Никто не говорит об этом: Допинг в легкой атлетике

Никто не говорит об этом: Допинг в легкой атлетике

Когда мы смотрим забеги на стометровке или марафонские дистанции, нам хочется верить в чудо. В то, что эти люди просто родились с суперспособностями, вкалывали с утра до ночи и благодаря характеру взобрались на пьедестал. И это правда, но не вся. Есть одна тема, о которой болельщики предпочитают молчать, хотя она стара как сам спорт. Речь о допинге.

Все вокруг делают вид, что это проблема только каких-то плохих спортсменов из далеких стран, которых ловят и наказывают. Но если копнуть глубже, история легкой атлетики — это бесконечная гонка не только людей с секундомером, но и химиков с биологами. Это тайная война, где ставки невероятно высоки.

Помните Флоренс Гриффит-Джойнер? Её рекорды на стометровке до сих пор не побиты, а бегала она в конце восьмидесятых. Фло-Джо умерла молодой, а её результаты до сих пор вызывают у специалистов кривую усмешку. Но тогда, в эпоху безудержного веселья и торжества мускулов, на это смотрели сквозь пальцы. Или взять Бена Джонсона, которого поймали в Сеуле в 1988-м — его лишили золота, но он был далеко не единственным в том финале. Просто остальные бежали чуть медленнее, и им как-то повезло больше.

Грязные танцы с системой

А есть другая сторона медали — умные схемы. Сейчас уже не колят анаболики ведрами, как в шестидесятых, когда штангисты могли спокойно хранить запрещенные препараты в открытую. Теперь это высокая наука. Микродозы, препараты, которые выводятся из организма за несколько часов, генная инженерия на подходе. Представьте себе: спортсмен тренируется на сборах, а в это время его организм получает такую поддержку, что красные кровяные тельца размножаются быстрее кроликов. Кислород усваивается лучше, мышцы восстанавливаются за пару часов. Идиллическая картина.

Самое смешное и грустное одновременно — это когда пойманные «читеры» возвращаются и снова побеждают. Им аплодируют стадионы. Им прощают всё, потому что зрители хотят красивого зрелища. Мы сами, того не замечая, покупаем билеты на этот спектакль. Нам нужны рекорды, нам нужны эмоции. А ради рекордов, как показывает история, некоторые готовы рискнуть не только карьерой, но и жизнью.

Был случай, когда один известный бегун признался, что принимал допинг не ради медалей, а чтобы просто успевать восстанавливаться между стартами. Потому что календарь соревнований забит так, что организм не вывозит. И это правда, в которую не хочется верить: современный спорт высоких достижений часто несовместим с естественными возможностями человека.

Почему мы закрываем глаза

Мы любим героев. Нам хочется думать, что Усэйн Болт был просто инопланетянином с Ямайки, который обожал наггетсы и побеждать. Может, так оно и есть. Но тень сомнения всегда крадется за каждым великим достижением. И виноваты в этом не только спортсмены, а вся система, которая требует зрелищ любой ценой.

Спортсмены становятся заложниками ситуации. Если ты не принимаешь препараты, а твой соперник принимает (пусть даже самое хитрое, что пока не научились ловить), ты уже проиграл. Это как играть в карты, зная, что у оппонента в рукаве спрятан туз. И ты либо сдаешься, либо тоже идешь искать туз.

Допинг в легкой атлетике — это не история про плохих людей. Это история про систему, где цель оправдывает средства. И ломать эту систему никто особо не торопится, потому что слишком много денег и славы на кону. А нам, зрителям, остается только гадать, на что на самом деле бежал очередной рекордсмен: на своей воле и поте или на достижениях фармакологии. И честно — иногда лучше не знать. Но знать — полезно. Хотя бы для того, чтобы не строить иллюзий.