В Санкт‑Петербурге продолжается судебное разбирательство по делу Петра Ж., обвиняемого в убийстве 9-летнего мальчика. Трагедия потрясла город, но вслед за шоком и сочувствием последовало нечто иное — волна необоснованной агрессии в адрес семьи погибшего ребёнка. Юрист Никита Сорокин, представляющий интересы семьи, сообщил о тревожной ситуации: мать мальчика, Ксения, стала мишенью для травли со стороны группы женщин, часть из которых ранее участвовала в поисках пропавшего ребёнка. Детали этой истории освещали журналисты NEWS.ru.
Тайный чат и спланированные провокации
По информации, предоставленной Сорокиным изданию Woman.ru, у группы активистов существует закрытый чат. В нём участники координируют свои действия — и, как выяснилось, не всегда с благими намерениями. Юрист рассказал, что в чате действует жёсткая система фильтрации: если кто‑то предлагает заняться поиском других потенциальных жертв (а у обвиняемого Жилкина были обнаружены видеозаписи с участием детей), такого человека немедленно исключают из сообщества.
Следователи и семья смогли установить личности некоторых участниц травли: их фотографии были найдены, а дети Ксении узнали этих женщин. Более того, некоторые из них пытались вступать в прямой контакт — подходили к семье на улице и задавали провокационные вопросы, создавая напряжённые и стрессовые ситуации.
Одним из самых шокирующих эпизодов стала спланированная провокация во дворе, где проживает Ксения с детьми. Одна из участниц группы организовала своеобразный перформанс: она одела своих дочерей в одежду, напоминающую ту, что носил убитый ребенок. Женщины специально двигались по двору так, чтобы оказаться в поле зрения Ксении и её детей, и пытались заснять их реакцию на видео.
Свидетели подтвердили, что после того, как стало очевидно: их маскарад замечен, участницы со смехом убежали. По мнению юриста, цель подобных действий — спровоцировать Ксению на эмоциональную реакцию, которую затем можно было бы распространить в сети с новыми обвинениями и упрёками.
Страх, усталость и давление со всех сторон
Травля приняла разнообразные формы. В день похорон соседка Ксении несколько раз вызывала полицию, утверждая, что в квартире семьи царит шум и пьянство. Прибывшие сотрудники правоохранительных органов не выявили никаких нарушений и не составили протоколов в отношении жильцов.
Из‑за непрекращающегося потока негативных сообщений Ксения и её муж были вынуждены закрыть свои аккаунты в социальных сетях. То же сделали и другие родственники семьи — они оказались не готовы к такому масштабу хейта и агрессии.
Никита Сорокин отметил, что дети в семье находятся в состоянии стресса: они запуганы и эмоционально истощены. Несмотря на всё происходящее, они всё ещё находят в себе силы улыбаться, что вызывает искреннее удивление у окружающих. Семья, по словам юриста, никогда раньше не сталкивалась с подобным уровнем публичной травли, и личное горе усугубилось давлением извне.
Ксения рассказала, что под окнами их квартиры постоянно дежурят журналисты с камерами. Постоянный контроль, внимание СМИ и поток негативных сообщений делают повседневную жизнь невыносимой. Семья оказалась в ловушке: с одной стороны — боль утраты, с другой — непрекращающаяся травля и попытки выставить их в невыгодном свете.
Уголовное дело против матери и обстоятельства громкого убийства
20 февраля стало известно, что против 33‑летней Ксении возбуждено уголовное дело по статье о неисполнении обязанностей по воспитанию несовершеннолетних. У женщины после гибели сына осталось ещё шестеро детей, и теперь она вынуждена одновременно справляться с утратой, давлением общества и новым юридическим вызовом.
Следствие установило, что мальчик не посещал школу и часто находился на улице. Он проводил время возле торгового центра, где попрошайничал и пытался заработать на жизнь мытьём фар автомобилей. Именно там он и познакомился с Петром Ж. По версии следствия, обвиняемый сначала склонял ребёнка к действиям сексуального характера, затем похитил его и совершил убийство.