В первой половине пятидесятых годов советская оборонная промышленность вела активные работы по созданию тактических ракетных комплексов, способных нести как обычные, так и ядерные боевые части. К концу десятилетия на вооружение поступило несколько систем этого класса, различавшихся конструктивными особенностями и характеристиками. Однако на ранних стадиях разработки рассматривались и альтернативные варианты архитектуры, отличавшиеся от классических представлений о тактическом ракетном оружии. Одним из наиболее интересных и нестандартных проектов стал комплекс 2К5 «Коршун»
Исходная идея проекта базировалась на реалиях начала пятидесятых годов. На тот момент отсутствовали компактные и надёжные системы управления, способные обеспечить приемлемую точность стрельбы тактических ракет на большие дальности. Существовавшие образцы имели значительное круговое вероятное отклонение, что снижало эффективность применения обычных боевых частей.
В первых советских тактических комплексах эту проблему решали путём оснащения ракет ядерными зарядами, мощность которых перекрывала ошибки наведения. Авторы проекта «Коршун» предложили иной путь — компенсировать недостаточную точность залповой стрельбой несколькими ракетами одновременно. Таким образом, комплекс должен был занять промежуточное положение между классическими тактическими ракетами и реактивными системами залпового огня.
Разработка неуправляемой баллистической ракеты с жидкостным двигателем началась в 1952 году в ОКБ-3 НИИ-88, расположенном в подмосковных Подлипках. Руководил работами главный конструктор Д.Д. Севрук. После завершения предварительного этапа проект был представлен руководству военной промышленности и получил одобрение. 19 сентября 1953 года вышло постановление Совета министров СССР, предписывавшее продолжить разработку и определившее круг предприятий-субподрядчиков. Комплекс получил шифр «Коршун», индекс ГАУ — 2К5, ракета обозначалась 3Р7. Пусковая установка на разных этапах именовалась СМ-44, БМ-25 и 2П5, её артиллерийская часть — СМ-55.
Предполагаемый способ боевого применения комплекса выглядел следующим образом. Несколько батарей, оснащённых пусковыми установками 2П5, должны были выдвигаться на огневые позиции и одновременно наносить удары по обороне противника на глубину до 55 километров. Массированные залпы должны были ослаблять оборону и создавать коридоры для продвижения наступающих войск. Такая тактика требовала высокой подвижности и проходимости, что предопределило выбор шасси для самоходной установки.
Наилучшие характеристики среди имевшихся на тот момент грузовых автомобилей демонстрировал трёхосный полноприводный ЯАЗ-214, разработанный Ярославским автозаводом в начале пятидесятых годов. Его серийное производство началось в 1956 году и продолжалось в Ярославле до 1959-го, после чего выпуск перенесли в Кременчуг, где машина получила название КрАЗ-214. ЯАЗ-214 оснащался дизельным двигателем ЯАЗ-206Б мощностью 205 лошадиных сил, механической трансмиссией, двухступенчатой раздаточной коробкой. При собственной массе 12,3 тонны грузовик мог перевозить до семи тонн груза.
На шасси ЯАЗ-214 монтировалась опорная платформа с поворотным устройством и пакетом направляющих. В задней части платформы имелись опускаемые опоры-аутригеры, стабилизировавшие машину при стрельбе. Лобовое стекло кабины прикрывалось специальными щитками. Артиллерийская часть СМ-55, разработанная ленинградским ЦКБ-34 в 1955 году, обеспечивала наведение по горизонтали в секторе 6 градусов вправо и влево от продольной оси и вертикальное наведение до угла 52 градуса. Из-за ограниченного сектора горизонтальной наводки стрельба велась только вперёд, «через кабину».
Пакет направляющих состоял из шести трубчатых направляющих, расположенных в два горизонтальных ряда. Конструкция направляющей представляла собой десять колец-обойм, соединённых продольными балками. Внутри колец крепились четыре винтовых направляющих, придававших ракете начальное вращение. Масса боевой машины достигала 18,14 тонны, максимальная скорость — 55 км/ч, запас хода превышал 500 километров.
Ракета 3Р7 стала главной технической особенностью комплекса. Для достижения требуемой дальности конструкторам пришлось применить нестандартную компоновку. Вместо концентрического расположения баков топлива и окислителя, характерного для многих ракет того времени, баки разместили последовательно, один за другим, что позволило увеличить удлинение корпуса и улучшить аэродинамику.
Ракета длиной 5,535 метра и диаметром 250 миллиметров состояла из двух основных частей: головной боевой и хвостовой реактивной. Между ними располагался небольшой отсек, в который при сборке помещали металлические диски, доводившие массу изделия до эталонных 375 килограммов с точностью до 500 граммов. Боевая часть массой 100 килограммов содержала 50 килограммов взрывчатого вещества и оснащалась двумя взрывателями — головным контактным и донным электромеханическим. В хвостовой части корпуса крепились четыре трапециевидных стабилизатора, установленных под углом к оси ракеты. Перед стабилизаторами располагались штифты для взаимодействия с винтовыми направляющими пусковой установки.
Первоначально ракету планировали оснащать жидкостным двигателем С3.25, работавшим на самовоспламеняющемся топливе ТГ-02 и азотной кислоте. Однако расчёты показали, что такой двигатель получается слишком дорогим в производстве и эксплуатации. Вместо него применили С3.25Б, использовавший основное топливо ТМ-130 и лишь небольшое количество ТГ-02 для запуска. Окислитель оставался прежним.
Время работы двигателя составляло 7,8 секунды. За это время ракета разгонялась до 990–1000 метров в секунду. Дальность стрельбы достигала 55 километров, время полёта на максимальную дальность — 137 секунд. Круговое вероятное отклонение составляло 500–550 метров, что для неуправляемой ракеты того времени было вполне ожидаемым, но для фугасной боевой части такой массы — недостаточно эффективным.
На базе ракеты 3Р7 впоследствии разработали две метеорологические модификации. В 1956 году появилась ММР-05 длиной 7,01 метра и массой 396 килограммов, способная поднимать аппаратуру на высоту до 50 километров. В 1958 году — ММР-08 длиной около 8 метров и массой 485 килограммов, достигавшая высоты 80 километров. Обе ракеты оснащались приборными отсеками с фотоаппаратурой, термометрами, манометрами, телеметрическим оборудованием и парашютными системами для спуска аппаратуры на землю.
Разработка ракеты 3Р7 завершилась в 1954 году. В июле состоялся первый пуск с испытательного стенда. После начала серийного выпуска шасси ЯАЗ-214 построили опытную пусковую установку 2П5 и приступили к полигонным испытаниям комплекса в полном составе. В 1956 году по их результатам «Коршун» рекомендовали к серийному производству. Сборку боевых машин поручили Ижевскому машиностроительному заводу. В 1957 году вооружённые силы получили первые серийные экземпляры пусковых установок и ракет. Они поступили в опытную эксплуатацию, но официально на вооружение приняты не были. 7 ноября того же года комплексы «Коршун» впервые прошли по Красной площади во время парада.
Опытная эксплуатация выявила серьёзные недостатки системы. Низкая точность ракет в сочетании со сравнительно маломощной фугасной боевой частью делала комплекс малоэффективным при стрельбе штатными боеприпасами. Отклонение в полкилометра на максимальной дальности, приемлемое для ядерной боевой части, для 50-килограммового фугаса оказывалось критичным. Кроме того, выяснилось, что ракета 3Р7 недостаточно надёжна при низких температурах: фиксировались отказы техники и даже взрывы, что резко ограничивало возможность применения комплекса в зимних условиях.
В августе 1959 года и феврале 1960 года вышли два постановления Совета министров СССР, предписывавшие свернуть серийное производство компонентов комплекса 2К5 «Коршун». За неполные три года выпустили не более нескольких десятков пусковых установок и несколько сотен ракет. Комплекс так и не был принят на вооружение, оставшись в истории как пример оригинального, но не нашедшего практического применения подхода к созданию тактического ракетного оружия. Опыт, полученный при разработке «Коршуна», был учтён при создании последующих систем, а метеорологические ракеты на его базе использовались для изучения верхних слоёв атмосферы.