Чайник закипел. Ольга не шелохнулась.
Свист нарастал, становился пронзительным, но она смотрела в окно - на скамейку во дворе, где два часа назад сидели Денис и Алина, ожидая такси на вокзал.
Свадьба была вчера. Маленькая, скромная, как они и хотели. Расписались, посидели в кафе, уехали.
«У тебя всё хорошо, мам?» - спросил сын перед уходом.
«Конечно, - улыбнулась она. - Идите уже, опоздаете».
Чайник щёлкнул, отключаясь автоматически. Ольга пошевелилась. Сорок пять лет, двухкомнатная квартира на третьем этаже, пенсия по вредности с химзавода, и совершенно пустые руки.
Больше двадцати пяти лет она знала, что делать каждую минуту. Сначала - приготовить завтрак, проверить уроки, отвезти на секцию. Потом, когда Денис подрос - заработать на репетиторов, на институт. Купить ему куртку получше. Сэкономить на себе - сыну важнее.
Когда муж ушёл - Денису тогда было десять - она решила просто: мужчины подводят, поэтому нужно вырастить сына таким, чтобы сам справился. Вложить в него всё. И она вложила.
Теперь он справился. Хорошая работа, хорошая жена, хорошая жизнь - в другом конце города.
Ольга налила себе чай, посмотрела на чашку. Поставила обратно, не выпив.
Комната Дениса была открыта. Она заглянула - кровать застелена, стол пустой, плакат с мотоциклом так и висит на стене. Всё на месте. И всё мёртвое.
Она быстро закрыла дверь.
***
На следующий день Ольга решила заняться собой. Так говорили в передачах для женщин её возраста - «найдите хобби», «порадуйте себя», «вы заслужили».
Она пошла в торговый центр. Три этажа магазинов. Одежда, обувь, косметика, книги, посуда.
Ольга остановилась у витрины с блузками. Красивая, кремовая, с тонким кружевом по воротнику. Она протянула руку - и замерла.
«Мне это зачем?»
Куда в ней пойти? На работу? Она уже не работает. В гости? К кому? На свидание?
Рука опустилась.
Она обошла ещё несколько отделов. Духи - запах показался слишком сладким. Шарфы - у неё есть два, зачем третий. Книги - какие сейчас читают? Она не следила лет десять.
Через час Ольга вышла на улицу с пустыми руками. Внутри что-то сжалось - противное, тяжёлое. Как будто она сломалась и не знала, где искать детали для ремонта.
Дома достала с полки книгу - ту, что начала читать ещё до развода. Закладка лежала на десятой странице.
«Всё некогда было», - подумала Ольга. И положила книгу обратно.
***
Звонок в дверь раздался через несколько дней, в субботу утром.
На пороге стояла Вера Николаевна, соседка с пятого этажа. Шестьдесят два года, энергичная, громкая, вечно куда-то спешит. Рядом с ней сидел крупный палевый пёс с седой мордой.
– Оля, милая, выручай, - Вера Николаевна сразу перешла к делу. - Дочь звонила, внуки заболели оба, температура под сорок. Лечу сегодня вечером. А Ташку деть некуда.
Пёс смотрел на Ольгу спокойно. Светло-рыжая шерсть, белая грудь, глаза карие, мудрые. Двенадцать лет - серьёзный возраст для лабрадора.
– Вера Николаевна, я же никогда не держала собак, - Ольга растерялась.
– А тут и держать нечего. Таш самостоятельный, ему много не надо. Две прогулки в день, миска еды, миска воды. Всё. Ты справишься. Корм я оставлю, деньги тоже - если что докупить.
– А в гостиницу для собак или передержку?
– Ты его видела? - Вера Николаевна погладила пса по голове. - Двенадцать лет. Он такого стресса не переживёт. Чужие люди, может ещё и клетки. Нет уж. А ты своя. Он тебя сто раз видел на лестнице.
Таш шевельнул хвостом. Не виляя - просто качнул. Мол, да, видел, знаю.
– На две недели, - добавила соседка. - Я быстро.
