Эти дела невозможно расследовать...
Воркута, 1995 год, дом номер 10...
Я вышел из дома, который сожрал всех, кроме меня. На улице уже ночь, которая никак не хочет отступать, но темнота уже разбавляется белоснежным снегом, который будто кто-то высыпает из ведра. Я бросаю взгляд на скамейку возле дома, там сидит какой-то мужчина, который как-то встрепенулся увидев меня, и уставился как на призрака.
-Молодой человек, а вы кто? – сразу спрашивает он, и слегка так вжимается в эту самую скамейку, кажется, что он почему-то боится, но в тоже время ему важно узнать, кто я такой и что здесь делаю.
-Какая разница? – спрашиваю я, не желая отвечать на вопросы.
-Я слышал голоса, - продолжает уже тише мужчина, - Те самые голоса, после которых забирают. Жильца 22 квартиры забрали, верно?
Я останавливаюсь, думаю, всматриваюсь в этого человека и вижу, что из-под обычной куртки, выглядывает милицейская форма. И тут меня пронзила догадка, кто это такой.
-Вы тот самый, который тогда увидел домового?
Да, это был тот самый милиционер, который когда-то приехал в этот дом на вызов, на поиски первых пропавших жильцов, и который после вскрытия двери, увидел в темноте уже пустой квартиры, где-то у дальней стены, рядом с окном, фигуру - низкую, где-то чуть больше метра, достаточно широкую, слишком как-то странно пушистую. Та фигура имела человеческие очертания, но только голова была слишком большой для таких пропорций тела. И она казалась слишком старой.
И это было просто подарком. Я присел на скамейку напротив, рассказал ему о том, что я собираю истории, целенаправленно их ищу, что уже многое необычное увидел, поэтому мимо этой истории пройти просто не мог. Вот я пришел, поговорил, а потом... А потом мой рассказчик исчез. В свою очередь, этот самый милиционер поведал мне о том, что после того случая, когда он увидел то самое нечто, он много раз пытался разобраться, но у него так это и не получилось сделать.
-Я часто сюда прихожу, - говорил Максим с излишним прискорбием, и мне даже казалось, что возможно, прямо сейчас во мне он нашел родственную душу, ведь то, что вы услышите далее, простому прохожему, который не сталкивался с такими вещами, не расскажешь, посчитают сумасшедшим. А поговорить ему явно хотелось.
-Я прихожу сюда раз в неделю. Раньше я заходил в этот дом и расспрашивал жильцов о том, что случилось за время пока меня не было, пытался разобраться, неофициально конечно, ибо дело-то давно не у меня, да и не продвигается оно, никто это не расследует, так как это невозможно.
Когда я наконец понял, что не смогу ничего понять в этом безумии, то старался уговорить оставшихся жильцов переехать. Не со всеми получилось, к сожалению. Но я продолжаю приходить сюда по привычке, слушать стены, однако в дом больше не захожу. Меня семья дома ждет.
Ты понимаешь, такие дела как это, невозможно расследовать. Во-первых, мы не можем написать в документах, что виновником всех бед был домовой, во-вторых, мы не можем его арестовать. И ты знаешь, такого на самом деле много в этом мире. Лично я сталкивался с действительно необычными вещами, и это я сейчас не про убийства, грабежи и так далее. Хочешь я расскажу тебе кое-что?
Некоторые странные случаи я начал замечать достаточно давно... Помню, как искали кого-то в лесу, слышим крик, якобы пропавшего, идем на него и все дальше в лес забредаем. И тут по рации говорят, что нашли человечка. В совершенно другой стороне. Когда мы его опрашивали, то отметили, что голос у него был подозрительно похож на тот, что слышали мы в лесу. Но как бы слышать мы его не могли.
Потом были стуки из пустых квартир, голоса с чердаков и подвальных помещений, хотя при осмотре данных помещений, в них никого обнаружено не было. Но это всё цветочки.
Был один такой мужик, Олег Петрович, на моем участке жил, 72 года было ему. Так вот все было хорошо, однако в какой-то момент времени, у него с головой что-то случилось, сдурел под старость лет. Ну, так мы думали вначале.
Заявление от него было такое. С недавнего времени у него в квартире стали необычные вещи происходить. Он говорил, что замечал странные и пугающие тени, которые были точно не его, а жил он как бы один. Он говорил, что тени за ним стали охотится, вещи воруют, тарелки ночами двигают, и хотят убить.
Мы этого мужичка опросили, приняли заявление, да и отложили. Тут в пору было вызывать врача ему, а не заявления писать. Потом он пришел еще раз, а потом еще. И каждый раз его история становилась все мрачнее – теперь тени угрожали ему в прямом смысле, говорили ему все это человеческим языком.
