Наталия Метлина — журналист, член Академии Российского телевидения, Депутат Московской городской думы VII и VIII созывов с 2019 года, руководитель и ведущая программы «Между тем» на телеканале Звезда. В интервью для сайта Школы журналистики имени Владимира Мезенцева при Центральном доме журналиста Наталия Борисовна рассказала о пути в медиабизнесе, управлении командой, профессиональном развитии журналиста, границах творческой свободы, отношении к социальным сетям и личных ценностях в профессии.
— Вы директор небольшой компании «Глеон Медиа». С какими трудностями в наше время сталкивается производитель телевизионного контента?
— Я решила заняться собственным бизнесом в январе в 2013 года после закрытия моего авторского ток-шоу «Метла» на НТВ. Моя компания существует уже 13 лет, и не всё было гладко. Трудно собрать команду, заключать контракты и зарабатывать деньги. Ты приносишь деньги. Ты отвечаешь за людей, ты должен понимать, кто чем занимается, отслеживать, нет ли лишних людей. Можно вспомнить знаменитый еврейский анекдот про козу и корову — если ты убираешь по человека, а ничего не меняется, значит, человек был лишним.
— По какому принципу Вы подбираете коллектив?
— Надо подбирать состав, с которым тебе будет комфортно — раз. И чтобы они были профессионалами — два. Вот когда у тебя сложится пазл, тогда ты начнёшь и зарабатывать деньги, и люди будут довольны, и обстановка комфортная.
Ты можешь закрыть иногда глаза на какие-то шероховатости, что-то доделать сам, но если человек тебя устраивает, он даёт тебе больше, чем время, которое ты потратишь на исправление его косяков. Иногда случаются проблемы. У меня вот сейчас уволен сотрудник, который на протяжении последнего времени ставил всех в очень неудобное положение. Мы нашли ему замену, но это боль — 13 лет работали вместе.
— Тяжело ли Вам увольнять сотрудников?
— Сложно. Но это всего лишь работа. Я не дружу на работе, но очень редко увольняю.
— У Вас очень разнообразная жизнь в профессии — и на телевидении, и на радио, и на «Ютубе» даже. Какие навыки, полученные за всё это время, помогают Вам?
— Всё идёт в зачёт. Ты понимаешь, что работает на тебя, а что тебе во вред. Каждый эфир — это новый шаг. Ты должен производить что-то новое, а не просто пилить одно и то же, должен всё время совершенствоваться. Если ты не развиваешься в своей профессии — всё, это конец.
— Как Вы считаете, что для журналиста становится основой для развития?
— Эксперименты и чтение. Я слушаю аудиокниги на английском языке, недавно прослушала два американских бестселлера: книги Фриды МакФадден «Housemaid» и «Never Lie». Я не всё поняла, но все равно получила огромное удовольствие.
— У Вас есть зависимость от соцсетей?
— Я наркоман в этом смысле. Я бросила курить полтора года назад, а сейчас мне надо завязать с постоянным просмотром соцсетей. Но это сложно, потому что оттуда я цепляю информацию.
Можно сидеть и читать только новостную ленту, это одно. А можно скроллить своих друзей, подписчиков и так далее — это другое. Я говорю про «другое» — это для меня проблема. Я могу провести час, просто валяясь на диване. Потом задаюсь вопросом: «А что я узнала, что помню?» Ничего. И говорю: «Так, стоп. Сейчас ты встаёшь, идешь в спортзал и там слушаешь английскую книжку. И вот это тебе на пользу». Очень важно вовремя осознать проблему и остановиться.
— Как для Вас менялись правила игры и понятие творческой свободы при переходе с одного медиа на другое?
— Нет никакой свободы, забудьте. Вы не умеете ей пользоваться. Человеку дай полную свободу, он будет в палатке жить на Красной площади. Нет, есть воспитание, есть понимание интересов. Если ты хочешь полной свободы — сейчас она есть, и это выбор каждого человека.
Ксения Собчак, наверное, свободная женщина, у неё нет никакого СМИ, она несёт, что хочет, спрашивает у человека то, что хочет. Я, естественно, живу по закону о СМИ, по правилам канала Министерства обороны, у меня есть определённая профессиональная «сфера интересов», которая совпадает с моими интересами. У меня есть свобода, при этом я нахожусь в определённых временных и цензурных рамках и уже мыслю в этих категориях. Поэтому свободу я понимаю по-своему.
— При написании сюжетов и репортажей какие Вам интересны детали, что лично Вам интересно рассказывать?
— Мне неинтересно, сколько зарабатывает Шнуров. Мне вообще плевать! «А сколько вы зарабатываете?» — я не считаю, что это в нужный для журналиста вопрос.
Я понимаю, что, наверное, человек, который собирает многомиллионную аудиторию, — богатый человек. Мне больше интересно, занимается ли он благотворительностью, помогает ли сейчас фронту, что делает для больных детей. Это мне важнее, даже если он копейку туда перевел. Это всё равно человек, который для меня встанет на другую ступень.
Я сейчас мало работаю в жанре документального кино. Но, например, мне захотелось сделать фильм про Гагарина. Это была совместная работа с ТАССМ, мы за неё получили и спецприз Роскосмоса, и премию Всероссийского общества «Знание» в номинации «Лучший просветительский фильм» — «Гагарин. Жизнь в хронике ТАСС». Там были очень любопытные эпизоды, но я их не взяла. Я не хотела говорить о том, что Гагарин где-то напился. Или где-то он разбил голову, потому что выпрыгивал из окна комнаты, где он обнимал какую-то медсестру. Не надо такого говорить, когда ты рассказываешь о Звезде. Гагарин для меня — безупречная звезда, и нет такой второй. И, мне кажется, я передала свою любовь к этому человеку зрителю.
Фотография для публикации предоставлена Наталией Метлиной