Когда в декабре 2007 года на экраны вышел фильм «Я — легенда», мало кто мог предположить, что история одинокого выжившего в мертвом Нью-Йорке станет не просто кассовым хитом, а настоящим культурным феноменом. Режиссер Фрэнсис Лоуренс и Уилл Смит подарили зрителям историю, которая балансировала на грани между драмой одинокого человека и хоррором о монстрах, выползающих из тени. При бюджете в 150 миллионов долларов фильм собрал в мировом прокате впечатляющие 585,5 миллионов долларов, что сделало его седьмым самым кассовым фильмом 2007 года. Однако за этими цифрами скрывается гораздо более интересная история — о долгих годах подготовки, грандиозных съемках в центре мегаполиса и сложном наследии, которое фильм оставил после себя.
Долгая дорога к экрану: Проект, который чуть не сняли Скотт и Шварценеггер
История адаптации культового романа Ричарда Мэтисона 1954 года могла выглядеть совершенно иначе. «Я — легенда» стал третьей экранизацией книги после «Последнего человека на Земле» (1964) с Винсентом Прайсом и «Человека Омега» (1971) с Чарлтоном Хестоном. Но голливудская машина Warner Bros. пыталась запустить проект в производство еще в середине 1990-х, и он надолго получил славу «проблемного».
В разное время к проекту были прикреплены огромные имена. В 1997 году режиссерское кресло чуть было не занял Ридли Скотт, а главную роль должен был исполнить Арнольд Шварценеггер. По сценарию Джона Логана фильм должен был стать мрачным психологическим триллером, где первый час практически не было бы диалогов. Однако студия испугалась масштаба и мрачности: бюджет перевалил за 100 миллионов, а предыдущие фильмы Скотта не внушали доверия. В итоге проект заморозили.
В 2002 году переговоры велись уже с Майклом Бэем и Уиллом Смитом, но и эта версия не сложилась из-за разногласий по сценарию. Лишь в 2004 году продюсер Акива Голдсман, впечатленный работой Фрэнсиса Лоуренса над фильмом «Константин: Повелитель тьмы», запустил машину вновь. Лоуренс, умело показавший мрачную сторону мегаполиса, стал идеальным кандидатом для создания образа пустого Нью-Йорка.
Нью-Йорк как декорация: Как «опустошить» столицу мира
Ключевой задачей и главной «фишкой» фильма стал образ абсолютно безлюдного Манхэттена. Сценарист Акива Голдсман признавался, что решение перенести действие из Лос-Анджелеса (как в книге) в Нью-Йорк было продиктовано эмоциями. Нью-Йорк невозможно представить без людей, поэтому его опустошенность воспринимается острее.
Съемочная группа провела в Нью-Йорке около полугода, «терроризируя» город. Для создания эффекта заброшенности команда художников проделала титаническую работу: они фактурили здания, размещали старые автомобили и разбрасывали сорную траву, которую специально привезли из Флориды. На регулирование движения и перекрытие улиц (включая 10 кварталов на Пятой авеню) были брошены сотни людей. Увы, горожане были не в восторге. Уилл Смит позже с грустью вспоминал: «Большего числа средних пальцев в мой адрес я не видел никогда в жизни». Однако результат стоил усилий: виды Таймс-сквер и Вашингтон-сквер-парка, заросшего травой и покинутого людьми, стали культовыми.
Сцена на Бруклинском мосту: 5 миллионов за 4 минуты. Отдельного упоминания заслуживает сцена-воспоминание об эвакуации и падении Бруклинского моста. Это была самая сложная и дорогая постановка в истории Нью-Йорка на тот момент. Чтобы снять эвакуацию, потребовалось задействовать 1000 статистов, 160 настоящих солдат Национальной гвардии, флот кораблей береговой охраны, вертолеты и бронемашины. Съемки длились шесть ночей и обошлись в 5 миллионов долларов, что составляет около 3% от всего бюджета. Производственная группа работала в тандеме с 14 правительственными агентствами. Менеджер по производству Пол Крамер вспоминал: «Физический масштаб сцены на Бруклинском мосту был самым устрашающим. Сложно было просто выяснить, от кого вам нужны разрешения».
Визуальный стиль: «Светлый» апокалипсис
Оператор Эндрю Лесни создал уникальный визуальный язык. В отличие от многих постапокалиптических фильмов, выполненных в мрачных, грязных тонах, «Я — легенда» удивительно светлый. Это было осознанное решение, подчеркивающее сюжет: день — время безопасности, когда главный герой может охотиться и чувствовать себя хозяином положения. Лишь с наступлением темноты мир погружается в кошмар. Интересно, что для съемок в дневное время использовался один формат (анаморфот 2.40:1), а для флешбеков, подчеркивающих жизнь, — другой (Super 35), чтобы зритель подсознательно чувствовал разницу.
Монстры: От мимов к цифре
Одним из самых спорных решений стало создание монстров — «Ищущих». Изначально Фрэнсис Лоуренс планировал использовать исключительно грим и костюмы. Для этого наняли 50 танцоров и трейсеров (паркурщиков), чтобы те двигались с неестественной, жуткой грацией. Однако, увидев первые отснятые материалы, режиссер пришел в ужас: «Это выглядело как группа мимов, бегающая по парку». Ситуацию спасало бы только полное изменение подхода.
В срочном порядке было принято решение использовать компьютерную графику и технологию захвата движения. Те самые танцоры остались на проекте, но теперь их движения служили основой для цифровых моделей. Тем не менее, Лоуренс до сих пор не совсем доволен результатом. В поздних интервью он признавался, что некоторым кадрам не хватило времени на доработку, и, возможно, монстров стоило дольше держать в тени, не показывая их полностью. Голоса монстрам подарил Майк Пэттон, вокалист Faith No More, который четыре часа просидел в студии, создавая звуки, балансирующие между рыком животного и человеческим хрипом.
Собака — лучший друг актера: История Эбби и Коны
Безусловно, одной из главных звезд фильма стала овчарка Сэм (Сэммит). Роль бессловесного, но самого верного друга Роберта Невилла исполнили две собаки: Эбби и Кона. Эбби была найдена в питомнике всего за несколько недель до съемок и практически не имела подготовки. Ей потребовался месяц интенсивных тренировок. Однако Эбби категорически отказывалась играть в «принеси мяч» (фетч), поэтому для сцен с апортировкой пришлось использовать Кону.
Уилл Смит настолько трепетно относился к своему четвероногому партнеру, что тренер устраивал им настоящие «свидания», чтобы актер и собака привыкли друг к другу. Это было непросто для Смита, так как он избегал тесного общения с собаками с девяти лет после гибели своего питомца. На съемках действовало строгое правило: Эбби могли касаться только тренер и Уилл Смит. После съемок актер хотел забрать Эбби домой, но тренер Стив Беренс, привязавшийся к собаке, не смог с ней расстаться.
Сборы и кассовый триумф
Премьера состоялась 14 декабря 2007 года. Фильм сокрушил все рекорды декабря, собрав 77,2 миллиона долларов за первый уикенд, что стало лучшим стартом для не-рождественского фильма в этом месяце за всю историю (на тот момент). Сборы оказались стабильно высокими на протяжении многих недель, чему способствовали и отличные отзывы за игру Уилла Смита. Итоговый результат в 585 миллионов долларов при бюджете в 150 миллионов — блестящий коммерческий успех, который надолго закрепил за Смитом статус «короля кассы».
Интересные факты и пасхалки
Бэтмен против Супермена. Внимательные зрители могли заметить на билбордах в Таймс-сквер рекламу кроссовера Бэтмена и Супермена. Это не ошибка и не предсказание будущего фильма Зака Снайдера, а пасхалка на сценарий Акивы Голдсмана для нереализованного фильма Batman vs. Superman (который планировался еще в начале 2000-х). Создатели решили, что в мире до апокалипсиса такой фильм вполне мог бы выйти.
Реализм и CDC. Уилл Смит и Фрэнсис Лоуренс провели множество времени в Центрах по контролю и профилактике заболеваний (CDC), общаясь с учеными. Подготовка помогла Смиту понять, как должен двигаться и мыслить ученый-вирусолог. Также в рамках подготовки Смит встречался с бывшим военнопленным, чтобы понять психологию человека, находящегося в длительной изоляции.
Скрытое название. Чтобы избежать утечек и лишнего внимания, копии фильма рассылались в кинотеатры под фальшивым названием Blood Allies («Кровавые союзники»).
Тишина в кадре. Фрэнсис Лоуренс очень хотел минимизировать диалоги. Вдохновение он черпал в фильме «Пианино», который однажды смотрел без звука, чтобы не разбудить новорожденного сына. Тогда он понял, насколько сильным может быть визуальный ряд без слов.
Спорная концовка и наследие
Настоящие споры разгорелись вокруг финала фильма. В театральной версии Роберт Невилл жертвует собой, взрывая себя и монстров гранатой, отдав образец вакцины Анне и ребенку.
Однако существует альтернативная концовка, которая считается каноничной для поклонников книги. В ней Невилл понимает, что вожак монстров пришел не убивать его, а спасти свою подругу, которую Невилл похитил для опытов. Осознав, что монстры — это не просто безмозглые звери, а существа, способные на чувства и социальные связи, Невилл возвращает пленницу и покидает Нью-Йорк. Эта концовка гораздо ближе к философии романа Мэтисона, где главный герой понимает, что для нового мира монстров именно он является легендой, чудовищем, которое они боятся.
Почему выбрали другой финал? Фрэнсис Лоуренс заявил, что тестовая аудитория «яростно отвергла» альтернативный вариант. Зрители хотели героической смерти, а не прозрения и сомнений. Критики до сих пор спорят, какая концовка лучше, но альтернативный финал, выпущенный на DVD, позволил фильму оставаться предметом обсуждения долгие годы.
Наследие и влияние
Спустя годы фильм «Я — легенда» занимает важное место в истории кино. С одной стороны, он ввел в массовый обиход троп «пустого города» и эстетику заброшенности, которую позже использовали многие другие проекты. С другой стороны, его влияние неоднозначно. Некоторые критики и поклонники первоисточника считают, что картина упростила оригинал, превратив сложную историю о смене парадигм и природе чудовища в стандартный боевик с героическим самопожертвованием.
Однако именно фильм 2007 года заставил новое поколение обратиться к роману Ричарда Мэтисона. А роман этот, как известно, в свое время вдохновил Джорджа Ромеро на создание «Ночи живых мертвецов», подарив миру современного зомби. Таким образом, «Я — легенда» стоит у истоков целого жанра, связывая классическую вампирскую мифологию середины XX века, хоррор 60-х и современный блокбастер.
В 2022 году было официально объявлено о работе над продолжением, в котором Уилл Смит вернется к роли Невилла, а спродюсирует фильм Майкл Б. Джордан. А это значит, что история легенды еще не закончена, и нас ждет возвращение в мир, где люди стали мифами.