тоже приглашаю всех!