В позднем среднем неолите Верхнего Рейна, около 4300–4150 годов до н. э., в поселениях Ахенхайм и Бергхайм (Эльзас, Франция) произошёл вооружённый конфликт, в результате которого погибли люди. В круглых ямах — Ахенхайм-124 и Бергхайм-157 — лежали тела с множественными незажившими травмами. Массовые захоронения жертв жестоких набегов для неолитической Европы не редкость. Но у этих было странное отличие: в ямах находились отдельные фрагменты отсечённых левых рук. Такое сочетание для неолитической Европы уникально.
Часть скелетов сохранила следы насилия: удары по черепу, переломы, повреждения плечевых костей. Среди погибших с явными травмами преобладали подростки и взрослые мужчины — вероятные участники столкновения. При этом в тех же ямах лежали и другие люди разного пола и возраста, без видимых следов насилия, но захороненные вперемешку с «трофеями». Такая картина заставила исследователей предположить, что после самого столкновения произошло ещё одно событие — возможно, связанное с демонстративным празднованием победы.
Чтобы понять, кем были эти люди — местными жителями или пленниками, привезёнными из других регионов, — учёные провели мультиизотопный анализ. Они изучили останки 82 человек из Эльзаса, а также 53 животных и 35 современных растений для построения региональной изотопной базы. Анализировали углерод, азот и серу в костях, а также кислород, углерод и стронций в зубной эмали. Дентин моляров позволил реконструировать раннее детство — от грудного вскармливания до подросткового возраста.
По углероду различий почти нет: рацион у всех был сходным. А вот по азоту и особенно по сере группы расходятся. В Бергхайме жертвы демонстрируют более высокие значения δ15N по сравнению с местными жителями того же возраста. Это может указывать либо на больший вклад животного белка в рационе, либо на физиологический стресс. В любом случае речь идёт о различиях в образе жизни.
Наиболее выразительные различия даёт сера. У местных значения δ34S сгруппированы плотно, что соответствует жизни на ограниченной территории. У жертв разброс значительно шире. Более того, отсечённые левые конечности образуют отдельную группу значений, отличную как от местных жителей, так и от полных скелетов, найденных в тех же ямах. Это означает, что останки принадлежали людям разного происхождения, и с ними обращались по-разному.
В Ахенхайме наблюдается сходная картина. Средние значения для углерода, азота и серы у жертв и местных близки, но внутри группы жертв различие вновь проявляется между изолированными конечностями и полными скелетами. Изотопные подписи указывают на неодинаковое использование ландшафта в последние годы жизни и на различный жизненный опыт этих людей.
Анализ зубов добавляет важные детали. По длительности грудного вскармливания группы не различаются: около шести месяцев молочного питания, затем постепенный переход к взрослой пище. Однако у жертв чаще фиксируются резкие сдвиги в профилях δ13C и δ15N в детстве — признаки возможного стресса, болезней или перемещений. По стронцию жертвы, особенно мужчины, демонстрируют более выраженные изменения между первым и вторым моляром, что указывает на большую мобильность в раннем возрасте.
Совокупность данных позволяет предположить, что значительная часть жертв выросла вне этих поселений — в северной или южной части долины Рейна, а возможно и дальше, в регионах, связанных с культурой Бишхайма, которая в это время распространяется из Парижского бассейна. Археологический контекст усиливает эту интерпретацию: конец V тысячелетия до н. э. сопровождается сменой культурных традиций и признаками вооружённых конфликтов.
В таком сценарии отсечённые левые руки могли служить военными трофеями, которые забрали у павших противников и принесли в поселение. Полные скелеты могли принадлежать пленным, которых убили уже в деревне — возможно, во время публичного обряда. В Ахенхайме яма располагалась в центральной части поселения, что указывает на демонстративный характер события.
Материалы из Ахенхайма и Бергхайма показывают, что насилие в неолите было не просто средством устранения противника. Оно носило демонстративный и символический характер. Избыточные травмы, систематическое отсечение левых рук и их совместное захоронение с телами превращали расправу в политический жест. В этом случае война выступает не только как борьба за ресурсы, но и как способ публично закрепить границу между «своими» и «чужими».
Автор текста — Анна Гребенникова. Источники.
💀 Нравятся наши посты? Поддержите наш проект на Sponsr или Boosty и каждую неделю смотрите эксклюзивные научно-популярные видео.
Вам также может быть интересно: