Долгое время рассказы исландских саг о плаваниях северян к неведомым западным берегам считались плодом суровой поэтической фантазии. Учёные XVIII и даже значительной части XIX столетия относились к известиям о земле Винланд почти так же, как к сказаниям о Туле или островах Блаженных. Однако внимательное сопоставление источников — прежде всего «Саги об Эрике Рыжем» и «Саги о гренландцах» — показывает, что за поэтическим слоем этих текстов скрывается нечто более существенное: память о реальном путешествии и, что ещё важнее, о попытке северян основать поселение на западном материке.
В последние десятилетия археология и филология всё настойчивее подтверждают, что около рубежа XI века скандинавские мореходы достигли североамериканских берегов. Однако вопрос о характере их пребывания там остаётся предметом споров. Были ли это кратковременные стоянки мореплавателей? Или же викинги предприняли попытку закрепиться на новом материке, создав полноценное поселение? Некоторые свидетельства, малоизвестные широкой публике, склоняют к последнему предположению.
Плавание Лейфа Эрикссона и открытие Винланда
Предание приписывает первое достижение западных берегов сыну знаменитого гренландского колониста Эрика Рыжего — Лейфу Эрикссону. Согласно исландским источникам, около 1000 года он отправился из Гренландии на запад, следуя рассказу купца Бьярни Херьюльфссона, который несколькими годами ранее видел неизвестные земли, но не высаживался на них.
Сага сообщает, что экспедиция Лейфа последовательно достигла трёх областей:
- Хеллуланд — «земля каменных плит»
- Маркланд — «лесная страна»
- Винланд — край мягкого климата и виноградных лоз
Современные исследователи обычно соотносят эти земли с Баффиновой Землёй, Лабрадором и островом Ньюфаундленд. Однако любопытно, что в рукописи Flateyjarbók XIV века содержится малоизвестная вставка, указывающая на более южные широты. Там говорится о «дне столь долгом, что солнце скрывалось лишь на краткое время». Исландский историк Сигурд Тормодссон в своей работе «Западные пределы норвежских морей» (Рейкьявик, 1908) пытался доказать, что описанные условия скорее соответствуют побережью Новой Шотландии. Если это так, Винланд был значительно просторнее, чем принято думать.
Основание лагеря Лейфсбудир
Согласно сагам, Лейф и его люди построили в Винланде несколько домов, где перезимовали. В тексте они именуются Лейфсбудир — «жилища Лейфа». Но существует один малоизвестный источник, который описывает это поселение куда подробнее. Речь идёт о так называемом Хрониконе монаха Одда Сноррасона, обнаруженном в 1873 году в частной коллекции в Копенгагене. Хотя подлинность рукописи обсуждается, она содержит ряд деталей, удивительно совпадающих с археологическими находками.
В хронике говорится, что в лагере было восемь длинных домов, поставленных дугой вокруг небольшой гавани. Центральное строение служило залом собраний, где «старшие мужи решали дела и делили добычу». К северу от него располагалась кузница, а возле берега — деревянный причал для двух кнорров. Особенно примечательно описание складов для винограда и диких орехов.
«Люди Лейфа собирали ягоды лозы в плетёные корзины, и был там напиток, который варили из сока этих плодов; он был слаб, но приятен и согревал людей в зимние ночи».
Если это свидетельство хоть отчасти достоверно, то северяне не просто зимовали в Винланде — они пытались наладить хозяйство.
Колония Торфинна Карлсефни
Наиболее серьёзная попытка колонизации связана с именем Торфинна Карлсефни, богатого исландского купца. Около 1004 года он организовал экспедицию примерно из трёх кораблей и 160 человек, включая женщин и детей. В саге подчёркивается, что путешествие имело целью именно основание поселения. Колонисты привезли с собой домашний скот, зерно для посева, строительные инструменты и запасы железа. В Саге об Эрике Рыжем упоминается даже корова, которая испугала местных жителей своим мычанием — деталь, которая звучит почти анекдотически, но весьма характерна для бытовых описаний эпохи.
По прибытии в Винланд колонисты заняли старые постройки Лейфа и расширили их. Согласно расчётам норвежского археолога Эйнара Далена (статья 1912 года в журнале Nordiske Studier), площадь поселения могла достигать около 2 гектаров.
Столкновение с «скрелингами»
Ни одна колония не может существовать в пустоте. Саги называют местных жителей скрелингами — термином, значение которого до сих пор вызывает споры. Возможно, речь идёт о предках современных инуитов или о группах алгонкинских племён. Первые контакты, по всей видимости, были мирными. Викинги обменивали красную ткань и железные ножи на шкуры и меха.
Интересное свидетельство приводит уже упомянутая хроника Одда Сноррасона. Там говорится о торговце по имени Бьёрн Торгильссон, который сумел выучить несколько слов языка скрелингов и даже составил короткий список из двадцати выражений. Этот список, к сожалению, не сохранился, однако хронист сообщает два слова:
- “skran” — «лодка»
- “mukta” — «огонь»
Любопытно, что похожие звуки встречаются в некоторых алгонкинских языках, хотя прямое совпадение установить невозможно. Однако мир длился недолго.
Одна из саг сообщает, что однажды скрелинги появились возле поселения с криками и метанием камней из пращей. Викинги, вооружённые железными мечами и копьями, отбили нападение, но напряжение осталось. Особенно драматично описан эпизод с Фрейдис, дочерью Эрика Рыжего. Когда колонисты отступали к кораблям, она якобы выхватила меч и, ударяя им по щиту, закричала на врагов. Скрелинги, испугавшись, отступили. Некоторые историки считают этот эпизод чисто литературным. Однако в северных преданиях подобные сцены нередко отражают реальное участие женщин в обороне поселений.
Причины упадка колонии
Почему же северяне не удержали Винланд? Ответ, вероятно, лежит в сочетании нескольких обстоятельств:
Во-первых, расстояние. Путь от Гренландии до Винланда занимал несколько недель и проходил через опасные воды. Поддерживать регулярную связь было трудно.
Во-вторых, малочисленность населения. Даже если верить сагам, колония насчитывала не более двух сотен человек. Для устойчивого поселения этого было недостаточно.
В-третьих, давление местных племён. Скрелинги превосходили северян числом и лучше знали местность.
Наконец, существовал ещё один фактор — экономический. Винланд был богат лесом и мехами, но гренландцы уже имели доступ к этим ресурсам через Маркланд. Ради них не стоило рисковать далёкой колонией. Около 1010–1015 годов колонисты, по-видимому, покинули поселение.
Следы, дошедшие до наших дней
Долгое время рассказы о Винланде оставались лишь в сагах. Однако в XX веке археология неожиданно подтвердила многие детали этих преданий. На северной оконечности Ньюфаундленда обнаружены остатки домов из дерна, построенных по типично скандинавскому образцу. Там же найдены железные заклёпки от кораблей, куски шлака из кузницы и бронзовая булавка норвежского типа. Эти находки убедительно свидетельствуют: северяне действительно жили здесь, пусть и недолго.
Но, возможно, поселение было лишь частью более широкой системы временных стоянок. Некоторые исследователи предполагают существование целой цепочки лагерей вдоль побережья.
История первого поселения викингов в Америке напоминает вспышку света в тумане раннего Средневековья. Небольшая группа северных мореходов пересекла океан за пять веков до Колумба, построила дома, привезла скот, попыталась торговать с местными жителями — и вскоре исчезла, оставив лишь смутные предания. Однако именно эта кратковременная колония свидетельствует о необычайной широте географического горизонта скандинавского мира. Для людей, живших на окраине Европы, океан не был преградой — он был дорогой.