Я собиралась в выходные сделать что-нибудь по дому, но... спала, ела, читала, смотрела Пуаро, занималась на пианино, в воскресенье с преподавателем... А вчера вечером мы с Гришей поужинали в Гудмане перед походом в театр.
Изначально мы собирались в Ryba Family на Центральном рынке. Я там никогда не была, оказалось, что ЦР - это огромный фуд-корт. И мы пошли в Гудман.
Я взяла салат со стейком и апельсиновый сок. Гриша глинтвейн и Нью-Йорк
До театра дошли пешком. В марте центр города выглядит непрезентабельно
Зато сам театр нарядный - и снаружи (фото не моё),
и внутри (Калягин и Стуруа)
Побродила по театру в ожидании второго звонка.
Я редко бываю в Ey Cetera, но каждую увиденную постановку помню очень хорошо.
Все было сделано с большим художественным вкусом.
Не подчеркнуто консервативно, как в Малом театре, но и без какой-то мещанской пошлости (как это показали однажды в театре Ермоловой).
Ну и Калягин нравится - интеллигентный актер
Спектакль, который мы решили посмотреть - "Пожары", старая постановка канадского драматурга и режиссера ливанского происхождения Важди Муавада.
Честно - я пожалела о своем выборе.
Это хороший спектакль, умный, глубокий, интересный, но развязка ужасна. Настолько ужасна, что я просто не могла её принять. Мне показалось, что это too much.
Я не люблю фильмы про войну с демонстративным фокусом на страданиях. Мне всегда казалось, что в этом больше стремления потакать зрительскому желанию пощекотать нервы и безопасно испытать страх
И только сегодня утром поняла, почему автор придумал самую ужасную из объяснений.
Героиня в 16 лет родила ребенка, которого у нее тут же отняли. И она поклялась любить его, что бы ни случилось.
И именно то, что произошло во втором акте, объясняет, что она сдержала свое слово, несмотря на то, что случилось.
По пьесе снят фильм, номинированный на Оскара, я его не смотрела и не смогла бы. От фильма очень легко оторваться. Театр - совсем другое дело, он приковывает внимание к сцене, даже если на сцене то, что невозможно смотреть.
И потом, я не уверена, что суть пьесы можно передать в кино. Кино слишком прямолинейно, если речь о Квебеке - то вот он со всеми видами, если речь о ливанской деревней - вот вам натура, вот вам соответствующая массовка.
Театр по сравнению с кино - как картина по сравнению с фотографией. Он не скармливают готовое изображение с разжеванной моралью, а заставляет работать воображение, и от того происходящее на сцене точнее передает самую суть.
Это спектакль про женщин. Про то, что женщина может выдержать то, что не под силу мужчинам.
И про войну, которая катком проходит по человеческим судьбам.
Сюжет пересказывать не буду, напишу только про одну сцену. Молодая девушка признается матери в беременности от парня из другого стана. Мать выносит вердикт:
- Ты родишь и тут же отдашь дитя. Либо ты уйдешь сейчас из деревни, но снимешь одежду - она тебе не принадлежит. Выбирай. Если первое, то падай на колени
Дело происходило в Ливане до Гражданской войны, но общество уже было расколото на множество лагерей, чтобы через 20 лет эти лагеря схлестнулись в бессмысленной резне.
Героиня упала на колени.
Один зритель написал в комментариях к спектаклю: "Все из-за героини. Если бы она выбрала ребенка, ничего бы не произошло".
Мужчины всегда знают, как мать должна любить свое дитя.