Никто не рассказывает: малоизвестные биографии африканских бегунов

Никто не рассказывает: малоизвестные биографии африканских бегунов

Мы привыкли видеть их только на подиуме. Кения, Эфиопия, Уганда - парни с нечеловеческой экономичностью бега, которые легко машут рукой в камеру и говорят дежурные фразы про тяжелую тренировку. Кажется, что они роботы, запрограммированные на рекорды. Но за каждой победой стоит история, от которой бегут мурашки.

Вот Абель Кипроп. В детстве он каждый день пробегал по десять километров до школы босиком. Не потому что это спортивная подготовка. Просто у семьи не было денег на обувь. По выходным помогал пасти скот - и это еще двадцать километров по саванне. Бег был не спортом, а способом выжить. Потом тренер увидел парня, который в пятнадцать лет обгонял велосипеды на грунтовке, и предложил попробовать. Абель подумал, что это шутка. Сегодня у него олимпийское золото.

Или эфиопская бегунья Маме Тула. Первый раз она надела кроссовки в шестнадцать. До этого бегала босиком по горам, таская воду для семьи. Пять километров туда, пять обратно, два раза в день. Когда функционеры впервые увидели ее технику, у них отвисли челюсти. Бегала она ужасно, но скорость была запредельной. Через три года Маме выиграла чемпионат мира.

Самое смешное, что многие из этих ребят понятия не имеют о современных методиках. Они не знают, что такое интервалы или темповой бег. Они просто бегут каждый день, потому что надо. А попадая в нормальные условия - с питанием, врачами и кроссовками - начинают творить чудеса.

Вот Джошуа Чептегеи. До звездной карьеры он жил в деревне без электричества. Чтобы сделать уроки, садился у костра. Утром бежал в школу за семь километров, вечером - обратно. В выходные на рынок - еще двадцать. Родители даже не знали, что он бегает - для них это была просто жизнь. В восемнадцать лет попал на местные соревнования, пробежал десятку и финишировал первым, даже не запыхавшись. Судьи проверяли документы три раза.

Или Джеффри Камворор с мировым рекордом в полумарафоне. В детстве он жил в глиняной хижине с земляным полом. Крыша текла, спал на циновке. Бегал босиком по пыльной дороге, где проезжали грузовики, и легкие забивались пылью. Но выбора не было.

Знаете, что их объединяет? Они не считают свой путь героическим. Когда журналисты спрашивают, как им удается так тренироваться, они пожимают плечами. Для парня, который в детстве вставал в четыре утра, чтобы успеть в школу за десять километров и потом работать в поле, две тренировки в день - это курорт.

Есть и забавные моменты. Многие африканские бегуны, попадая в Европу, впервые видят эскалаторы и супермаркеты. Один кениец, получив первый крупный приз, купил не машину, а пятьдесят пар кроссовок. Просто потому что в детстве мечтал об одной нормальной обуви. Раздал друзьям. До сих пор бегает в старых - новые жалко.

Когда смотришь на их результаты, кажется, что это другая порода. Но они просто никогда не знали другой жизни, кроме движения. И когда появляется возможность бежать за деньги и славу - для них это не работа. Это возможность делать то, что они делали всегда, но теперь с номером на груди. И с этой мыслью как-то легче вставать на утреннюю пробежку.