Часть 1. Письмо без адреса Почта в Подгорном царстве заведением была не простым, но для здешних обитателей весьма незаменимым. Деревянная избушка стояла на развилке трех дорог, одна из которых каждый раз делала вид, что она Сомнительная тропинка и норовила обойти избушку мимо, уведя очередного отправителя письма куда-то в чащу. Неудачливых отправителей вылавливали в лесу лешие и, хоть и кругами, но возвращали обратно. Последние лет пятнадцать, а то и все сто, почта не работала. Не находились желающие отправлять чужие письма туда, где есть адрес, но неизвестен получатель — уж больно нелегка ноша быть отправителем таких писем. Писем забытых желаний. А тут внезапно нашлась новая хранительница Почты. Фея в сером плаще, под которым ловко прятала крылья, стесняясь их легкости средь тяжёлых лесных троп, оглядела запылённые конверты, громоздившиеся кривыми стопками на всех полках, шкафах и даже на рассохшемся полу. Парочка, другая конвертов до сих пор кокетливо выглядывали из-под чашки с давно высохшим чаем. Время от времени из тёмных углов раздавался сдержанный чих и ворчание. Некоторые письма были ещё живы. Сюда приносили письма те, кто почти забыл своё желание, но хотел попытать ещё один шанс, помня только адрес — мгновение своей жизни, когда искрилось счастье. Приходили воинственные гномы, высокомерные лепреконы, кривляки-кикиморы, пожилые и молоденькие феи, иногда забредали чародеи и водяные. Ходила легенда, что однажды на Почту забытых желаний забрел единорог с письмом на кончике радужного рога. Но ему никто не открыл, и он пригвоздил письмо прямо к двери. Так оно и истлело, оставив отпечаток желания единорога на потемневшем дереве. Фея, засучив рукава и откинув капюшон, принялась разбирать письма желаний. Некоторые смущённо хихикали любовными записками, иногда вздыхали просьбами о прощении или всхлипывали: "Ты ещё меня помнишь?" Некоторые мертвенно молчали, и тогда Фея ставила на них печать "забыто" и отправляла в Долгий бездонный ящик. Навечно. Изредка, на те, что ещё были живы и трепыхались надеждой, Фея сама писала ответ. Это была её маленькая тайна и право хранителя Почты. Вскоре Почта забытых желаний наполнилась свежими конвертами, старинные чашки согрелись ароматным чаем, красные в горошек занавески приветливо закачались на окнах. Сомнительная тропинка довольно ухмыльнулась, а лешие в лесу застонали, спрятав бородатые лица в еловых лапах своих дремучих чащ. Жизнь пошла своим чередом. Стук в дверь отвлек Фею от попытки разобрать корявый почерк лепрекона на очередном конверте. — Войдите! — крикнула она и привычным жестом скрыла лицо поглубже в тени капюшона. Дверь открылась с тяжёлым, глухим вздохом, и тьма заполнила избушку. Фея заморгала от удивления, но вдруг тьма кашлянула, оказавшись грудью черного Дракона, который едва влез в избушку и пытался сжаться в удобный комок, чтобы не развалить крышу и стены. — Мне нужно отправить письмо, — сказал он. Голос был глубокий, с хрипотцой, как камнепад вдалеке. — Конверт есть? — деловито спросила Фея, стараясь завороженно не пялиться на его чешую. Дракон протянул лапу. В ней лежал огромный конверт, запечатанный сургучом с оттиском… драконьей слезы. — Адрес? — спросила Фея. Дракон молчал. — Без адреса я не могу отправить, — вздохнула она. — Такие правила. Наша почта принимает только те письма, где есть адрес, но неизвестен получатель. А тут даже адреса нет. — Я не знаю адреса, — глухо ответил Дракон. — Я даже не знаю, есть ли она вообще. Та, кто поймёт, о чем моё письмо. Он попытался взмахнуть крылом, но стекла в окнах жалобно взвизгнули, и занавески в испуге задёрнулись. Дракон молча уронил конверт на стол и вышел прочь, не оборачиваясь. Хвост проволокся по полу, оставляя глубокую борозду из щепок. Фея подобрала конверт. Он был тяжёлым, тёплым, как камень, нагретый солнцем. Инструкции хранителя обязывали отправить драконье письмо без адреса в Долгий ящик — оно не подходило под правила. Но