(Продолжение).
Тень еле поспевал за Котом. Ему то легче - Тени приходилось не только поспевать за напарником, но еще успевать в неприметных местах растягивать серебряные растяжки, а под кустами припрятывать рунические обереги.
А ведь Тень не всегда был Охотником — нахлынули вдруг на него воспоминания детства. И тот первый бой с Вурдалаком, и как он едва не погиб, остался жив только благодаря Беседе.
Ванька Ершов, девяти лет отроду - круглый сирота. Из родственников только сестра Варька. Жили у тетки в Еловищах.
Июльским жарким днем вдвоём с сестрой пошли в лес за ягодами. Год выдался необычайно богатым на лесную ягоду. Сельчане ведрами таскали с еланьи эти вкусные, красные дары леса.
Поляна на которую набрели Ершовы поразила обилием ягод. Брат с сестрой так увлеклись этим делом, что не только не заметили что день клонится к закату, но и потеряли друг друга из виду.
Вот тогда Ванька в первый раз и почувствовал что такое страх.
На его призывное "Ау!" никто не отвечал. Даже эхо не повторяло, мертвая тишина стояла кругом. А лес вокруг поляны уже окутывала вечерняя мгла.
... Ванька не помнит сколько дней плутал по лесу, потерял счет дням, ночевал прямо под кустами, утолял жажду из ручьев.
Шел и шел пока не набрел на тропинку.Вокруг росли странные деревья. Все какие то закрученые в стволах, но необычайно зеленые. Не такие какие он привык видеть раньше. А как будто их покрасил невидимый художник и краска на листьях еще не успела высохнуть.
Ваня ступил на тропу, идти пришлось недолго — тропинка вскоре уперлась в домик на маленькой поляне.
Вот так и оказался мальчик у Берендея, угрюмого вида старика отшельника. Дед приютил бедолагу, накормил и как в сказке говорится : напоил и в баньке искупал.
Как то Берендей сказал Ванятке:
— Ты хочешь увидеть сестру? Я знаю где она. Но это дело непростое, потрудиться надо будет. Но для этого год поживешь у меня. А если нет, то вольному воля - вон бог, а вон порог.
С молчаливого согласия парня и началось обучение. "Потрудиться" оказалось не только подразумевало в себе понятие работы, хотя Ванька и работал по хозяйству тоже. А еще и учеба, учеба днем и ночью.
Берендей оказался лесным магом, чему только не учил пацана.
Началось все с самого безобидного — выживания в лесу. И не только выживания — Ваня узнал что не со всех ручьев можно пить воду. Можно распознать "заговоренный" Мавками ручей. Стоит опустить в воду набранный из такого ручейка черемуховые ветви, произнести особые слова. И пей не боясь сколько влезет.
То что люди говорят, нужно мол одеть наизнанку одежду если заблудился и Леший запутается — это просто детский лепет.Можно просто договориться с эти злым духом, и он не только тебя отпустит, а еще прислуживать будет.Важно знать как это сделать.
А на Ивану Купалу люди ищут цветущий папоротник, то это просто легенда. А собирать нужно гриб Йок, и ты будешь видеть то что другим недоступно. И можно даже с его помощью спуститься в те "другие" миры. Там где обитают гномы и особые люди коих называют Чудь Белоглазая.
Однажды перед полнолунием Берендей велел:
— Сегодня ложись спать до заката солнца. Выспись хорошенько, ночью мы пойдём в одно место.
Ванька не стал спрашивать куда, уже привык безропотно слушаться старика.
Ровно в полночь разбудил парня Берендей.Велел поймать трех черных петухов и засунуть в мешок. Так и вышли в путь, впереди старик, сзади Ваня с мешком за плечами.
Вскоре вышли к реке, мост перекинутый через нее казался таким хлипким, что пожалуй не выдержит путников.
— Калинов мост, не смотри вниз когда будем переходить. Иди за мной.
По ту сторону моста все оказалось чёрным. Черный лес, черная трава, небо без луны и звезд, даже песок под ногами чёрный.
Но странно, несмотря на это глаза различали все до мельчайших подробностей.
У моста сидел старец без глаз перебирая человеческие кости.
— Отсеки голову петуху и вложи в руки ему.
Пропуск сработал.
Вошли в лес, кругом стояла тишина, только тихое щёлканье раздавалось вокруг. С деревьев свисали пауки странного вида и огромных размеров, на белесых нитях.
Берендей бросил оставшихся петухов с отсеченными головами на землю. Насекомые почуяв запах свежей крови потянулись к угощению.
— А теперь сматывай нити в клубок.
Мандрагоны, эти страшные насекомые с мохнатыми лапами плели особые нити — серебряные. Первейшее средство от упырей и прочей нежити.
Так год прошел. Незаметно, днем парень постигал "науку", вечерами наносил на камни руны, плел серебряные сети.
Пока не появился у них Гость. Ящер — здоровяк, с пудовыми кулаками и шрамом на щеке похожей на звезду.
Не знал Ванька, что продал Берендей его за 50 золотых.
И не он был первым у старика и наверное не последним учеником.
Наёмники Ящера.
Команда Ящера была небольшой и не сказать что сплочённой. Завершив какое нибудь "дело" большинство ударялось в загул. Деньги пропивались, прогуливались у продажных и жадных до денег Эльфиек. И так до следующего сбора.
Ванька получил прозвище — Тень.
И свела его судьба с Беседой. Крепким мужиком с уродливым от ран лицом, но с широкой доброй душой.
И на первое дело он и вышел с Беседой.
В Каразинских лесах объявился упырь. За 100 золотых обещал Ящер местному атаману свести нечисть. Туда и отправил напарников — мол Беседе не привыкать, а Тень получит боевое крещение.
Дело обтяпали быстро.
Упырь это не вампир. Аппетит большой, но мозгов практический нет. Он же живой труп. Не живой и не мертвый.
Тень растянул "красную линию" — растяжки. За ней через несколько метров — "желтую" амулеты и обереги в шахматном порядке. И вопреки науке Берендея, ввел свое "новшество" — третью "оранжевую", двойную растяжку по периметру.
И засели с Беседой ждать "гостя".
Упырь на то и упырь, полез сразу в западню. Но не учел Тень, что и упырей остается часть мозга и в критический момент те бывают быстрыми. Когда Тень лежал на спине и прощался уже с жизнью под разинутой пастью с желтыми клыками упырем, как тот вдруг внезапно обмяк и голова нежити скатилась на землю. Беседа протирал брезгливо свой меч, а потом протянул парню руку помогая встать с земли.
Тень помнил слова Берендея:
" Хочешь найти сестру, я знаю как".
Но сколько не ходил в тот Танцующий Лес, но домика старика не находил. Поляна есть, тропинка на месте, а дома как не бывало.