Три дня плавания прошли на удивление гладко. Солнце, лёгкий бриз, чайки в небе. Компас лениво валялся на палубе, изредка почесывая лапой за ухом. Тимоти пришёл в себя после побега и теперь помогал управляться с парусами — оказалось, в прошлой жизни он был юнгой на торговом судне, пока не связался с плохими людьми и не ушёл в подполье.
Сорша стояла у штурвала и хмурилась.
— Что-то не так, капитан? — спросил Тимоти, заметив её настороженный взгляд.
— Слишком тихо, — ответила она. — В этих водах всегда штормит. А тут — штиль. И птицы замолчали.
Она была права. Чайки, которые ещё утром кричали над мачтами, вдруг исчезли. Вода стала неестественно гладкой, как зеркало. Даже ветер стих, и паруса беспомощно обвисли.
Компас вдруг вскочил, поднял уши и глухо зарычал, глядя за борт.
— Что там, мальчик? — Сорша подошла к борту и вгляделась в воду.
На глубине, метрах в десяти под поверхностью, мелькнула огромная тень. Она двигалась медленно, плавно, но её размеры… Это было нечто длиной с половину их шхуны.
— Тимоти, — тихо сказала Сорша, не отрывая взгляда от воды. — Достань мою шпагу. И приготовь гарпун.
— А что это? — Тимоти побелел.
— Не знаю. Но оно нас уже нашло.
Вдруг вода перед кораблём вспенилась, и из глубины поднялось оно.
Это был не кит и не акула. Это было чудовище, которое моряки называют «Скользящий». Огромный, как валун, покрытый слизью, с десятками щупалец, на каждом из которых светились зелёные глаза. Пасть — круглая, полная рядов зубов, и оттуда тянуло гнилью.
— Мамочки… — прошептал Тимоти и выронил гарпун.
Чудовище не нападало. Оно просто смотрело. Всеми глазами. Прямо на Соршу.
— Чего тебе? — крикнула она, сжимая шпагу.
И тут произошло нечто странное. Из пасти чудовища донёсся звук. Низкий, вибрирующий, но… это были слова. Человеческие слова.
— Отдай… карту… — прошелестело чудовище. — Отдай… и плыви… дальше…
Сорша опешила. Говорящее чудовище? Такого даже в секретной школе не рассказывали.
— Карту? — переспросила она. — Ты хочешь карту? Зачем она тебе? Ты же живёшь в воде.
— Не твоё… дело… — щупальца зашевелились, глаза заморгали. — Отдай… или съем…
Компас зарычал громче и встал между Соршей и бортом, готовый прыгнуть в пасть, если понадобится.
Сорша лихорадочно соображала. Карта была спрятана у неё под корсетом — в надёжном месте, куда даже пираты не суются. Но если чудовище требует карту, значит, оно знает, что она ведёт к Глазу Шторма. И значит, оно не просто животное. Его кто-то послал.
— Кто тебя прислал? — спросила она.
Чудовище замерло. Глаза на щупальцах переглянулись.
— Хозяин… — прошелестело оно. — Хозяин ждёт… Не отдашь — утоплю…
И тут Тимоти, который всё это время трясся за бочкой с пресной водой, вдруг выскочил и закричал:
— Это страж! Я читал про них в старых книгах! Их нельзя убить, но они боятся огня и громких звуков! У нас есть порох! И мушкет!
Сорша мгновенно оценила ситуацию.
— Тимоти, пали из мушкета в воздух! Компас, лай! Громко! — скомандовала она.
Тимоти выхватил мушкет и выпалил в небо. Грохот разнёсся над водой. Компас залился оглушительным лаем, прыгая у борта.
Чудовище вздрогнуло, глаза на щупальцах зажмурились, и оно с рёвом ушло под воду, подняв волну, которая качнула шхуну.
— Быстро поднимай якорь! — заорала Сорша. — Нам нужно убираться отсюда, пока оно не вернулось с друзьями!
Они поставили паруса, и ветер, словно сжалившись, снова надул их. «Стрела» рванула вперёд, оставляя за кормой опасные воды.
Голоса в тумане
К вечеру подошёл туман. Густой, белый, как молоко. Видимость упала до нескольких метров. Сорша приказала сбавить скорость и выставить вперёд Тимоти с фонарём.
— Смотри в оба, — сказала она. — В таком тумане можно налететь на скалы или сесть на мель.
Но опасность пришла не со скал.
Сначала послышался шёпот.
Тонкий, мелодичный, он доносился отовсюду сразу.
— Сорша… Сорша… Иди к нам…
— Кто здесь? — крикнула она, вглядываясь в белую мглу.
— Мы ждём тебя… Мы знаем, кто ты… Мы знаем, чего ты хочешь…
Из тумана показались силуэты. Женские. Красивые, с длинными волосами, которые струились по воде. Они плыли рядом с кораблём, не касаясь его, и улыбались.
— Сирены… — выдохнул Тимоти и замер, глядя на них заворожённо.
— Не смотри на них! — крикнула Сорша, но было поздно. Тимоти шагнул к борту, протягивая руки.
— Они прекрасны… Я хочу к ним…
— Тимоти, твою ж… — Сорша рванула к нему и схватила за шиворот, оттаскивая назад.
Сирены засмеялись. Их смех звучал, как колокольчики, но в нём чувствовалась угроза.
— Отпусти его, Сорша… Он наш… Он хочет быть с нами…
— Он хочет жить, — рявкнула Сорша и со всей силы влепила Тимоти пощёчину. — Очнись, идиот!
Тимоти моргнул, тряхнул головой и вдруг осознал, что стоит на самом краю борта, готовый прыгнуть в ледяную воду.
— Ох… Спасибо, капитан…
— Потом благодарить будешь! — Сорша выхватила шпагу и направила её на сирен. — Убирайтесь! Нам не нужны ваши песни!
Сирены перестали смеяться. Их лица исказились, превращаясь в нечто уродливое, с острыми зубами и пустыми глазницами.
— Глупая смертная… — прошипела одна. — Ты пожалеешь…
— А вот это мы ещё посмотрим, — усмехнулась Сорша и, достав из кармана горсть сушёного чеснока (дедушка учил: от любой нечисти чеснок помогает), швырнула его в воду.
Сирены взвизгнули и растворились в тумане.
— Чеснок? — удивился Тимоти. — Откуда?
— У шпиона всегда должен быть запас странных вещей, — подмигнула Сорша. — Держи курс прямо. Мы почти у цели.
Остров
На рассвете туман рассеялся, и прямо по курсу показалась земля.
Остров поднимался из моря, как спящий зверь. Чёрные скалы, густой лес на склонах, и странное сияние над вершиной — будто там горел невидимый огонь.
— Это он, — прошептал Тимоти, разворачивая карту. — Архипелаг Потерянных Душ. Остров Глаза Шторма.
Сорша смотрела на берег и чувствовала, как внутри поднимается волнение. Там, на этом острове, её ждала разгадка. И, возможно, опасность пострашнее чудовищ и сирен.
Компас стоял рядом и тихо поскуливал — то ли от нетерпения, то ли от тревоги.
— Ну что, мальчик, — сказала Сорша, погладив его по голове. — Пора сходить на берег. Посмотрим, что за сокровища тут спрятаны.
Она перевела взгляд на горизонт и вдруг заметила вдали маленькую точку. Корабль? Или просто облако?
— Тимоти, — позвала она. — У тебя зрение лучше. Посмотри туда. Что это?
Тимоти прищурился и побледнел.
— Капитан… Это шхуна. Старая, потрёпанная. Но она идёт сюда.
Сорша сжала шпагу.
— Клык? Неужели доплыл?
Ветер донёс до неё обрывок знакомого голоса — далёкого, но злого.
— Я найду тебя, шпионка! И пса твоего!
— Ну вот, — вздохнула Сорша. — А я-то надеялась, что бутылка по голове его чему-то научила.
Продолжение следует