вместо этого Фея заварила чай, села у печи и вскрыла печать. Что-то подсказывало ей: это письмо нельзя просто забыть. --- Часть 2. Исповедь дракона Внутри было не письмо, а карта. Фея ошеломленно водила по ней пальцами. Это была не география — драконья душа. Красными чернилами были обведены места, где когда-то жгло огнём, синими — где застыло ледяным страхом. Черными клубились участки, которые нельзя вспоминать. А в самом центре был нарисован маленький костёр и подпись:Здесь живёт желание. Оно хочет согреть, но боится сжечь". И ещё был вложен листок, на котором дрожащим почерком было написано:Я умею летать, но порой устаю от высоты. Я умею любить, но боюсь, что моя любовь испепелит. Я ищу ту, кто не побоится подойти близко и не обожжётся. Если ты есть — отзовись. Если нет — сожги это письмо. Я пойму". Фея перечитала письмо три раза, потом ещё. А потом, забыв про чай, про стопки забытых желаний и про то, что она просто почтальон, взяла перо и написала ответ. Не от имени выдуманного адресата, как другим, ради живительной надежды, а от себя.Ты боишься сжечь. А я всю жизнь греюсь у других костров и всё никак не могу согреться. Приходи за ответом через год. Если не забудешь — значит, не зря". Она запечатала конверт, вышла и положила его на крыльцо, придавив сверху камнем, справедливо рассудив, что второго визита Дракона избушка не выдержит. --- Часть 3. Год тишины Год пролетел как один миг. Почта забытых желаний жила своей жизнью: приходили письма с просьбами о прощении, с криками о помощи, с глупыми признаниями в любви к соседскому пню. Иногда слали серенады самой Фее, но они фальшивили, были с ошибками или просто выспренними. Фея раскладывала их по полкам, отправляла по аккуратно написанным адресам, иногда отвечала сама, иногда грустила, складывая письма в Долгий ящик. А про дракона почти не думала. Почти. Каждый вечер, закрывая дверь, она задерживала взгляд на том месте у крыльца, где когда-то лежал её ответ. Камень был на месте. Конверта — нет. Значит, прочитал. Значит, не сжёг. Но не пришёл.Забыл, — думала Фея. — Ну и правильно. Драконы — они такие. Им бы города жечь, а не письма писать". И заставляла себя не ждать. Но в ночь перед той самой датой, когда год исполнился, она не спала. Сидела у окна, смотрела на луну и считала звёзды. А на рассвете раздался стук. Не тяжёлый, как в прошлый раз. А осторожный, почти нежный. Будто огромная лапа боялась раздавить дверь. Фея открыла. Дракон стоял на пороге. Он был… светлее. Нет, он не изменился, но казался мягче. Его тьма обрела тёплый золотистый отлив, как старая бронза. В лапе он держал небольшой конверт. — Я пришёл, — сказал он. — Год думал, летал в ледяном небе. Носил твой ответ с собой, перечитывал снова и снова. И понял: если не приду, то так и останусь картой с пустым местом в сердце. Он протянул конверт. — Это ответ. Настоящий. Фея взяла конверт. На нём было написано её имя. Подняла глаза на Дракона. Тот смущённо водил вокруг себя крыльями, отчего земля под ними прорезалась рваными рвами, а почтовая избушка испуганно притихла. — Ты… ты уверен? — спросила она. — Вдруг я обожгусь? Дракон улыбнулся. Впервые за всю историю этой сказки он улыбнулся. — Ты уже год греешься у моего костра. Не обожглась же. И тут Фея заметила: на его груди, там, где на карте был костёр, теперь светилось ровное тёплое пламя. Чёрных пятен больше не было. --- Эпилог Почта забытых желаний закрылась на ремонт. На дверях повесили табличку:Ушли согреваться". Говорят, иногда в тех краях можно увидеть Дракона, который гуляет пешком по Сомнительной тропинке, а на его спине, устроившись между тёплых чешуек, сидит маленькая фигурка в сером плаще. И крылья у неё теперь не спрятаны — они расправлены навстречу ветру. А письма, которые приходят на ту почту теперь, всегда находят своих адресатов. Потому что тот, кто однажды получил ответ, никогда не забудет, как это важно — просто не бояться сказать о своём желании.