Представьте: ночная трасса, милицейский патруль останавливает лихача. Молодой инспектор подходит к машине, просит права. Из салона выглядывает знакомое лицо — тот самый актёр, который сыграл принципиального инспектора ГАИ в фильме, по которому учили всю дорожную милицию. Водитель улыбается: «Своих не узнаёшь?». А инспектор серьёзно отвечает: «Узнаю. Но нас учили поступать так, как вы в том кино — честно и принципиально».
Этого водителя зовут Сергей Никоненко. И это не байка из интернета, а реальная история, которая случилась с ним на дороге. Потому что для миллионов зрителей он действительно свой. Милиционер, военный, простой русский мужик с открытым лицом и твёрдым характером.
Но за кадром осталось то, о чём не пишут в газетах и не показывают по телевизору. Три брака. Предательство первой жены, которая решила сделать аборт, не сказав мужу ни слова. Страстный роман со знаменитым модельером, закончившийся ничем. И наконец — долгожданное счастье, которое пришло через боль. А потом новая боль: смерть 29-летней невестки от рака, внук, оставшийся без мамы в четыре года, и внучка, которую назвали в честь бабушки.
Давайте честно и без прикрас — как любит сам Никоненко — разберёмся в этой непростой судьбе.
Главный милиционер страны: 20 погон и один курьёз
Сергей Никоненко родился в 1941 году. Война, послевоенная разруха, но он выбился в люди — окончил ВГИК, стал актёром. И понеслось: по пять-шесть фильмов в год, постоянные съёмки, гастроли. В какой-то момент он подсчитал, сколько раз надевал милицейскую форму. Оказалось — двадцать раз! Двадцать фильмов, где он играл стражей порядка.
«Инспектор ГАИ», «Каменская» (там его Колобок — полковник Гордеев — вообще стал культовым), «Тяжёлый песок», «Родина ждёт», «Граф Крестовский», «Гибель империи»... Зрители так привыкли видеть его в погонах, что на улице иногда обращались «товарищ милиционер». А сам Никоненко только посмеивался.
— Меня даже в ГАИ своём узнавали, — рассказывал он. — Остановят, посмотрят и говорят: «Проезжайте, Сергей Петрович, мы вас знаем».
Но был и тот самый случай с молодым инспектором, который не дал поблажки. Никоненко тогда превысил скорость, и парень на посту честно выписал штраф, при этом процитировав фильм. Актер расплатился и уехал с чувством гордости: значит, правильно сыграл, раз люди запомнили принципы, а не лицо.
Первая любовь: варежка, каток и удар в спину
А теперь к тому, что болит.
Первую жену Никоненко полюбил, когда ему было тринадцать. Ира Мельникова занималась в той же студии художественного слова, куда Сергей пришёл... да, следом за ней. Он тогда готов был на всё, лишь бы быть рядом. Вместе катались на коньках, и самым большим счастьем для мальчишки было через варежку держаться за руку девочки, в которую он влюблён.
— Это была чистая, светлая любовь, — вспоминал актёр. — Мы росли вместе, мечтали, строили планы.
Десять лет они шли к браку. Десять лет! Поженились, когда оба уже были взрослыми. Казалось бы, вот оно — счастье. Но тут вмешалась бытовая проза. Жить пришлось с мамой Иры — женщиной с тяжёлым характером. Теща постоянно пилила зятя, командовала, указывала. Сергей терпел, как мог. Работал, снимался, приносил деньги в дом. А дома вместо уюта — вечные придирки.
Однажды он вернулся со съёмок и застал жену и тёщу сборницами. Куда-то собираются, суетятся. Спросил: «Вы куда?». И тут выяснилось страшное. Ира собралась делать аборт. От него. Не сказав ни слова. Не посоветовавшись. Просто решила, что так будет лучше.
— Я не мог этого принять, — рассказывал Никоненко. — Не потому что против абортов, а потому что меня предали. Самого главного человека в моей жизни. Ребёнок мог родиться, а она... Ушёл сразу. Собрал вещи и ушёл.
Дома отец его поддержал коротко, по-мужски: «С глаз долой — из сердца вон». И Сергей вычеркнул эту страницу.
Одесская страсть: лужи, крики и толпа
Второй брак случился на эмоциях. Он встретил Евгению Соловьеву — женщину удивительной красоты, будущего известного модельера. И влюбился так, что потерял голову.
— Специально заехал в Одессу, где она тогда жила, чтобы сделать предложение, — вспоминала потом Евгения. — Помню, прошёл дождь, мы идём по лужам, а он всё бубнит: «Выходи за меня, выходи!» А я отказываюсь.
Тогда Сергей сделал неожиданный ход. Остановился посреди улицы и закричал прохожим: «Люди! Посмотрите, я хочу, чтобы она стала моей женой, а она мне отказывает!». Вокруг тут же собралась толпа. Одесситы — народ горячий, начали стыдить Евгению: «Ты что, с ума сошла? Человек в луже по горло стоит, а она цацу из себя строит!».
В общем, уговорили. Свадьба состоялась.
Но счастье было недолгим. Молодые поселились в Москве, в 16-метровой коммуналке. Соседки оказались те ещё — постоянно ссорили супругов, наговаривали друг на друга. Правда, была и светлая сторона: в гости приходили знаменитости, шумные компании, творческие посиделки. Жизнь кипела.
Но со временем чувства остыли. Евгения встретила космонавта Германа Соловьева и ушла к нему. С Германом они прожили 27 лет, и, по словам Евгении, она была самой счастливой женщиной на Земле.
— У нас дома цветы не переводились, — рассказывала она. — Они просто не успевали увядать. А однажды по всей Москве развесили огромные плакаты с моей фотографией.
Сергей остался один. И думал, что уже навсегда.
Третий брак: 45 лет спустя
И тут появилась Екатерина Воронина. Актриса, красивая, умная, спокойная. С ней не надо было никуда бежать, ничего доказывать. Просто быть собой.
Они вместе уже 45 лет. Это, наверное, самый красноречивый факт. В мире актёрских браков, которые часто трещат по швам, четверть века — уже подвиг, а 45 лет — это что-то запредельное.
— Я наконец-то нашёл ту, с которой можно разделить и радость, и беду, — признаётся Никоненко. — И беды, кстати, случались.
У них родился сын Никанор. Вырос, женился на девушке по имени Вера. В 2015 году у молодых родился сын Петя. Радости не было предела. А через полгода грянул гром.
Год жизни, подаренный любовью
У Веры начались сильные головные боли. Сначала думали — мигрень, переутомление. Молодая мама, бессонные ночи, нагрузки. Но боли не проходили, становились всё сильнее. Пошли к врачам. Обследование показало страшное: злокачественная опухоль мозга.
Врачи были категоричны: год. Максимум год жизни. Вера, которой только исполнилось 29, слушала этот приговор и смотрела на маленького Петю.
— Мы показали её лучшим специалистам, — рассказывал Сергей Петрович. — Все разводили руками. Операции, лечение — всё это лишь оттягивало неизбежное.
Вера прожила три года. Три года вместо одного. Потому что рядом были любящие люди, потому что ради сына она держалась изо всех сил. Но рак оказался сильнее.
— Она ушла, когда Пете было четыре года, — голос Никоненко срывается, когда он говорит об этом. — Как объяснить ребёнку, что мамы больше нет?
Внук Петя и новая внучка Катя
Мальчик остался с дедушкой и бабушкой. Сергей и Екатерина забрали внука к себе. Петя долго не мог понять, куда делась мама. Ему объясняли аккуратно, по-детски: «Мама на небесах, она видит тебя и всегда рядом».
— Он всё понял, — говорит Никоненко. — Дети вообще многое понимают, просто по-своему.
Петя растёт увлекающимся парнем. То захочет стать микробиологом — прочитал книжку про насекомых и загорелся. То решает, что будет машинистом поезда. Дед только посмеивается и поддерживает любые начинания.
А недавно в семье случилось радостное событие: сын Никанор снова женился, и у него родилась дочка. Девочку назвали Екатериной — в честь бабушки. Так что теперь у Никоненко есть свой Пётр Первый (так он шутливо называет внука) и своя Екатерина Вторая.
Вместо эпилога
Сергей Никоненко сегодня — это человек, который видел многое. Предательство любимой женщины, крах надежд, страстную любовь, долгожданный покой, смерть близкого человека и новую жизнь. Он мог бы озлобиться, устать, закрыться. Но он до сих пор снимается, играет в театре, воспитывает внуков и выходит на сцену с тем же открытым лицом, за которое его полюбили зрители.
— Я счастливый человек, — говорит он. — Потому что у меня есть семья. Всё остальное — работа, деньги, слава — это приложение. Главное — это те, кто ждёт тебя дома.
Может быть, именно в этом и есть секрет его долгой и непростой жизни. Не держать обиды, уметь прощать, ценить тех, кто рядом, и никогда не сдаваться. Даже когда кажется, что сил больше нет.
Как вы думаете, можно ли сохранить веру в людей после таких ударов судьбы? Или каждый из нас просто ищет свой способ не сломаться? Поделитесь мнением в комментариях.