-Да ты пойми Максимка, - говорил Олег Петрович, - Да не дурачок я, ну, ну как тебе это доказать-то? Мне действительно нужна защита.
Как доказать я придумал сразу. Вообще с Олегом Петровичем мы знакомы давно, поэтому я все-таки решил взять его здоровье в свои руки, так как жил он один. Я выбрал день, пошел к нему домой, хотел провести в этой квартире пару часов, увидеть, как Петрович тычет пальцем в пустоту и говорит, что какая-то, видимая только ему тень, передвигает тарелки, указать ему на то, что этого я не вижу, и что ему точно кажется, что это в его голове, и по итогу попытаться сводить его к врачу. Нужно же лечить старика.
Прихожу я к нему, он радостно меня встречает, говорит, чтобы я был как дома. И тут я решаю осмотреться. Хожу я значит такой по квартире, внимательно рассматриваю каждую ее часть, ну, чтобы потом ему еще сказать, что ничего я не увидел, и что ему точно к врачу надо.
Захожу на кухню, в ванную, комнату, и когда добираюсь до прихожей... Я открываю большой шкаф, и почему-то, меня прошибает страхом. Настоящим. Впереди себя я ничего необычного не вижу, просто висят вещи, но только... Ни звука, ни движения — но я ощущаю, как что‑то смотрит на меня из темноты. По спине прокатился ледяной ручей, а после следующей фразы хозяина квартиры, и сама река.
-Ну что, убедился?
Петрович, который сидел в комнате и не видел, что я остановился в недоумении перед шкафом, ощутил тоже самое! Как это черт его подери может быть?
-Да ты там погоди, еще не вечер, - добавил Петрович, после чего я закрываю шкаф, и пытаюсь оправдать свои неимоверно ужасные ощущения. Несмотря на это, во мне поселилась тревога, я уже начинаю допускать, что дед с ума не сходил, но я все же еще надеюсь, что в этой квартире мы только вдвоем.
Вечерело. Я уже провел в этой квартире намного больше времени, чем хотел изначально, и всё, пора бы уже уходить, но только я не мог понять, а нужно ли это делать, ведь вдруг что произойдет, а я пропущу. Не пропустил...
Сидим в комнате, Петрович смотрит что-то по телевидению, а я пью уже вторую кружку чая, смотрю в окно, слежу как падает снег – в данной ситуации это была единственная вещь, которая хоть как-то могла освободить мысли от ненужной тревоги, и вдруг, с кухни я слышу звук. Посуда сдвинулась.
Медленно поворачиваюсь, смотрю на хозяина квартиры, убеждаюсь, что он здесь, но тогда кто же там? Я же все осмотрел, никто не мог бы спрятаться. Если только... Да нет, это уж совсем какой-то бред.
-Ну вот, что сидишь, иди проверяй, - говорит Петрович, причем я понимаю, что и он тоже боится, и часть его страха передается и мне. Я тихонечко встаю, иду в сторону кухни, отчетливо вижу вдалеке столик, на котором трясется посуда, причем это происходит неясно от чего.
Страх и ужас будто меня сковали, я не мог оторваться от того, что вижу впервые, и вдруг чашка сама по себе поднимается чуть выше, а затем летит в стену и разбивается. Я же, поворачиваюсь и возвращаюсь в комнату, и тут, в этой самой комнате, вижу позади Петровича тень на стене.
Эта тень не его или моя, это нечто другое – тень неестественно высокая, она вытянутая, как если бы взяли обычную, и растянули ее на два с половиной метра, она даже на потолок заходила... У нее были очень тонкие, но длинные конечности, причем они были как бы человеческими и как бы нет. Суставы неестественно неправильно выворачивались, прямые кости были слишком длинными, а кисти рук казались ужасно большими.
В правой руке, это нечто держало огромный изогнутый нож, который был будто темнее, чем сама фигура. Каждый шаг тени оставляет после себя какой-то странный след, слегка затемненный, если это можно так назвать. Фигура будто постепенно начинает приобретать небольшой объем, переходит из состояния безобидной, но страшной тени, в нечто ужасное и с настоящим оружием.
И вдруг она меня замечает... Я это понял еще до того, как оно повернулось, я ощутил леденящий душу страх, который будто схватил меня изнутри, сжал мое сердце костлявыми руками, и провернул его два раза.
Оно застывает на месте и поворачивается ко мне. Его голова не имеет обычных очертаний, она просто является каким-то кругом, но из этого круга время от времени вырываются каким-то неведомым образом черты лица. Они как бы проступают на черной поверхности, а затем уходят туда назад.