Ольга посмотрела на свою пустую квартиру. Потом на собаку.
– Хорошо. Справлюсь.
***
Первые дни прошли механически.
Утром - насыпать корм в миску, налить воды. Вывести во двор, подождать пока всё сделает, вернуться. Вечером - повторить. Таш не требовал ни игр, ни внимания, ни ласки.
Он просто был рядом.
Ольга мыла посуду - Таш лежал у двери кухни. Она смотрела телевизор - он устраивался у её ног. Она ложилась спать - он укладывался в коридоре, у порога спальни.
Не навязывался. Не скулил. Не просил гладить.
Второй день, третий, четвёртый - всё одинаково. Корм, прогулка, тишина. Ольга думала, что так и пройдут эти две недели. Механически, пусто.
Но на пятый день она поймала себя на странном. Стала замечать вещи.
Таш, оказывается, зевал смешно - медленно, с долгим выдохом, как уставший человек. Его когти постукивали по полу - цок-цок-цок - мягко, ритмично. И он смотрел на неё. Часто. Не отводя взгляда. Будто что-то видел.
– Что? - спросила она однажды вслух. - Что ты так смотришь?
Таш моргнул. Медленно. И отвернулся к окну.
«Показалось», - подумала Ольга.
***
В тот же пятый день они пошли в парк.
Октябрь стоял тёплый, листья ещё не все облетели. Ольга накинула куртку, взяла поводок - хотя Таш и так шёл рядом, не рвался никуда.
Дошли до скамейки в конце аллеи. Таш сел у её ног, положил морду на лапы.
Ольга хотела встать через минуту - нечего рассиживаться. Но Таш не поднимался. Он смотрел куда-то перед собой, спокойно, как человек, который никуда не торопится.
И Ольга осталась.
Сначала считала секунды. Потом перестала. Потом увидела, как солнце пробивается сквозь жёлтые липы. Услышала, как где-то смеются дети. Почувствовала запах прелых листьев - не противный, а тёплый, осенний.
Столько лет она не сидела вот так. Просто сидела. Без дела, без цели, без тревоги о том, что Денис не поел или не сделал уроки.
«Это называется жить для себя?» - мелькнуло в голове. И сразу стало неловко. Глупость какая.
Таш поднялся, потянулся. Пора домой.
По дороге Ольга замедлила шаг у витрины магазина одежды. В отражении стекла увидела себя - худощавую женщину в поношенной куртке, с коротко стриженными волосами, в которых пробивалась седина. Рядом - большой палевый пёс с мудрой мордой.
Странная пара.
Она вдруг вспомнила, как выглядела более двадцати лет назад. Длинные волосы, яркое платье, каблуки. Николай тогда ещё был дома. Они ходили в театр. В гости. На дни рождения.
А потом он ушёл. К той, другой. Моложе и веселее.
Ольга тогда посмотрела на себя в зеркало и решила: незачем теперь наряжаться. Деньги пойдут на Дениса. Время - на работу. Энергия - на то, чтобы дотянуть до вечера.
Таш ткнулся носом ей в ладонь. Ольга очнулась, отвела взгляд от витрины.
– Идём, Ташка.
Дома она достала из шкафа старую коробку с фотографиями. Давно не открывала - боялась, наверное. Там была она молодая. Свадьба. Первые годы с Николаем. Денис в коляске, Денис с первым зубом, Денис идёт в школу.
А потом - только Денис. Она за кадром. Она всегда была за кадром.
Таш лежал рядом, положив голову на лапы, и смотрел, как она перебирает карточки.
– Вот видишь, - сказала Ольга негромко. - Меня тут почти нет. Будто и не жила.
Пёс моргнул.
– Глупо, да? Сама виновата.
Она закрыла коробку и убрала обратно. Но мысль осталась - колючая, неприятная. Будто что-то важное ускользнуло, и только теперь она это заметила.
***
Вечером позвонил Денис.
– Мам, привет. Как ты?
– Всё хорошо, - ответила Ольга привычно. - А вы как? Как Алина?
– Нормально всё. На работе завал. Что у тебя нового?
– Ничего. Просто...
– А, ладно. Ну если что - звони. Пока!
Гудки.
Тридцать секунд. Ольга посмотрела на телефон. Потом на Таша, который лежал у её ног.
Денис не спросил, что она ела. Как спала. Чем занималась. Не сказал «люблю» или хотя бы «скучаю».
«Он просто занят», - привычно подумала она. И тут же другое: «А когда он был не занят? Я же сама его приучила. Сама всегда говорила - не волнуйся, у меня всё хорошо. Сама не просила ничего».
Она растила его сильным. Самостоятельным. Не нуждающимся в матери.
Вырастила.
Таш шевельнулся, подвинулся ближе. Его тёплый бок прижался к её ногам.
Ольга положила телефон на стол и посмотрела на часы. Восемь вечера. Раньше в это время она готовила ужин. Проверяла уроки. Гладила форму на завтра. Слушала, как Денис рассказывает про школу, про друзей, про какую-то компьютерную игру.
Теперь - тишина. Только холодильник гудит на кухне.
Она встала, прошла по квартире. Остановилась у окна. На подоконнике стоял кактус - единственное растение, которое она завела за все эти годы. Потому что не требует особого ухода.
«Я как этот кактус, - подумала Ольга. - Выживаю на минимуме».
Таш подошёл, сел рядом. Его хвост чуть качнулся.
– Ты голодный?
Он посмотрел на неё. Не голодный - она кормила его два часа назад. Просто рядом.
Ольга присела на корточки, погладила его по седой морде.
– Знаешь, мне даже есть не хочется. Когда одна - зачем готовить? Кусок хлеба и чай. Или вообще ничего.
Таш лизнул её руку.
– Тебе-то хорошо. Ты знаешь, что нужно. Поесть, поспать, погулять. А я забыла. Совсем забыла.
Она выпрямилась. За окном темнело. Фонари зажглись вдоль аллеи, тени от деревьев легли на асфальт. Красиво. Раньше она не замечала.
Столько лет не замечала.
***
В ту ночь Ольга не могла уснуть.
Она лежала в темноте, смотрела в потолок, и внутри что-то поднималось - горькое, тяжёлое, как чёрная вода.
Двадцать пять лет. Ни одного похода в кино. Ни одной поездки на море. Ни одного платья «просто так». Ни одного вечера с подругами - а какие подруги? Они давно разбежались, у них свои семьи. Ни одной мысли «а чего хочу я?».
Всё - для Дениса. И теперь он ушёл.
И она не знала, кто она без него.
Слёзы потекли сами - без рыданий, без всхлипов. Просто текли по вискам, мочили подушку.
Скрип в коридоре. Цок-цок-цок.
Таш вошёл в спальню. Медленно подошёл к кровати. Постоял, будто спрашивая разрешения. И положил голову ей на колени.
Он не лизал её, не скулил, не суетился. Просто лежал рядом. Тёплый. Тяжёлый. Настоящий.
Ольга положила руку ему на загривок. Шерсть короткая, мягкая. Под ладонью - ровное дыхание.
Она не помнила, когда последний раз кто-то был рядом вот так. Не спрашивая, не требуя. Просто - рядом.
***
Звонок раздался через неделю.
– Оля, беда, - голос Веры Николаевны был виноватым. - Задерживаюсь. Внуки ещё не выздоровели, а тут и зять в командировку уехал, дочке одной не справиться. Ещё пара недель минимум. Справишься?
Ольга молчала.
Пара недель. Ещё пара недель с Ташем. Ещё пара недель прогулок, ещё пара недель молчаливого присутствия, ещё пара недель этого спокойного взгляда.
– Оля? Ты там?
– Справлюсь, - сказала она. - Не волнуйтесь.
Положила трубку. Посмотрела на Таша.
Он смотрел на неё. Будто ждал чего-то.
«Ещё пара недель», - подумала Ольга.
У Ольги и Таша появилось дополнительное время вместе, но что будет дальше, когда соседка вернётся?
Узнаем во второй части: