Почти сразу обнаруживаются древние каменные стены в 2 метра толщиной. Буквально Шлиман превращается в черного копателя. И, в общем, этот черный копатель хочет дальше копать, а турки тянут с выдачей документа. Они ничего не знают о европейском статусе господ Шлимана и Калверта. И вообще подозревают, что это жулики. Какие-то обычные такие аферисты-кладоискатели.
У Шлимана появляются идеи, как эту бюрократию ускорить. Он пишет сенсационную статью, в которой заявляют, что у него есть доказательство существования Гомеровской Трои. И отправляет ее в крупную немецкую газету. Статью публикуют. Османское правительство действительно отвечает. Ну, правда, не так, как рассчитывал Шлиман. Оно критикует партнеров за незаконные раскопки. Шлиман приходит в бешенство. Он почти откопал смысл своей жизни. И считает, что у турок нет вообще никакого права ему мешать. Что они могут вообще решить, если они даже не читали Гомера.
И Шлиман решает выкупить все земли, пригодные для раскопок. Он пишет Калверту следующее письмо. Я готов потратить на эту затею все оставшиеся мне годы и любую, пусть даже самую крупную сумму денег. Но эта земля должна быть моей. Но до покупки дело не доходит.
В конце 1872 года разрешение все-таки выдают. На определенных условиях. Если археологи что-нибудь найдут, это будет принадлежать османскому правительству. Шлиман ждет весны, нанимает сотню рабочих и закладывает огромную траншею через весь холм Гиссарлык, 70 метров длиной и 15 метров глубиной. Сразу становится ясно, что холм состоит из множества исторических слоев. И буквально нашпигован древностями.
Шлиман помешан на трое. Все остальное вообще его не интересует. Вместо того, чтобы аккуратно, бережно, слой за слоем разрывать холм, документировать все находки, он нетерпеливо вгрызается в землю. По сути, он просто уничтожает все, что, по его мнению, не похоже на Трою. Он уверен, что древний город должен стоять прямо на материковой плите. И пытаясь до нее добраться, Шлиман просто сносит другие тысячелетние памятники. Шлиман ищет способ ускорить поиски. Он делит рабочих на две команды и устраивает с ними соревнования на скорость. Кто быстрее, тот получит премию. И вот команды начинают копать с разных концов холма. И должны они встретиться на середине. Понятно, что речи о какой-то аккуратности при такой работе просто не идет.
И многие современные исследователи называют работы Шлимана не иначе, как вандализм. Он одержим своей идеей. Он считает древности Трои бесценными. А наследие эпохи эллинизма просто какой-то ерундой. Из кирпича и камней, которые найдут в процессе раскопок, он приказывает построить себе дом. За первый сезон работ команда Шлимана нашла серебряные заколки для волос, множество разбитых и семь уцелевших погребальных урн, амфоры, медные гвозди, ножи, тяжелое копье и мелкие украшения из слоновой кости. Под конец сезона удалось докопаться до крупных камней, которые напоминали основание башни. Но к этому моменту рабочие были уже без сил. А сам Шлиман валялся с лихорадкой.
Следующий археологический сезон стартовал в феврале в следующей статье.