— Симка, хватит дрыхнуть. Соседи грибы корзинами несут. — Мачеха слегка пнула падчерицу кулаком и поправила фартук на своём округлом животе. Носила третьего ребёнка, чтобы основательно закрепиться в доме вдовца — отца Серафимы.
Двоих детей Пётр и Наталья нажили, когда мать Серафимы была ещё жива, а подруга Наташа за ней ухаживала и без стеснения все ночи проводила в комнате Петра. Серафиме это не нравилось, но она не хотела расстраивать маму. Могла бы и сама ухаживать за матерью, но в семье всё решал отец.
— Тётя Наташа, — объясняла мачехе, — Лёшка вечером из Москвы приедет, а рано утром с ним вместе в лес пойдём. Боюсь я одна. Динка там в лесу мужика видела вчера, но с Юркой была. Они сразу убежали.
— Сравнила. Динка пышнотелая и с Юркой не за грибами в лес ходит. А ты худоба никому не нужна. Тоже мне мужика в лесу видели? Враки это всё. Пока твой Лёшка заявится, все грибы в лесу соберут. Живо вставай! Я там во дворе тебе большую корзину приготовила. Полную чтобы принесла. — Мачеха сжала ладонь в кулак, а Серафима быстро проскочила и побежала умываться. В лес Сима побежала, даже не позавтракав, так мачеха её торопила.
В это раннее утро в лесу было сыро. Её резиновые шлёпки скользили по траве. Помнила девушка, что без грибов домой ей путь заказан. Мачеха не отопрёт калитку. Да только грибы как будто под сухими листьями с девушкой играли в прятки.
Серафиме удалось заполнить грибами только донышко в корзине. Побрела дальше уже босиком, так как один шлёпок потеряла, а второй бросила. И вдруг целое семейство. Наклонилась, чтобы срезать грибочки, но кто-то сзади пнул её, и она упала. Всё произошло мгновенно, и этот кто-то уже бормотал себе под нос:
— Лошадь захочет, конь тут как тут. У людей наоборот. — Он продолжал, а она, лёжа на траве, уже молчала...
Когда мужчина встал и зашагал дальше, чавкая резиновыми сапогами, Серафима развернулась и хотела подняться, но от боли из её груди вырвался стон. Мелкий дождичек, откуда ни возьмись, осыпал ей лицо, грудь и сарафанчик. На это она не обращала внимания. Главное — добраться до опушки леса. И она поползла и даже не взяла корзину. Ей было уже не до грибов. Увидев крайние дома посёлка, Серафима легла на мокрую траву. Силы её покинули.
Лай собаки заставил Серафиму открыть глаза. Пёс приблизился и облизывал её мокрое лицо. Помощь вовремя подоспела. Это был охотник. К лесу из районного центра он подъехал на мотоцикле с коляской и решил поснимать красоты из фоторужья.
Это охотник Николай отвёз Серафиму в районную больницу.
— Ну что там с девчонкой? — спросил хирурга, вышедшего из операционной.
— Швы наложили, и сейчас буду звонить в отдел. Пусть следователь разбирается с этим случаем. А Вы кто ей?
— Девушку в лесу нашёл мой пёс. Он сейчас сидит в коляске мотоцикла. Ему тоже давать показание следователю.
— Шутить изволите?
— Да не до шуток. Если бы не мой Круз, я бы мимо прошёл.
Серафима полностью отошла от наркоза уже в палате, а следователь сидел на стульчике у её кровати.
— Назови свои данные, чтобы я записал в протокол.
— Горяева Серафима Петровна.
— Ещё мне нужен твой адрес, Сима.
— Не скажу. От мачехи получу подзатыльник, если не принесу ей полную корзину грибов.
— Какие грибы? Много крови потеряла. Твоя мачеха что, уж такая грозная?
— Такая.
— Ладно, не плачь. Помнишь того человека в лесу?
— С бородой. Одет в синий мятый и грязный костюм. Сбоку какие-то то ли бирки, то ли буквы, не рассмотрела.
— Добавить нечего?
— Нет.
Следователь покачал головой и вышел. Появился лечащий врач.
— Назови телефон родных.
— На память помню только Алексея. Это мой друг, — Серафима продиктовала цифры и закрыла глаза.
Алексей — студент. В Москве на каникулах он подрабатывал в пиццерии. Развозил заказы. Когда к нему поступил звонок от врача, он как раз вернулся в пиццерию. Понял, что случилось, и, предупредив, поехал в районный центр на маршрутке. Через полтора часа он вошёл в палату. Серафима дремала, и он погладил её руку.
— Лёша, ты? — Сима заплакала.
— Я всё знаю, моя девочка. Поправишься, заберу тебя к себе.
— Не хочу к твоим родителям такая, и к тебе не хочу.
— Я в Москве комнату сниму. В ней будем жить?
— Лёша, мачехе ничего не рассказывай, да и моему папе.
— Никто в посёлке о тебе ничего знать не будет. Позвоню твоему отцу и пообещаю ему проблему из-за поведения его жены. Я же учусь на юриста и некоторые законы уже знаю. Отец побоится тебя возвращать в семью. Будет тебе 18 лет, поженимся.
— Не хочу после этого, Лёша.
— Ты успокоишься, а этот случай постарайся забыть.
ПРОШЛО ПЯТЬ ЛЕТ.
Серафима и Алексей супруги. У них трёхлетняя дочка. Проживают в посёлке у родителей Алексея.
Мачеха вначале скандалила и хотела вернуть домой падчерицу. Она ей нужна как няня детям и как домработница. Отец Серафимы, помня слова Алексея, жену приструнил.