Три года назад 42-летняя москвичка Юлия Киняева обратилась в больницу с жалобами на щитовидную железу. Врачи диагностировали у неё онкологию, что привело к серии бессмысленных событий, операции и удалению практически здоровой щитовидной железы вместе с паращитовидными железами.
В мае 2021 года, жалуясь на узлы в щитовидной железе, Юлия пришла в ГКБ имени Ф. И. Иноземцева. Ей сделали биопсию, которая показала предварительный результат — злокачественная опухоль. Ей предложили госпитализацию для операции, девушка отказалась, забрала стёкла с анализами и поехала в НМИЦ имени Н. Н. Блохина для перепроверки. Удивительно, но там ей не провели никаких дополнительных исследований, а просто приняли выписки из предыдущей больницы. Врач, пересмотрев заключения, подтвердил: рак, нужно оперировать.
30 июня Юлию госпитализировали в онкологическое отделение хирургических методов лечения № 5, а на следующий день ей провели тиреоидэктомию с центральной лимфодиссекцией — полное удаление щитовидной железы и клетчатки шеи.
«Меня прооперировали за один день, удалив всё, что можно и нельзя. Через пять дней после операции пришла гистология, и выяснилось, что образование было доброкачественным. Я спросила у врача, который меня оперировал, как такое могло произойти. Он ответил: „Я был уверен, что у вас рак“».
Учитывая состояние пациентки и отсутствие метастаз, врачи должны были удалить только часть щитовидной железы, но даже не предложили этот вариант. О нарушениях Юлия узнала позже, изучая медицинскую литературу.
Согласно статье 20 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», врачи должны были предупредить Юлию о возможных последствиях удаления органов и предложить варианты хирургического вмешательства. Однако в согласии на медицинское вмешательство такой информации не было. Юлия намерена добиваться справедливости.