Найти в Дзене
Ранняя осень

Чингиз Айтматов. Тавро Кассандры.

Книгу я эту первый раз прочитала в начале 90-х годов прошлого века, то есть, когда она была написана и сразу же опубликована. Потом к этой книге я не возвращалась, хотя роман мне понравился. Своей нестандартностью и какой-то обречённостью и нетипичностью. Если кто помнит, время тогда было специфическое, прямо по китайскому проклятию, чтобы жить во времена перемен. Мне было 18 лет, я ничего не понимала в этой жизни, впрочем, как и сейчас не понимаю. Но тогда мне казалось, что что-то понимать нужно, а главное – возможно. Поэтому я читала классику и фундаментальные исследования по психологии. Айтматов в этот список не входил, я его читала просто так, для отдыха. Но читала я его старые книги, допотопные, то есть до перестроечные. И вот примерно год назад я вспомнила про эту Кассандру и мне показалось, что книгу нужно срочно перечитать. В библиотеке её не оказалось, но мне там дали другую, что-то про снежного барса и легенду о вечной невесте. Это – последний роман Айтматова, ещё более груст

Книгу я эту первый раз прочитала в начале 90-х годов прошлого века, то есть, когда она была написана и сразу же опубликована. Потом к этой книге я не возвращалась, хотя роман мне понравился. Своей нестандартностью и какой-то обречённостью и нетипичностью.

Если кто помнит, время тогда было специфическое, прямо по китайскому проклятию, чтобы жить во времена перемен. Мне было 18 лет, я ничего не понимала в этой жизни, впрочем, как и сейчас не понимаю. Но тогда мне казалось, что что-то понимать нужно, а главное – возможно. Поэтому я читала классику и фундаментальные исследования по психологии. Айтматов в этот список не входил, я его читала просто так, для отдыха. Но читала я его старые книги, допотопные, то есть до перестроечные.

И вот примерно год назад я вспомнила про эту Кассандру и мне показалось, что книгу нужно срочно перечитать. В библиотеке её не оказалось, но мне там дали другую, что-то про снежного барса и легенду о вечной невесте. Это – последний роман Айтматова, ещё более грустный и безнадёжный.

Я стала целенаправленно искать «Тавро Кассандры». В книжных магазинах её нет – она давно не переиздавалась. Да и не тот это товар, которым сейчас книжные магазины зарабатывают себе на пропитание.

Пошла в другую библиотеку – там мне предложили «Пегий пёс», но Кассандры тоже не нашли. Стала смотреть по тематическим группам, где поклонники творчества Айтматова выкладывали его книги. И там нет.

Потом, перед новым годом, нашла книгу на маркетплейсе, кто-то распродавал своё или унаследованное. Купила, привезли из другого города за 1000 километров.

Долго не могла начать её читать, но потом прочитала за пару дней.

Ощущения противоречивые, как и положено. Оказалось, что в те далёкие годы книгу я воспринимала совсем по-другому, как какую-то грустную фантастику и антиутопию. Сейчас читать её было откровенно страшно. Потому что суррогатное материнство и зачатие в пробирке перестало быть пугающим вторжением в ту сферу, где не нам решать. Теперь это рутинная законная процедура, её можно даже получить по полису обязательного медицинского страхования. И тихие попытки намекнуть, что с этим что-то «не так» никого не интересуют.

Предисловия к книгам я читаю довольно редко, но тут решила читать всё, что предложили. И предисловие показалось не менее интересным, чем сам роман.

Даже не представляю, кому могла бы быть интересна эта книга сейчас. Для Айтматова, с его любовью к широким просторам, эта книга крайне нетипична. Там всё как-то узко, Земля превращается в крошечную комнатку, где мы все оказались непонятно зачем. Нам страшно и тесно, и любые попытки показать, что мы сами себя губим, вызывают приступ ярости.

В книге очень много философии, даже в чём-то больше, чем у Фёдора Михайловича с его Родионом. У Айтматова человек не имеет права, потому что зло никуда не уходит из этого мира, а накапливается в нмире, всё сильнее его отравляя.

Много размышлений на религиозную тему, в том числе о том, что у этого мира явно один Творец. А попытки Его присвоить – это только попытки.

Я рада, что смогла добраться до этой книги и нашла время неторопливо её перечитать. Для меня после неё мир уже не будет прежним, книга заметно меняет, что-то внутри перенастраивает. И очень благодарна автору за возможность пообщаться с собой, той, далёкой восемнадцатилетней. Я замечала, что когда перечитываешь книгу, прочитанную раньше, то диалог идёт не только с автором, но и с собой, с той, какой я была.