Вера положила телефон на тумбочку и ещё несколько мгновений смотрела на погасший экран, словно надеялась разглядеть там что-то важное — то, что не было сказано. Разговор с мужем снова закончился привычной пустотой: он даже не дал ей договорить, бросил короткое «не надоедай» и отключился, даже не попрощавшись. За последнее время она почти привыкла к этому холодному, отстранённому тону, к его вечной спешке и к ощущению, что между ними выросла невидимая, но плотная стена, которую невозможно разрушить ни просьбами, ни слезами. Вера тяжело вздохнула, убрала мобильный в сумку и попыталась отогнать от себя липкие, тягучие мысли, но они, словно туман, заползали в голову, напоминая о том, как давно всё пошло наперекосяк.
Она вспомнила, что они с мужем уже который месяц не разговаривают по-настоящему. Всё на бегу, впопыхах, словно у них нет ни минуты, чтобы просто сесть и побыть вдвоём. Хотя, если быть честной, холодность появилась вовсе не из-за этой дурацкой спешки. Всё началось с того дня, когда Дмитрий решил, что Вера должна оставить работу и стать домохозяйкой.
— Это же очевидно, — заявил он тогда, глядя на неё с высоты своего роста. — Что толку от твоей работы? Шесть лет уже торчишь на одном и том же месте, никакого роста, никаких перспектив. Выходит, работа — это не твоё призвание, Вер.
— Дим, тебе не кажется, что ты сейчас переходишь какие-то личные границы? — она старалась говорить спокойно, хотя внутри всё уже закипало.
— Нет, мне так не кажется, — отрезал он, даже не пытаясь смягчить тон. — Понимаешь, у всех моих друзей жёны — или те, которые не работают и сидят дома, как принцессы, или наоборот, строят карьеру, двигаются вверх. А я своим знакомым что должен говорить? Что моя жена застряла на полставки и даже не пытается ничего изменить?
— Дима, ты слышишь сам себя? — Вера поднялась с дивана, чувствуя, как кровь приливает к лицу. — Я не хочу, чтобы мной хвастались, как какой-то лошадью на ярмарке!
Он хмуро посмотрел на неё, и в его глазах мелькнуло что-то, похожее на разочарование.
— А что мне тогда рассказывать? Что у меня вообще нет жены? Красотой ты не блещешь, а ума, как выяснилось, и вовсе нет.
В тот вечер они разругались в пух и прах. Вера, не сдержавшись, схватила свою подушку и ушла в другую комнату, хлопнув дверью. Дмитрий даже не попытался её остановить или позвать обратно. Первое время он спал в спальне один, а потом несколько раз приходил домой поздно ночью — Вера сквозь сон уловила запах алкоголя, но сделать замечание не решилась: они всё ещё не разговаривали.
Потом, спустя какое-то время, они вроде бы начали общаться и даже вернулись к привычному ритму жизни, но осадок остался — какая-то едва заметная трещинка, которая так и не затянулась. Сейчас муж был в командировке, куда его в последнее время отправляли всё чаще. Вера скучала, но боялась лишний раз ему звонить, чтобы не раздражать. А в этот раз они поссорились прямо перед его отъездом, причём по глупому поводу, хотя в глубине души она понимала: повод был лишь верхушкой айсберга.
Она спросила у него, чьими духами от него так настойчиво пахнет. И тут началось такое — Дмитрий буквально взбесился, накричал на неё, обвинил в мнительности и в том, что она вечно лезет не в своё дело.
Вера уже пожалела, что вообще открыла рот. Муж схватил дорожную сумку и выскочил за дверь, даже не обернувшись. Она осталась стоять посреди прихожей, чувствуя себя раздавленной и никому не нужной. А через несколько дней решила: надо ехать к подруге в деревню, сменить обстановку. Наталья всегда говорила, что хорошая баня и рюмочка домашней наливки помогают разложить мысли по полочкам и перезагрузить голову.
Вера тут же набрала номер, не откладывая.
— Наташ, привет, — выдохнула она в трубку, стараясь, чтобы голос звучал бодро. — Как у тебя дела?
Наталья на том конце провода хмыкнула, но скорее добродушно.
— Ой, Вер, по голосу слышу — ты, похоже, наконец-то дозрела до нашей баньки и душевных разговоров.
Вера невольно улыбнулась, хотя к горлу подступил комок.
— Я... я даже не знаю, до чего я дозрела. Можно я приеду?
— Ну конечно, дурочка, приезжай, — тут же отозвалась Наталья. — Мы с Петькой всегда рады тебя видеть, ты же знаешь.
Кстати, Дмитрий терпеть не мог Наталью, считал её слишком простой и бесцеремонной. По его мнению, женщина не должна быть похожа на рубаху-парня. Вера с ним не спорила — просто старалась звонить подруге, когда мужа не было рядом.
На вокзале Вера заметно нервничала, а когда вышла на перрон и увидела Наталью, то почувствовала, как напряжение немного отпускает.
— Ну и видок у тебя, подруга, — Наталья окинула её оценивающим взглядом и покачала головой.
— Спасибо, Наташ, — Вера усмехнулась. — Ты всегда умеешь сделать комплимент.
— А что я, по-твоему, должна врать? Восхищаться твоей бархатистой кожей и блеском в глазах, которого нет? — Наталья подхватила её под руку. — Пошли, мои оглоеды заждались.
Они подошли к калитке, и из дома тут же вылетели две девчонки, визжа от радости.
— Тётя Вера! Тётя Вера приехала!
Они налетели на неё, как маленький ураган, и Вера, подхватив обеих, закружилась с ними по дорожке, на мгновение забыв обо всех своих бедах.
— Ничего себе, — выдохнула она, опуская их на землю. — Как же вы вымахали! Совсем большие стали.
Наталья усмехнулась, но в её усмешке чувствовалась горечь.
— Да, если бы некоторые тут имели право голоса, у нас бы тоже уже давно кто-то так кружился.
— Наташ, ну перестань, — Вера виновато коснулась её плеча.
— Ладно, пошли в дом.
Дело в том, что в семье Веры и Дмитрия детей не хотел именно муж. Говорил, что рано, что сначала нужно добиться каких-то высот, встать на ноги. Вера тихо возражала, что потом может быть уже поздно. Дмитрий только снисходительно усмехался:
— Ты серьёзно хочешь жить, как цыганка? Куча чумазых детей, никакого достатка, вечная беготня. У меня, между прочим, есть жильё, — он обводил руками стены их квартиры.
— Ты это называешь жильём? — Вера с обидой оглядывала бабушкину квартиру в центре, которую любила всем сердцем. — Это же прекрасная квартира!
— Да это просто конура, — отмахивался он.
Вере было до слёз обидно за память о бабушке, но она предпочитала молчать, лишь бы не развязывать очередную ссору, которых и так хватало.
Вечером, после жаркой бани, Вера сидела в беседке, откинувшись на лавку, и пила холодный квас.
— Знаешь, — произнесла она мечтательно, — теперь я точно поняла, что такое рай.
Муж Натальи, здоровяк Пётр, который всегда был душой компании, рассмеялся:
— Погоди, Вер, не торопись с выводами. Вот сейчас я шашлык дожарю, Наталья принесёт новую наливку — тогда и скажешь, что такое рай.
Когда мясо сняли с мангала и разложили по тарелкам, калитка вдруг скрипнула, и вошёл мужчина.
— Ну, запах на всю деревню, — весело произнёс он, подходя к столу. — Хоть убейте, но мимо пройти не могу.
Пётр поднялся и хлопнул его по плечу.
— Вер, знакомься. Это Серёга, мой друг. Тоже, кстати, не частый гость в деревне, хотя у него тут дом имеется. — Он повернулся к гостю. — А это Вера, подруга моей Натальи. Городская штучка, но иногда приезжает к нам перезагружаться.
Они сидели допоздна, и Вера вдруг поймала себя на мысли, что не чувствовала себя так свободно и легко уже много лет: не нужно было бояться сказать что-то не то, сделать не так, не нужно было ждать осуждения или насмешки. Интересно, почему с мужем, самым родным человеком, она никогда не ощущала такого спокойствия и принятия?
— Вера, а вы замужем? — спросил Сергей, когда разговор ненадолго стих.
— Да, — коротко ответила она.
— А почему же тогда одна здесь? — он смотрел на неё с любопытством, без всякого осуждения.
— Муж в командировке, — Вера пожала плечами. — И он... он ещё более городской, чем я.
Наталья махнула рукой:
— Да он у неё бука настоящий. Понятия не имею, как их вообще судьба свела. Хотя, каждому своё.
Сергей откинулся на скамейке, задумчиво глядя на звёзды.
— А здесь хорошо. Я после развода всё бросил и уехал сюда на целый месяц.
Пётр фыркнул:
— Ага, помним. Мрачный, с бородой, ни с кем не разговаривал.
— Да, состояние было так себе, — согласился Сергей. — Но здесь я смог успокоиться. Всем бабушкам в округе сена накосил, дров наколол — до сих пор вспоминают добрым словом.
Незаметно разговор перетёк в русло отношений, и чем больше Вера слушала, тем отчётливее понимала: эти мужчины мыслят совсем иначе, чем её Дмитрий. Для них женщина с её чувствами и желаниями была на первом месте, а уж потом — они сами. Это казалось странным и непривычным. Ну, про Петра она и так знала, что он без ума от Натальи, но и Сергей полностью его поддерживал. А ведь Дмитрий тоже вроде любит её... Почему же он никогда так не думает и не говорит?
Когда все разошлись по домам и улеглись спать, Вера ещё долго ворочалась, глядя в потолок. И пришла к неутешительному, как ей казалось, выводу: в их тяжёлых отношениях виновата прежде всего она сама. Наверное, она недостаточно даёт мужу тепла, внимания, любви. Нужно исправляться, быть мягче, чтобы он наконец понял: рядом с ним любящая и преданная женщина.
В город она вернулась совершенно другой — лёгкой, полной решимости всё наладить и начать новую, счастливую главу.
На третий день рабочей недели её неожиданно вызвал начальник. Вера зашла в кабинет, чувствуя лёгкое волнение, но он встретил её улыбкой.
— Вера Олеговна, я давно за вами наблюдаю, — начал он. — Вы ответственный, грамотный сотрудник, и я считаю, что вам пора двигаться дальше. Мы решили назначить вас начальником отдела.
Вера оторопела.
— Я... даже не знаю, что сказать. Спасибо большое.
— Это только первый шаг, — продолжил начальник. — Я уверен, что у вас большое будущее. Впереди ещё много ступенек.
Вера вышла из кабинета и чуть не закричала от радости, с трудом сдерживая эмоции, чтобы не шокировать коллег. Димка будет в полном восторге! И тут, совершенно некстати, вспомнились глаза Сергея и его слова: «Мужчина должен радоваться каждому движению своей любимой женщины, а не только её успехам, которые всем заметны».
Она тряхнула головой, отгоняя эту мысль. Ну, у каждого своё.
В пятницу Дмитрий должен был прилететь из командировки. Вера решила устроить ему настоящий сюрприз. За день она успела приготовить праздничный ужин и тщательно заняться собой. Сегодня она уделила своему внешнему виду особенное внимание, надела то платье, которое он когда-то хвалил, и сама себе очень нравилась.
До прилёта самолёта оставалось всего пятнадцать минут, когда она припарковалась у аэропорта. Забежала в киоск, купила любимый шоколад Димы, несколько плиток, и вдруг поймала себя на мысли, что вообще-то шоколадки должен покупать муж. Но тут же отогнала это сомнение — ну не конфетно-букетный же период, в самом деле. Какая разница, кто что купил?
Она встала в сторонке, откуда хорошо просматривался выход из зоны прилёта. И тут к ней подошла девочка. Лет десяти, с огромными глазами, одетая простенько, но чисто. Наверное, попрошайка или беспризорница, подумала Вера. Девочка протянула руку и уставилась на шоколадки в Вериной руке.
Вера, сама не зная зачем, протянула ей одну плитку.
— На, возьми. Она очень вкусная.
Девочка ловко развернула фантик, откусила кусочек, а потом вдруг внимательно посмотрела на Веру. Взгляд у неё был недетский — слишком прямой и спокойный.
— Мужа встречаешь, да? — спросила она.
— Ну да, мужа, — удивилась Вера.
— Соскучилась?
— Конечно, две недели не виделись.
Девочка жевала шоколад, глядя куда-то в сторону, а потом тихо сказала:
— А ты не стой тут на виду. Отойди вон туда, за стойку, чтобы тебя видно не было. Может, узнаешь много нового и интересного.
И, не успела Вера и рта раскрыть, девочка скользнула в толпу и исчезла так же внезапно, как появилась. Вера растерянно оглядывалась, пытаясь её высмотреть, но тщетно — девочка словно растворилась в воздухе. Вера машинально посмотрела себе под ноги: пустой фантик от шоколадки, который должен был здесь лежать, тоже исчез. Странное холодком пробежало по спине. Что это было? Может, у попрошаек такая новая фишка? Сначала запугают, а потом денег просят?
Вера услышала объявление о том, что рейс приземлился. Она огляделась, шагнула за ту самую стойку с рекламными щитами, которые образовывали что-то вроде вертикальных жалюзи. Спряталась, сама не понимая зачем. Сквозь щели было отлично видно выход, а её оттуда не было заметно.
Дмитрия она заметила сразу. Сердце ёкнуло, и она уже собралась выйти, но замерла на месте. Он шёл не один. Рядом с ним, держа его за руку, шла высокая эффектная блондинка. Кажется, они вместе работают. Может, просто идут, попрощаться?
Они остановились прямо у стойки, за которой пряталась Вера.
— Людочка, — голос мужа звучал так, как Вера не слышала уже много лет — мягко и нежно. — Так не хочется тебя отпускать.
— Иди уже, — капризно протянула девушка. — Тебя там наверняка ждёт твоя скучная жена.
— Ну не начинай, Люд.
— А как только перепишешь на меня квартиру, тогда и поговорим. — Девушка усмехнулась. — Короче, я всё сказала. Терпение у меня, знаешь ли, не железное.
Веру накрыло волной того самого запаха — тех самых духов. Теперь она знала их обладательницу.
— Всё, пока, — Люда чмокнула Дмитрия в щёку. — Вечером позвоню.
Они разошлись, а Вера стояла, прижавшись спиной к холодной стойке, не в силах пошевелиться. Где она? Что сейчас произошло?
Она выскочила из здания аэропорта, ничего не видя перед собой, и чуть не попала под колёса машины. Визг тормозов, мужской крик, она упала на асфальт, больно ударившись коленом.
Водитель выскочил, помог ей подняться.
— С вами всё в порядке? Вы целы?
Вера подняла глаза и обомлела.
— Сергей? — выдохнула она.
— Вера? — он тоже узнал её. — Вы?
— Пожалуйста, — она схватила его за руку. — Подвезите меня куда-нибудь.
— Конечно, садитесь, — он открыл дверь, помог сесть. — Куда едем?
— Если бы я знала... — Вера горько усмехнулась. — Можно хоть на край света. Или хотя бы до метро.
Сергей внимательно посмотрел на неё.
— А у меня есть предложение получше. Поехали в деревню.
— В деревню? — переспросила она.
— Ну да. Сегодня же пятница, завтра вам на работу?
— Нет, завтра выходной.
— Ну и что вас держит здесь? — мягко спросил он.
— Пять минут назад мне казалось, что чем дальше от этого места, тем лучше, — Вера попыталась улыбнуться, но улыбка вышла жалкой, и она почувствовала, что сейчас расплачется. — Если честно, мне всё равно куда ехать, лишь бы не домой.
Сергей понимающе кивнул, завёл мотор.
— Всё будет хорошо. Моя бабушка всегда говорила: что ни делается — всё к лучшему.
— Сомневаюсь, — прошептала Вера.
— Что случилось? — осторожно спросил он.
— Как бы вы себя чувствовали, если бы увидели мужа с другой? — Вера смотрела прямо перед собой. — И они обсуждали, как у меня квартиру отобрать?
Сергей повернулся к ней, протянул руку.
