Ответ оказался неожиданным: в какой-то момент жители Центральной Европы внезапно начали массово есть зерно, пришедшее… из Восточной Азии. К такому выводу пришла международная команда археогенетиков, изучившая ДНК и химический состав костей людей позднего бронзового века. Их работа опубликована 24 февраля 2026 года в журнале Nature Communications и уже активно обсуждается археологами по всему миру.
Исследование возглавила археогенетик Элефтерия Орфану из Института эволюционной антропологии Общества Макса Планка в Лейпциге. Учёные собрали уникальный материал: геномы и изотопные данные 36 скелетов, найденных на редких для этого периода захоронениях в Германии, Чехии и Польше. Дело в том, что в позднем бронзовом веке (примерно 1300–800 годы до н. э.) в Европе доминировал обряд кремации — а огонь уничтожает ДНК и химические следы, которые нужны исследователям. Поэтому любые не сожжённые захоронения становятся настоящей научной находкой.
Чтобы восстановить картину жизни древних людей, исследователи использовали сразу несколько методов: анализ древней ДНК, изотопов стронция и кислорода, а также остеоархеологическое изучение костей. Изотопы в зубной эмали работают как своеобразный «географический паспорт» — по ним можно определить, где человек вырос и жил. Оказалось, что большинство изученных людей провели всю жизнь в одном регионе. Иными словами, культурные изменения того времени происходили без массовых миграций, а благодаря обмену идеями и технологиями между соседними сообществами.
Но главный сюрприз скрывался в меню бронзового века. Анализ изотопов углерода показал, что примерно во второй половине II тысячелетия до н. э. жители Центральной Европы начали активно употреблять просо метельчатое (broomcorn millet) — культуру, которая ранее была распространена в северо-восточном Китае и только недавно появилась в Европе. По мнению исследователей, это могло быть ответом на экологические или экономические трудности: просо созревает быстрее и лучше переносит засуху. Интересно, что спустя некоторое время люди снова вернулись к традиционным культурам — пшенице и ячменю, что говорит о гибкости и экспериментальности сельского хозяйства бронзового века.
Скелеты рассказали и о здоровье древних европейцев. Следов масштабных эпидемий учёные не нашли. Однако на костях видны признаки тяжёлой физической работы, травм и стрессов, перенесённых в детстве. В целом же люди выглядели относительно здоровыми для своей эпохи — хотя их жизнь явно была далека от лёгкой.
Ещё одна неожиданность касается похоронных обрядов. Даже внутри одной и той же общины археологи находят разные формы погребения: кремацию, обычные захоронения, отдельные захоронения черепов и сложные многоэтапные ритуалы. По словам Орфану, это показывает, что такие практики были не исключением, а частью широкой культурной традиции.
Главный вывод исследования звучит почти современно: общество позднего бронзового века было гораздо более гибким и взаимосвязанным, чем принято думать. Люди экспериментировали с сельским хозяйством, обменивались идеями с соседями и адаптировались к меняющемуся миру — задолго до появления письменной истории.