Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
МК на Сахалине

Под Москвой сын прокурора боится людей и живет в доме со слоем собачьих эксриментов

Тараканы на стенах, экскременты на полу, остатки гниющей пищи, ни отопления, ни канализации. Это все, что осталось у 36-летнего Павла - некогда успешного программиста, сына столичного прокурора. Человека, уверенного в себе и своем будущем. Почти три года в его дом никто не заходил. Большинство даже не знают, что Павел существует. Его отец покончился с собой на его глазах. Вскоре от болезни умерла мать. А сам Паша лишился работы. Компьютерный язык, которым он владел, устарел. — Представьте себе человека, живущего в одиночестве, который, по сути, не осознает, что с ним происходит, — комментирует блогер Сергей Лукьянов, пробираясь по снегу к крыльцу. — У него своя реальность, отличная от нашей. Это напоминает фильм "Голоса", когда грань между реальностью и вымыслом стирается. Это пугает. Первые симптомы болезни у Паши проявились, когда он потерял работу: слабость, нарушение координации и речи, неспособность подняться с кровати. Но точного диагноза у него нет. Врачи в его "конуру" не за
Оглавление
Фото: фрагмент видео канала "Вася на сене" на YouTube
Фото: фрагмент видео канала "Вася на сене" на YouTube

Тараканы на стенах, экскременты на полу, остатки гниющей пищи, ни отопления, ни канализации. Это все, что осталось у 36-летнего Павла - некогда успешного программиста, сына столичного прокурора. Человека, уверенного в себе и своем будущем.

И посреди всего Паша

Почти три года в его дом никто не заходил. Большинство даже не знают, что Павел существует. Его отец покончился с собой на его глазах. Вскоре от болезни умерла мать. А сам Паша лишился работы. Компьютерный язык, которым он владел, устарел.

— Представьте себе человека, живущего в одиночестве, который, по сути, не осознает, что с ним происходит, — комментирует блогер Сергей Лукьянов, пробираясь по снегу к крыльцу. — У него своя реальность, отличная от нашей. Это напоминает фильм "Голоса", когда грань между реальностью и вымыслом стирается. Это пугает.

Первые симптомы болезни у Паши проявились, когда он потерял работу: слабость, нарушение координации и речи, неспособность подняться с кровати. Но точного диагноза у него нет. Врачи в его "конуру" не заглядывают.

— Никто не знает, что это за болезнь, — рассказывают соседи.

Два года Паша не мылся, не стригся и не выходил из дома. Никакого источника дохода у него нет. До недавнего времени никто даже не был уверен, что о нем помнят.

Фото: фрагмент видео канала "Вася на сене" на YouTube
Фото: фрагмент видео канала "Вася на сене" на YouTube

Чудо от "Васи на сене"

Однажды к нему заглянула соседка по имени Татьяна. И ахнула. О том, что она увидела в доме Павла, женщина рассказала блогеру канала «Вася на сене». И тут случилось чудо, Паша согласился на диалог.

Когда волонтеры к нему приехали, Паша с трудом открыл дверь. Продукты передавали через окно, собаки с любопытством наблюдали за происходящим. Бездомных животных мужчина приютил на улице и теперь пытается выжить вместе с ними.

— Паш, мы хотим тебе помочь. Компьютер, интернет, работу… Мы рядом, — говорили ему. Он слушал. Молчал.

После долгих уговоров волонтерам удалось войти внутрь. То, что они увидели, потрясло. Остатки еды, тараканы, несколько слоев собачьих фекалий - и посреди всего этого одинокий человек. Жуть просто...

Паша разрешил волонтёрам вынести несколько мешков с мусором, навести частичный порядок. Но они признались: фронт работ огромный.

Но даже этой малости хватило, чтобы у Паши изменилось настроение. Впервые за долгие годы он почувствовал, что кто-то готов о нем заботиться.

— Паш, честно говоря, многие за тебя переживают. И никто не насмехается, никто не обидит. Мы здесь, чтобы помочь, — говорит блогер. В этот день Паша впервые за долгое время он осознал, что он не один.
— Если бы у меня были деньги, я бы привел дом в порядок, — сказал Паша, тихо улыбаясь.

Теперь перед ним небольшие, но реальные шаги: уборка, еда, внимание и забота. Волонтеры обещают помочь с компьютером, интернетом, лечением, а возможно, и с возвращением к профессии. Паша все еще опасается людей, но надежда есть.

По материалам КП-Санкт-Петербург.