Иногда я думаю: как было бы здорово, если бы в доме было четыре окна, и каждое выходило на свою сторону света. Не просто в разные дворы или улицы, а прямо в разные времена года. Открываешь одно — там весна, другое — лето, третье — осень, а четвёртое — настоящая зима. И всё это одновременно.
Наверное, чаще всего я бы подходила к окну, где весна. Весной всегда какое-то особенное настроение. Снег уже растаял, земля тёмная и влажная, на деревьях только-только появляются маленькие зелёные листочки. Воздух пахнет свежестью, иногда даже немного холодно, но всё равно приятно. Смотришь в это окно и чувствуешь, что впереди много нового. Как будто всё только начинается.
Но бывают дни, когда хочется совсем другого — яркого солнца и тепла. Тогда я бы открывала окно, за которым лето. Там всегда светло, зелено и шумно. Листья шуршат на ветру, где-то поют птицы. Иногда кажется, что даже воздух там тёплый и ленивый. В такие моменты не хочется никуда спешить. Можно просто сидеть на подоконнике, смотреть на улицу и думать о чём-нибудь хорошем.
Третье окно, наверное, было бы самым тихим. За ним — осень. Деревья уже разноцветные: жёлтые, красные, иногда даже почти коричневые. Листья медленно падают на землю, а ветер иногда поднимает их и кружит по дорожке. Бывает, идёт мелкий дождь, и капли стучат по стеклу. Осенью всегда немного задумчивое настроение. Хочется сидеть и вспоминать разные вещи — хорошие и не очень, но всё равно тёплые.
А четвёртое окно показывало бы зиму. Настоящую, со снегом. Всё белое, тихое, будто мир немного замер. Деревья стоят в снегу, крыши тоже белые. Иногда падают большие медленные снежинки. Смотреть на такую зиму особенно приятно из тёплой комнаты, когда дома уютно и спокойно.
Наверное, самое удивительное в таком доме было бы то, что можно выбирать настроение. Проснулся утром — и сам решаешь, к какому окну подойти. В один день хочется весенней свежести, в другой — летнего солнца. Иногда подходит тихая осень, а иногда — спокойная зимняя тишина.
Мне кажется, если бы такой дом действительно существовал, каждое утро начиналось бы немного по-новому. И, может быть, тогда было бы легче понимать своё настроение — потому что у него всегда была бы своя сторона света.