— Очень приятно познакомиться. Я был в точно такой же ситуации. Так что за это нужно обязательно выпить, — он улыбнулся, но в глазах мелькнула боль.
Достав телефон, он набрал номер:
— Петь, топи баню, мы к вам едем.
— Кто мы? — раздалось в динамике.
— Я и Вера, — спокойно ответил Сергей.
— А, ну да, та самая, — усмехнулся Пётр.
Сергей отключился и посмотрел на Веру.
— Ну вот, там всегда ждут. Домой мы всегда успеем, а здесь, может, голову проветришь.
По дороге они разговорились. Вера с удивлением узнала, что Сергей когда-то пережил почти такую же историю: поймал жену с лучшим другом. Не выслеживал специально, не подозревал — просто случайно зашёл в кафе, куда никогда раньше не заходил.
Из машины они вышли уже затемно. Наталья стояла на крыльце, подперев бока.
— Так, подруга, — сказала она, увидев Веру. — Вид у тебя совсем убитый. Пошли в дом, там всё расскажешь.
А вечером, когда они уже сидели на улице, укутавшись в пледы, зазвонил Верин телефон. На экране высветилось «Дмитрий». Она ответила, стараясь, чтобы голос не дрожал.
— Вер, я не понял, — голос мужа звучал раздражённо и даже зло. — Ты где вообще шатаешься? Я уже несколько часов дома, а жены нет. Странно, правда? Никто не встречает, ужина никакого...
— Дим, — перебила она спокойно. — Когда поужинаешь, посуду за собой помой, ладно?
— Чего? — он опешил. — Ты совсем спятила? Жду тебя полчаса, и если не приедешь, потом пеняй на себя!
— А я тебя встречала, — тихо сказала Вера. — В аэропорту. Знаешь, эти духи, которые тебя так преследуют, они больше подходят женщине в возрасте, чем такой молоденькой, как твоя Людочка.
В трубке повисла пауза, потом Дмитрий заговорил, но уже не так уверенно:
— Ты как всегда всё напридумывала. Вечно у тебя фантазии. Тебе с твоими выдумками вообще из дома выходить нельзя. Ты где? Я приеду, и мы поговорим спокойно.
Вера вдруг почувствовала, как пружина, которая сжимала её грудь долгие месяцы, начала медленно распускаться. Дышать стало легче.
— Нет, Дим, спасибо. Когда мне нужно будет, я прекрасно доберусь до своей квартиры сама. А у тебя есть время, чтобы собрать свои вещи.
— Ты что, пьяная там? — зашипел он. — Я ведь могу и правда уйти. Потом будешь на коленях ползать, рыдать.
Вера негромко рассмеялась и нажала отбой.
Разводились они не сразу. Дмитрий ещё несколько раз звонил, пытался надавить, угрожал, но она стояла на своём твёрдо. И чем дальше, тем легче ей становилось. Рядом были друзья, которые поддерживали её, не давали раскисать.
Через год Вера вышла замуж за Сергея. А ещё через год родила дочку — чудесную Катеньку.
Однажды они случайно встретили Дмитрия в городе. Он был один, шёл понурый, в старой куртке. Заметив Веру с коляской, остановился.
— Здравствуй, — поздоровался он. — Вижу, у тебя всё хорошо.
— Да, Дима, всё прекрасно, — она улыбнулась. — А ты как? Женился на своей красавице?
Дмитрий криво усмехнулся.
— Нет, бросила она меня, как и все остальные. Характер, говорит, у меня тяжёлый. Вот скажи, Вер, — он заглянул ей в глаза. — Неужели у меня и правда такой плохой характер?
Она мягко улыбнулась.
— Нет, Дим, ну что ты. У тебя замечательный характер. Просто они все тебя недостойны.
Когда они отошли на достаточное расстояние, Сергей, который молча шёл рядом, тихо произнёс:
— А ведь он тебе поверил.
Вера посмотрела на мужа, потом на спящую в коляске дочку.
— Знаешь, — сказала она задумчиво, — теперь мне кажется, что он вообще никогда не найдёт ту самую, идеальную для него женщину.