Мою свекровь, Полину Сергеевну, можно было вносить в Красную книгу как исчезающий вид «идеальной жертвы». Если где-то поблизости намечалось счастье, она вставала к нему спиной, широко расставляла руки и говорила: «Только через мой труп».
Когда я выходила замуж за её сына, Диму, она посмотрела на моё скромное свадебное платье с «Авито» и сказала: «Ничего, доченька, в ЗАГСе темно, всё равно не видно, что с рук». Я тогда подумала: «Боже, какая мудрая женщина, заботится, чтобы я не переживала из-за наряда».
Глупость моя не знала границ.
Дальше начались житейские радости. Мы купили квартиру. Свекровь пришла «на новоселье» с рулеткой. Она молча измерила кухню, заглянула в шкафы и выдала вердикт:
— Ну, Димочка, если что — я всегда готова принять тебя обратно. Холодильник у вас, конечно, дореволюционный, но если Лена будет реже покупать чипсы, то накопите на новый лет через десять.
Я не покупала чипсы. Я вообще не ем чипсы. Но аргумент был принят.
В мою беременность она звонила каждый день ровно в 8 утра.
— Ты уже ела? А почему кашу не сварила? Я слышу, голос у тебя сонный, а ребёнку нужен режим. Ты его буди, буди немедленно, пусть привыкает к дисциплине.
Я пыталась объяснить, что беременным надо спать, что токсикоз. Она тяжело вздыхала в трубку:
— Эх, молодёжь. Я в твои годы в три часа ночи вставала, полы мыла, и ничего, родила богатыря. А ты вон какую-то худосочную принцессу носишь, судя по анализам.
Родилась дочка. Худосочная принцесса орала так, что люстра качалась. Полина Сергеевна приехала «помогать». Помощь заключалась в том, что она садилась на табуретку в центре кухни и командовала:
— Лена, не так пеленаешь. Лена, молоко у тебя, наверное, пустое, раз она плачет. Давай я схожу за козьим, я знаю бабку на рынке. Дима, посмотри, какая она неумеха. Жалел он тебя, жалел, вот и результат.
Я молчала. Я варила ей борщ, стирала ползунки и молчала. Потому что «она же мать», потому что «хочет как лучше», потому что «Дима расстроится».
Кульминация наступила через два года. Мы решили сделать ремонт в детской. Я выбрала нежные обои с единорогами, заказала мебель. Пришла Полина Сергеевна. Обвела взглядом стены и спросила:
— А это что за уродство?
— Обои, — пискнула я.
— Сними. Срочно сними, пока клей не засох. Ты хочешь, чтобы моя внучка выросла дурой? Ей нужны классические полоски, это дисциплинирует.
Тут у меня что-то щелкнуло. Наверное, тот самый «предохранитель здравого смысла», который ставят всем невесткам при рождении. Я вежливо улыбнулась, подошла к ней близко-близко и сказала:
— Полина Сергеевна, а почему бы вам не пойти в лес и не побыть там долго-долго берёзкой?
Она опешила:
— Что? Зачем?
— Ну чтобы корни пустить. А то вы тут уже который год пытаетесь, а почва, видите ли, каменистая.
Она хлопнула дверью так, что штукатурка посыпалась. Я села на пол и приготовилась к разводу. Дима пришёл с работы через час. Я ждала истерики. Вместо этого он молча достал из портфеля бутылку вина, два бокала и сказал:
— А я всё слышал. Я в подъезде стоял, курил, прежде чем зайти. Лена, я тебя обожаю. Я сам хотел ей это сказать лет двадцать, но не решался.
Мы напились. А потом началось странное. Полина Сергеевна не звонила три дня. На четвёртый пришла. Без рулетки. С пирожками. Села на табуретку, помолчала и выдала:
— А знаешь, Ленка, а ты права. Берёзка — это хорошо. Берёза — она символ чистоты. Я тут подумала, может, мне и правда пора на дачу переезжать? Воздух, цветочки... А то я всё к вам, да к вам...
Я чуть чаем не поперхнулась. Дочка в этот момент подбежала к ней, обняла за ногу и сказала: «Баба, почитай про единорога!»
Свекровь покосилась на обои с единорогами, вздохнула и сказала:
— Ну давай про единорога. Хотя лично я за полоски.
С тех пор мы существуем в режиме «горячего мира». Она всё ещё считает, что я плохо глажу рубашки Димы, но теперь добавляет: «Но это даже мило, придаёт творческий беспорядок». Она переехала на дачу, но каждые выходные привозит внучке то варенье, то книжки (иногда с полосками, но мы молчим).
А недавно я завела канал на Дзене. Назвала его «Берёзка в доме». И знаете, первый же пост про то, как свекровь мерила нашу квартиру рулеткой, собрал миллион просмотров. Комментарии пишут: «Фу, какая злая свекровь!» А я читаю и смеюсь. Потому что теперь, когда она начинает меня «учить жить», я просто включаю камеру на телефоне и говорю:
— Полина Сергеевна, повторите, пожалуйста для моего блога «Свекровь-наставница года».
Она краснеет, машет на меня полотенцем и идёт кормить кота. Кота, кстати, мы назвали Боровик. Потому что он, как и она, упёртый и боровик растёт в лесу. Но мы его любим. Всех любим.
Мораль: Иногда, чтобы помириться, нужно не подливать масло в сковороду, а один раз подлить его в тапки, чтобы они, наконец, поскользили в сторону дома.