В эти моменты времени, я вижу, что у этой штуковины есть огромные глаза, в количестве трех штук, на месте рта пульсирует какая-то тёмная воронка, из которой прямо сейчас я начинаю слышать завывание, такое тихое, но с каждой секундой оно становится все громче. Это похоже на вибрацию, которая переходит в какой-то металлический скрежет, как будто кто-то проводит гвоздем по листу из стали.
Петрович это слышит тоже, поворачивается, начинает орать, падает с дивана, роняя столик рядом, затем встает и пробегает мимо меня, в подъезд, а я стою и не могу двигаться, и фигура тоже стоит, и чего-то ждет. Скрежет сменился почти кошачьим визгом, искаженным, как будто исходит он из бездны бесконечной воронки, потом я слышу собачье рычание, которое резко обрывается, и затем...
-Он хочет убежать, - слышу я голос, почти человеческий, только слишком искаженный, и с невозможным эхом, - Ты хочешь ему помочь. Но вот только некуда бежать. Некуда бежать от домового...
Я резко разворачиваюсь, бегу к двери, влетаю на лестницу и чуть ли не перепрыгиваю по 10 ступеней, желая убежать оттуда как можно скорее и навсегда...
Петрович, уже будучи у меня дома, рассказал, что такое произошло у него впервые, тень раньше была намного меньше, и так близко к нему никогда не приближалась. Что делать с этим всем, я не мог понять. Он перекантовался у меня пару ночей, домой не хотел возвращаться, а затем, на пару недель решил переехать к своему родственнику пожить, а там уж и подумать, что с этим делать.
Через пару дней нам поступил вызов – истошные крики из квартиры, потом тишина. Да, это была квартира родственника Петровича, и когда мы туда попали, то увидели три трупа. Одним из них, был Петрович.
На всех троих был только один порез, будто от огромного ножа, но как скажут врачи, умерли они не от потери крови, а от остановки сердца. Все трое! Разом. И как все это понимать? Как все это можно объяснить? Это же просто невозможно. Но это, к сожалению, есть.
После того случая мы подобных смертей не фиксировали, но были и другие, странные и пугающие случаи, которые необъяснимы. А потом и этот дом, с голосами из стен. Самое ужасное в этом всем то, что даже при всем желании у нас не получается расследовать подобные дела, а людям от такой нечисти, некуда бежать...
Воркута, 1995 год, квартира мрачного незнакомца...
Уставший, невыспавшийся, я возвращаюсь в эту квартиру, открываю дверь в комнату, где меня ждут листочки на стенах, от которых исходит желтоватое свечение. Я хожу от одной стены к другой, разглядываю, не могу выбрать, и даже не то, что не могу – не хочу. Я уже знаю, что вновь увижу то, с чем ничего не смогу поделать, и тогда, у меня зародиться вопрос.
-Как убить домовых? – спрошу я в этой комнате, и вдруг, разом все потемнеет. Появится белый шум, какие-то помехи отовсюду, и мне ответят. Ответит тот самый, знакомый уже мне голос в кромешной тьме.
-Убить можно. Но для этого, нужно подняться выше.
-Куда выше? Что я должен сделать, чтобы подняться?
-Я сказать не могу. Ты поймешь это сам. Но ты уже поднимаешься. Но ступеней еще много...
Конец тридцатой четвертой части... Продолжение очень скоро...
Душа моя, здравствуй. История не завершена, и продолжение выйдет очень скоро. Все части этого большого рассказа будут опубликованы в подборке "Домовые".
По секрету скажу, что у меня есть множество историй, которые еще ждут вашего внимания. Я их собрал в подборки по разным темам. Тут все про деревни. Тут про лес и тайгу. Тут про квартиры и городские истории. Тут серии рассказов КГБ СССР. Тут про кладбища. Тут серия историй про домовых. Тут серия рассказов "Звонки в 112.
Внимание! Эта история — полностью вымышленное художественное произведение. Всё показанное и рассказанное — плод творческого воображения автора. Реальных прототипов, мест или событий не существует.
Автор не делает заявлений о достоверности изложенных фактов. История не содержит рекомендаций медицинского, юридического, финансового или иного профессионального характера. Просмотр и интерпретация контента осуществляются читателем на его собственный риск. Автор снимает с себя любую ответственность за последствия, связанные с восприятием или использованием информации из данной истории.
Содержание истории не преследует цели оскорбить, дискредитировать или нанести ущерб кому‑либо. Автор не несёт ответственности за субъективное восприятие представленной информации. Любые попытки трактовать представленный материал как достоверный источник информации недопустимы.
Заходите еще, и здесь будет новая история. А пока что, всем пока и спокойной ночи...