ЭТО НАЧАЛО
- Чего нос-то воротишь, бесстыдница? - шипела мать, со злостью проходясь гребнем по волосам дочери. Хороши они были, коль в косы заплести – волос густой, тяжёлый, длинный. Мороки с ними было много, но немногие девицы в их селе могли похвастаться таким богатством. Вот только матери до этого богатства было невдомёк, зло расчёсывала она дочери волосы, намеренно дёргая, чтобы побольнее сделать.
- Ты норов свой поумерь, порченная теперь, кто тебя в жёны возьмёт такую? А Влас мужчина основательный, дом справный себе поставил, пущай и в лесу. Вот и пойдёшь за него, как отец велит, хоть перестанешь ему глаза мозолить, напоминать ему о своей глупости, - принялась мать дочери косы плести, да так туго затягивала, что у Нежданы слёзы на глаза наворачивались. Но матери возражать не смела, пускай и не видела Неждана от неё ласки всю свою жизнь. А вот то, что отец снова осерчать может – вот этого она боялась, авось и правда лучше будет, коль уедет она из отчего дома? Выпорол он её так, что спина до сих пор саднит.
Пока мать голову дочери в порядок приводила, по крайней мере, по её мнению, глядела на себя Неждана в блюдо, начищенное до блеска, и в коем можно было себя разглядеть. Ничем она не была примечательна – обычное личико молодой девушки, с щедрой россыпью веснушек, да глаза серые, которые темнели, коль Неждана чем-то недовольна была. И волосы – густые, русые, ежели распустить их, да в озере искупаться, запросто можно было её за русалку принять! Не видит Неждана в своём лице девичьей красы, да и мать ей талдычила об этом постоянно.
Вот только Алексей что-то смог разглядеть в ней, когда заглянул в серые глаза девушки у колодца. Сердце парня дрогнуло, забилось быстрее, и, подхватив тяжёлые вёдра, донёс их до самого дома. Любовь промеж ними сладилась, напоминая хрупкие цветочки яблони, что робко весной распускаются, да тянут лепесточки свои к солнышку. Круглой сиротой был, сам по себе жил, слыл парнем работящим, так что в деревне к нему хорошо относились. Но Неждана знала, что не позволит отец за него замуж пойти, как бы они этого не хотели. Отцу богатого жениха подавай, чтобы выкуп за невесту хороший дал, ведь ничего от собственной дочери толкового не ждал, да и вообще за человека считал даже. Мать ему вторила, дочь откровенно они не любили, и зачастую думала Неждана, что её вообще в этот двор подбросили, потому как на родителей она даже не похожа была.
Но ведь есть в доме пара рук лишних, да и повыгоднее её замуж можно продать! Долго молодые робко любовались друг другом. Да разве ж шило в мешке утаить можно? Решилась Неждана молодому парню довериться, залезли они на сеновал, да там всё и сладилось. Вот только миловаться долго у них не получилось – отец внезапно явился. Может сказал кто, а может по какой нужде туда пришёл – о том Неждана не ведала. Но гнев отца страшен был, без всякого труда он догадался, что между молодыми произошло. Повезло Алексею, что выскочить успел, не пострадал, а вот Неждане досталось хорошенько. Думала отец и вовсе её в живых не оставит, да ещё и косы выдерет – орал так, что оглохнуть можно.
Притащив Неждану обратно в дом, швырнул он её в закуток, в котором жила она. Пригрозил, чтобы ни шагу со двора не делала, а сам ушёл куда-то. Неждана и рада была бы уйти, да от побоев заболела, и почти седмицу целую металась в бреду. С трудом её знахарка деревенская отпоила, да привела в себя. Вот только когда Неждана в себя пришла, ждало её страшное известие – не стало Алексея. Сказали, что зашибло его деревом в лесу, один он был, никто и не видел. Пару дней пролежал, прежде чем нашли, а когда Неждана смогла на ноги вставать, то уже и схоронили.
Отец, говоря это дочери, довольно ухмылялся, глядя как она бледнеет, словно доставляло ему удовольствие собственную дочь мучить. А ещё было в его глазах нечто такое, что подсказывало Неждане страшную догадку. Казалось ей в тот момент, что часть внутри у неё словно заледенела и стала твёрже камня. Стала она молчаливой тенью самой себя, камень тяжёлый теперь внутри неё был, но с тех пор не смел отец на неё руку поднять, а мать за косы дёргать. Только захотят душу отвести, так Неждана глаза свои вскинет, да пристально в лицо смотрит. Незнамо было что там видели они в её взгляде, но отец сердито плевал, да уходил, а мать только бранилась. Казалось девушке, что теперь жизнь у неё всегда такой будет – в заботах о доме, который стал ей темницей. Кто на такую польстится, коль даже родители от неё открещиваются? Нелюбви Неждана не понимала, был бы рядом Алексей, так сбежали бы точно! Только вот нет его, и померк белый свет для девушки.
Вот и надумали её за лесника-бирюка отдать, дочерний позор прикрыть, да хороший выкуп за такую невесту получить. Неждана никак не отнеслась к этой новости, когда отец однажды вечером об этом объявил, да горделиво на семейство своё поглядывал. Неждана, поклевав чего-то со стола, сидела в своём углу, да вышивала на полотенце вязь из зелёных листочков. Пожалуй, было это единственное, что осталось ей в радость в этом мире.
- Слышишь? Завтра сватать тебя будут, так что подготовься, да в порядок себя приведи, - начал сердиться отец, дочь ведь даже голову не поднимала, словно не слышала его совсем. А мать засуетилась:
- Радость-то какая! Ещё и жених такой приличный, дом у него полная чаша. Не волнуйся, всё будет как положено, сватов уважим как следует. Дочь я подготовлю, - разлилась матушка цветочным мёдом. Иначе осерчает муж, ещё и ей достанется, ещё и этого не хватало! Долго они ещё обсуждали промеж собой выгоду от того, что дочь выдают замуж. Неждана их слушать и перестала, думая о том, какого ей там жениха нашли. А поскольку с односельчанами она не зналась почти, гадать можно было долго, и она решила просто дождаться завтрашнего дня.
Она закончила стежок последний, любовно провела пальцами по вышивке. Это действительно хоть немного, но приносило в её беспросветную серую жизнь хоть какую-то радость. Мать же, покормив отца, засуетилась, приданое дочери подбирая, да вытаскивая из сундуков перины и подушки. Неждана, когда сваты пришли, напоминала рыбу, что недавно из речки выловили. Ни радости, ни огорчения никакого не выказывала, просто смотрела куда-то сквозь людей. Для себя приняла решение: ежели возьмут её замуж, то пойдёт. Даже если будет дурно ей в доме лесника, то можно сбежать просто. А может и лучше будет ей, чем в родительском доме? Да ещё и голова болела от того, как мать её причесала, противно было! Не хотелось на себя со стороны глядеть.
Знала Неждана, что жениха Власом кличут, да говорят про него в деревне всякое. Действительно - бирюком живёт, нелюдимый совсем, может чем дурным промышляет, но про то ничего известно не было. Единственное, на счёт чего воспротивилась вдруг Неждана – на счёт празднования свадьбы. Никакого торжества она не хотела, и отцу об этом прямо сказала:
- Не хочу никакого праздника. Коль избавится от меня желаете, сделаете как я велю. А я не буду по деревне слухи разносить о том, что вы творите. А если орать на меня начнёшь, то я в ответ не тише начну. А коль руку на меня подымешь, то в этот раз так просто не отделаешься, - Неждана говорила, смотря прямо в глаза отцу. И впервые тот в ответ бранью не разразился. Может от того, что разглядел что-то в глазах дочери? Да и в самом деле, на кой гулянку большую устраивать, соседей просто так кормить? А так, избавится от нелюбимой дочери, отправит её куда подальше всё. Тем более она на рыбу мороженую больше походит, чем на нормальную девицу!
Да и Влас видать не против тихого празднества. Свадьба для девушки промелькнула так, словно её и не было. Помнила только жениха – крупного, похожего на медведя мужчину, который на неё толком и не глядел. Сидел рядом за столом, да перед собой глядел, словно боялся на неё взгляд даже поднять иль голову повернуть. Да и у родителей долго оставаться они не стали – на следующий вечер после свадьбы, погрузил Влас на подводу приданое, да поехала Неждана в новый свой дом.
Продолжение:
