Борцы за справедливость, активисты, шпионы, профессиональные революционеры, конспирологи-любители, поддельные документы, погони, предательства, похищения, слежки, заговоры слева и справа, лозунги, поддержанные огнестрельным разных калибров или хотя бы клыками – вот атрибуты успешного фильма 2025. Не размениваясь на самокопание и романтические всхлипы, киногерои бодро бегут переделывать мир.
Социальная несправедливость, экологические проблемы, сомнительные политические решения – кажется, каждый из зрителей найдёт для себя причину необходимости изменений и легко идентифицирует себя с героем-борцом. Но с современными бунтарями всегда что-то «не так». То инопланетный заговор раскрывает пчеловод-параноик («Бугония, Й. Лантимос), то право на самоопределение этнических групп отстаивают вампиры («Грешники», Р. Куглер). Потомственные революционеры используют террористический акт как интимную прелюдию («Битва за битвой», П.Т. Андерсен). Ничего не напоминает профессионалов в костюмах, с чёткими проборами и внимательными глазами, цитирующих Ленина и заботящихся о товарищах из, например, «Война окончена» А. Рене (1966г.), который так ценила советская кинокритика. Они не похожи даже на типичного героя антиутопии – увлечённого, самоотверженного, пусть часто безрассудного, но честного в своей вере. Современные бунтари не просто необычны – они уже за гранью нормального, повседневного, на них можно только смотреть со стороны, с любопытством, недоумением или страхом. Режиссёры отчаянно приправляют любой жанр комедией и лихим саундтреком – не говорить же о восстании всерьёз, не возводить же героев на броневик. Бунтовщики и тираны, агрессоры и жертвы с каждым словом меняются местами, лицами, смыслами. До каких пор вы сочувствуете похищенной, пытаемой главе многомиллиардной корпорации – или в какой момент способны понять растерянность и панику фаната конспирологического контента? Не кажется ли вам, хотя бы недолго, что угнетённый имеет право стать монстром – ради освобождения, или мести, или защиты? Вопросы разбавлены шумом эффектных погонь по холмистым трассам. Вопросы дрожат в растерянном взгляде в прицел. Вопросы взрываются вместе с доверчивыми революционерами. Ответы – в молчании или в музыке на титрах.
Настоящие, земные герои получаются у режиссёров не-голливудских. Их бунтари – просто люди, наши знакомые. Вот заведующий кафедрой бразильского университета («Секретный агент», К. М. Филью), инженер средних лет, вдовец с ребёнком – но живёт и умирает он в 1975, в другом мире, о котором не знает гугл. В сюжет встраивается побочная линия из современности: расшифровщицы/мы изучают архивные плёнки, рассказывающие историю инженера – фрагментарно, разорванно. Осколки, из которых не сложить время – да и не всем хочется. Так же фрагментарны воспоминания иранских рабочих («Простая случайность», Д. Панахи), бывших политических заключённых – они не видели лица палача, не могут опознать его с уверенностью. Сюжет с похищением, оправданность которого под вопросом, созвучен «Бугонии»: те же зрительские метания осудить-посочувствовать. Но если пчеловоды Й. Лантимоса надеются спасти будущее, герои Д. Панахи встречаются со своим скрипящим прошлым – только как его изменить?
Память не состоит из теней. Память состоит из глаз, которые смотрят на вас. Из пальцев, которые показывают на вас.
- объяснение из самого невыносимого фильма о возвращении прошлого – бесчеловечного, драгоценного. В «Ночном портье» (Л. Кавани, 1974г.) преступник и свидетель неразличимы. И неразлучны. И обречены. Быть может прав сын бразильского инженера, не позволивший пятидесятилетней тайне себя заинтересовать? И подрывник-ДиКаприо, выбравший опьянение вместо профессиональной сосредоточенности. И те политзаключённые, что отказались дойти до конца в выяснении отношений со своими травмами. Быть может, кошмар, спящий в глубине памяти, личной и коллективной, стоит оставить нераспознанным?
Бунтари в кино 2025 обречены на провал. Сопротивление путается в собственных мотивах, растворяется в утреннем кофе, превращается в хобби – или в анекдот. Впрочем, история и Е. Шварц убедительно доказали, что самое страшное происходит как раз после свержения тирана. И современные экранные ланселоты не вызывают дракона на бой, а, спящему, щекочут брюшко (и растаскивают сокровища). Проснётся ли дракон? – узнаем в следующем киносезоне (или в жизни).
Автор: Анастасия Кожевникова
Канал: https://t.me/tochkiperesechenya
#НеДиванныйКультуролог