Любой, кто приезжает в древний русский город Кострому на автомобиле по мосту через Волгу, ширина которой достигает здесь 600 метров, не может не обратить внимания на великолепную церковь, являющуюся выдающимся памятником русской художественной культуры XVII века. При въезде в древний русский город Кострому, под горой на берегу Волги в окружении старинных лип, словно вырастая из земли, возносит к небу свои купола и кресты знаменитая церковь Воскресения на Дебре — великая православная святыня Костромского края, выдающийся памятник русской художественной культуры XVII в. Три с половиной столетия тому назад построен этот храм. Талантливые зодчие, замечательные иконописцы, мастера стенного письма создали удивительной, редкой красоты церковь в честь величайшего праздника Православия, «торжества из торжеств» —Воскресения, Пасхи Христовой.
Первый деревянный храм, по преданию, здесь был построен ещё в XIII в. костромским князем Василием Ярославичем Квашней (1248—1276), «мизинным» (младшим) сыном великого князя Ярослава Всеволодовича. Известно, что костромской князь Василий Ярославич (родной брат Александра Невского) страстно увлекался охотой и чаще всего ходил на зверя в густых лесах, росших там, где ныне стоит церковь Воскресения Христова на Дебре, - кстати, сам топоним "Дебря" и напоминает нам о том, что здесь некогда шумела непроходимая чаща. В конце концов, дабы не устраивать всякий раз торжественные походы со сворами собак, он переселил сюда псарей, одновременно построив для них деревянную Воскресенскую церковь. Скорее всего, впоследствии она не однажды приходила в ветхость, и её заново отстраивали. Разумеется, в дереве - до ХVIII столетия Кострома вообще оставалась городом по преимуществу деревянным, оттого и страдала часто от страшных пожаров. Постепенно посад, распространявшийся от Костромского кремля, добрался до Дебри - известно, что в начале ХVII века в этих местах жили кожевенники. По-прежнему стоял тут и православный храм. "Костромские переписные книги за 1628-1630 гг." донесли до нас следующие сведения: "На Нижней Дебре... церковь древяна, верх шатровой, Воскресенье Христово, да вверху придел Христовы мученицы Екатерины, да церковь другая с трапезою древяна клецки Косьмы и Демьяна, да придел Христова мученика Георгия страстотерпца, а в церквах образы и свечи и книги и ризы и на колокольнице колокола и всякое церковное строенье мирское приходных людей..."
Даты строительства каменной Воскресенской церкви на Дебре в разных источниках разнятся. Обычно пишут - "до 1652 года". За нижнюю границу временного интервала, когда мог возводиться храм Воскресения Христова, берётся 1630 год (из "Переписных книг"). Верхняя граница тоже берётся из дореволюционной описи церкви, в которой упоминается серебряный крест с надписью: "Лета 7153 (1645)... положен сей крест по рабе Божие Кирилле в дом боголепнаго Воскресения Христова". Таким образом, получается, что Воскресенская церковь на Дебре строилась между 1630 и 1645 годами. Названный в этой посвятительной надписи Кирилл Григорьевич Исаков сыграл ключевую роль в истории строительства храма. Он происходил из известного московского купеческого рода Морозовых; в документах 1627 года значится как член Гостиной сотни - привилегированного купеческого сословия; в 1632 году перебрался в Кострому, где завёл крупную торговлю кожами. Популярная легенда рассказывает, что однажды Исаков заказал в Англии несколько бочек краски, а получив их, был несказанно удивлён тем, что одна из этих бочек оказалась доверху наполнена золотом. Благочестивый купец решил не искушать судьбу и назначил золото на богоугодной дело - строительство каменного храма. До окончания работ Исаков не дожил - его похоронили в подклете новой церкви, ещё не освящённой. Посвящение храма осталось прежним (как и у его деревянных предшественников); кроме того, было устроено два придела: с севера - во имя святителя Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоуста; в диаконнике (южной части алтаря) - во имя великомученицы Екатерины. Посвящения приделов, очевидно, совершались во исполнение воли заказчика: отца Кирилла Исакова звали Григорием, а мать - Екатериной.
Новый храм был освящён в 1650-1652 годах, причём сначала - только Трёхсвятительский придел. На алтарной стороне его иконостаса сохранилась надпись: "Лета 7158 (1650) июня в 12 день освящена бысть сия церковь Трёх святителей... по душе Кирилла Исакова в вечную память". Спустя два года освятили и всю церковь, о чём извещает надпись в клейме на восточной стороне юго-западного столпа: "Создана бысть сия церковь во имя трехдневнаго Воскресения Господа Бога и Спаса Нашего Иисуса Христа в лето 7160 (1652)... радением всего чина веродержителей, Кирилла Григорьева сына Исакова и Воскресенских прихожан христолюбивых людей, а освящена бысть церковь сия 7160 года октября 12 дня".
Вскоре после освящения церкви Воскресения Христова, состоявшегося в 1652 году, её паперти были расписаны артелью под руководством замечательного мастера, "кормового иконописца большей статьи" Василия Ильина Запокровского, до того работавшего в Успенском соборе Московского Кремля, Рождественском соборе Саввино-Сторожевского монастыря и других знаменитых храмах. Кроме того, фресками покрыли своды и барабаны глав четверика. Остальные площади остались не расписанными; опись 1779 года указывает, что "четыре столпа и вся оная церковь подштукотурена внутри просто". Продолжению работ помешала эпидемия чумы 1654-1655 годов - возможно, самая страшная во всей истории России. Тогда от морового поветрия, согласно подсчётам исследователей, погибло около половины всего населения страны. Не пережил мор и Василий Запокровский. Лишь в 1670 году в Воскресенский храм вновь пришли художники - тогда артель знаменитого мастера Гурия Никитина расписала Трёхсвятительский придел.
В конце ХVII столетия фасады церкви украсили "травами" и так называемым "бриллиантовым рустом". У последнего термина есть два значения. Во-первых, так называется специальная огранка лицевой стороны фасадных камней в форме четырёхгранных пирамид; во вторых - имитация подобной "огранки": при этом стена расписывается прямоугольными шашками, которые делятся диагоналями на четыре треугольника, раскрашенных в разные цвета. Подобный приём часто применялся в тогдашней русской архитектуре. В случае Воскресенского храма имела место быть как раз имитация. Ныне "бриллиантовым рустом" покрыты только апсидные полукружия.
Прошло чуть менее века, и в 1740-е годы Воскресенской церкви потребовалась реконструкция. Первоначальное позакомарное покрытие храма заменили четырёхскатной кровлей (обычное дело для той эпохи); такой же кровлей скрыли пирамиду кокошников на Трёхсвятительском приделе. Растесали оконные проёмы основного четверика. Арки галерей заложили кирпичом, так как оказалось, что "открытые" галереи не вполне удобны: зимой их заносило снегом, летом заливало дождём, что добавляло сырости, которой и так хватало от Волги, текущей недалеко от храма. Живописные Святые ворота с тремя шатрами и двумя арками, "проездной" и "проходной", возводились одновременно с Воскресенской церковью, но до реконструкции 1740-х годов они оставались отдельным сооружением - теперь их соединили крытым переходом с западным крыльцом храма, включив, таким образом, в единый храмовый ансамбль. 1852 год запомнился прихожанам заменой главного иконостаса - правда, почти все иконы из прежнего иконостаса ХVII века были в него включены.
Новые масштабные работы в Воскресенском храме датируются 1870-ми годами. К юго-восточному углу церкви тогда пристроили помещение ризницы с полукруглым, напоминающим алтарные апсиды, завершением. В основном четверике работали иконописцы, о чём свидетельствует надпись на северной стороне юго-восточного столпа с перечислением имён трудившихся здесь мастеров. Интересно, что расписывали они храм по программе, созданной в ХVII веке. К сожалению, не обошлось и без "самодеятельности", в результате которой оказались записаны древние фрески в Трёхсвятительском приделе (эту позднейшую запись реставраторы удалили в 1960-е годы). Одновременно реставрировали оригинальный иконостас Трёхсвятительского придела. Особые торжества, развернувшиеся в Костроме в 1913 году, в дни празднования трёхсотлетия дома Романовых, не обошли стороной церковь Воскресения Христова на Дебре. Нужно сказать, что самодержцы и члены их семей нередко навещали Кострому, откуда Михаил Фёдорович Романов был призван на царство в 1913 году и которую они в некотором роде считали своей "колыбелью". Увы, до Дебри они не добирались, ограничиваясь кафедральным Успенским собором и Ипатьевским монастырём. Но в приезд Николая II в 1913 году всё было по-другому; 20 мая вместе с дочерями Ольгой, Татьяной, Марией и Анастасией он посетил Воскресенскую церковь и даже, будто бы, поднимался на колокольню соседнего Знаменского храма, чтобы полюбоваться оттуда волжскими видами.
«Лучшее, что есть в Костроме, наиболее стильный и сохранившийся из ее памятников — прелестная церковь Воскресения на Дебре … Очень простая по массам, ничем не отступающая от обычного типа храмов 17 века, церковь Воскресения производит на редкость нарядное и праздничное впечатление оригинальной отделкой входов, идущей вокруг церкви галереи, оконных наличников и самих стен. Очень хороши ведущие в церковь врата с кирпичной орнаментацией, увенчанные тремя шатрами; интересна оригинально скомбинированная из кубышек аркада галереи входа…Ни в чем не отступая от традиционных форм церковного строительства — разве только шатры над входами являются некоторым вольнодумством — мастер, работавший или, вероятнее, мастера, работавшие над церковью Воскресения на Дебре, сумели создать нечто своеобразно красивое и непохожее ни на одну из других костромских церквей…» — писал историк Евгений Александрович Белов (1826-1895) в книге «Культурные сокровища России. Выпуск 4. Казань — Нижний Новгород — Кострома», изданной в 1913 году.
После 1917 года в Костроме всё было как и везде в России - в 1920-е годы богоборцы неуклонно усиливали давление на Церковь. Изымались церковные ценности, закрывались храмы, священнослужители и наиболее ревностные прихожане подвергались репрессиям. Воскресенская церковь на Дебре продолжала действовать до самых 1930-х годов, после чего была закрыта. Закрыв её для богослужений, большевики устроили в ней зернохранилище (а в подклете, по некоторым сведениям, воинский склад). В 1946 году, на волне потепления отношений между властями и Церковью, Воскресенский храм вернули верующим. Первая встреча прихожан с храмом была печальной - в нём царила мерзость запустения: отсутствовали полы, стёкла в окнах, иконы в иконостасе... Но энтузиазма хватало, и довольно быстро в церкви навели порядок - 28 июля 1946 года епископ Костромской и Галичский Антоний (Кротевич) освятил храм. При этом была произведена некоторая реорганизация храмового пространства - Екатерининский придел переместили из дьяконника в южное крыло галереи, опоясывающей церковь. Увы, время относительного перемирия, заключённого государством с Церковью, продлилось недолго - при Н.С. Хрущёве начался откат, и открылись новые страшные гонения на верующих людей.
В конце 1950-х - начале 1960-х годов храм Воскресения Христова несколько раз порывались закрыть и более того, вовсе уничтожить. Идея такого вандализма исходила от жены первого секретаря Костромского обкома партии. Место, где находился храм, высшая партийная верхушка избрала для возведения своих коттеджей. Построенный с купеческим размахом особняк первого секретаря обкома был расположен рядом с храмом. Его супруга отличалась вздорным характером, амбициозностью и заносчивостью. Стремясь выделиться среди верхов, она подстрекала мужа к тому, чтобы снести с лица земли величественный древний храм, купола которого якобы мешали ей любоваться красотой Волги из окон выстроенного дома. С предложением о снесении храма она выступала и на собраниях. Но осуществить мечту ей не удалось. По Промыслу Божию, её муж внезапно заболел раком и вскоре отошёл в мир иной. После этого ревнительницу снесения храма переселили из её хором в скромную двухкомнатную квартиру на окраине города.
Великих усилий стоило епископу Костромскому и Галичскому Никодиму (Руснаку), назначенному на Костромскую кафедру в 1961 году, отстоять знаменитую церковь. В конце концов, он добился придания ей статуса соборного храма и в 1964 году перенёс в собор величайшую русскую святыню - чудотворную Феодоровскую икону Божией Матери. С того времени лучезарные кресты храма на Дебре больше никому не мешали. В 1960-1980-е годы в Воскресенском соборе работали реставраторы и искусствоведы, чьими стараниями оказались раскрыты древние фрески. Одновременно здесь накапливались многие реликвии, что позволило собору уже в новейшее время поделиться утварью и иконами со Свято-Даниловым монастырём в Москве и Богоявленско-Анастасииным монастырём в Костроме при их возобновлении. В 1991 году кафедральным собором Костромской епархии стал Богоявленско-Анастасиин храм, куда торжественно перенесли Феодоровскую икону Божией Матери. В 1993 году при Воскресенском храме на Дебре был образован Знаменский женский монастырь. В 1998 году начались работы по восстановлению колокольни Знаменской церкви, разрушенной до основания в тридцатых годах ХХ века. 26 сентября 2001 года воссозданная колокольня была освящена архиепископом Костромским и Галичским Александром.
Церковь Воскресения - великолепный памятник костромского посадского строительства сер. 17 в. характерного для Верхнего Поволжья типа. Пятиглавый кубический объем храма на подклете первоначально имел позакомарное покрытие. Пирамида мелких кокошников венчала Трехсвятительский придел, а окружающая храм с трех сторон галерея была с открытыми арками. Очевидно, в конце XVII в. фасады церкви были расписаны «бриллиантовым рустом» (бриллиантовый руст — покраска стен прямоугольными — либо квадратными —шашками, разделенными внутри по диагонали на четыре треугольника, раскрашенных в разные цвета, что создает впечатление объемности) и «травами», что сделало ее еще более живописной. Одновременно с храмом были сооружены миниатюрные трёхшатровые Святые ворота с арочными проходами. Первоначально это было самостоятельное здание, позже соединенное с галереей храма и его западным крыльцом. Ворота украшены белокаменными вставками с изображением льва, единорога, сирены, неясыти пустынной, двуглавого орла, имеющими символическое значение и связанными с праздником Воскресения. Так, лев олицетворяет грядущее Воскресение, является бдительным стражем святыни, а единорог символизирует чистоту и девственность.
Особой нарядностью выделяется фасадное убранство храма. Пучки из двух полуколонок членят стены на прясла - три на западной и восточной и четыре на боковых; профилированный карниз украшен поясом ширинок с "каплевидными" нишками. Окна заключены в наличники с полуколонками, имеющими белокаменные резные дыньки, и с килевидными или усложненными треугольными фронтонами (придел). Галереи и крыльца с двойными арками и висячими гирьками декорированы круглыми резными клеймами из белого камня с травным и звериным орнаментом. Мощные перспективные белокаменные порталы в семь уступов и колонок украшены также дыньками и орнаментальной растительной резьбой. Довершала праздничность облика церкви роспись стен "в бриллиантовый руст" и "травами", замененная в 1990-х гг. современной окраской.
Высокое и просторное помещение храма разделено четырьмя могучими квадратными столбами с перекинутыми между ними и стенами подпружными арками на девять частей. Подкупольный квадрат сильно сдвинут к востоку, так что поперечный неф алтаря оказался очень узким. Над средокрестием и угловыми частями поставлены барабаны глав с использованием дополнительных арок и парусов в центре и западных углах. Рукава креста и восточные угловые ячейки перекрыты коробовыми и крестовым (западный рукав) сводами. У галереи - коробовые своды с распалубками над арками, у крылец - крестовые. Придел перекрыт сомкнутым сводом, все апсиды - коробовыми с конхами. Сводчатыми являются и помещения подклета с усыпальницей под приделом, в которой в 1645 г. был погребен основной заказчик К.Г. Исаков. Церковь Воскресения на Дебре многое сохранила в художественном оформлении интерьеров: резьба по белому камню на порталах дверей, иконостасы, стенное письмо на галереях и в Трехсвятительском приделе XVII в.
Наиболее древним и цельным является интерьер Трехсвятительского придела. Он задумывался как ктиторская церковь и к его освещению в 1650 г. был установлен четырехъярусный иконостас: "царские врата и верх над ними обложен серебром с позолотою, справа икона Трех святителей, слева - Богоматери Семиезерской, деисус из семи икон, над ним восемь праздничных, и в завершение пророческих шесть с иконой Знамения в центре". Вероятно, тогда же придел успели расписать.
В 1-й трети 19 в. главный иконостас был заменен новым в стиле ампир. При этом в значительной части использованы иконы из иконостаса сер. 17 в. Заменены лишь несколько икон в местном ряду. Царские врата первоначального иконостаса были перемещены в Трехсвятительский придел и стали его достопримечательностью. А древний иконостас Трехсвятительского придела перенесен в Екатерининский придел, находившийся в дьяконнике алтаря. В 1875 г. иконостас Трёхсвятительского придела был "реставририрован" по проекту резчика Трубникова, потомственного мастера иконостасной резьбы из посада Большие Соли Костромского уезда.
В 1874-1876 гг. в храме велись живописные работы. В четверике на северной стороне юго-восточного столба сохранилась надпись: "Сия живопись писана 1874 годъ мастерами хозяина Софонова. Расписан сей храм усердием почетного гражданина купца Александром Васильичемъ Стоюнинымъ".
С 1960-х до кон. 1980-х гг. КСНРПМ проводилась комплексная реставрация икон, резьбы иконостасов и стенного письма бригадами художников (А.М. Малафеев, Е.В. Ильвес, Е.И. Марев, Г.Б. Губочкин, искусствоведы А.В. Кильдышев, Е.В. Кудряшов) и резчиков (во главе с Н.П. Шаровым). В 1990–1991 гг. фасады храмов были раскрашены вновь. В основу проведённых работ взят проект, подготовленный Костромской реставрационной мастерской. С горечью приходится заметить, что проект этот не выдерживает критики, ибо не соответствует ни одному из этапов истории здания. Более того, даёт о ней превратное представление.
Уникальным памятником костромской архитектуры сер. 17 в. являются Святые ворота ограды, также отличающиеся исключительной нарядностью. Находятся они с западной стороны церкви Воскресения, соединенные с ее соответствующим крыльцом в сер. 18 в. переходом. Это кирпичное сооружение с белокаменными деталями в виде двухпролетной арки с широким проездом и более узким проходом, поставленное вдоль улицы. Устои арки трактованы как низкие кубышки с гранеными основаниями; над пологой кровлей возвышаются три декоративных шатра с главками, водруженные на восьмерики. Фасады ворот поражают обилием кирпичного декора с полуколонками, ширинками, карнизами и валиками. Пояс каплевидных ширинок проходит под карнизом. Более крупные ширинки над устоями украшены белокаменными вставками в виде розеток, в резьбе которых преобладают изображения сказочно-мифических животных - единорога, борющегося со змеем льва, сирина, неясыти и пр. в окружении травного орнамента. Спустя столетие после сооружения храма начались его переделки. В сороковые годы XVIII в. были растесаны оконные проемы четверика, позакомарное покрытие заменено четырехскатным, заложены арки галереи, чтобы сохранить внутренние помещения от внешних наносов снега в зимнее время и от большой сырости осенью, скрыты скатной кровлей кокошники на Трёхсвятительском приделе. В 1871—1872 гг. к юго-восточному углу храма было пристроено помещение ризницы с полукруглым, как у алтаря, выступом. В это же время маслом была переписана и древняя роспись.
Стоящая с юга Знаменская церковь составляет с Воскресенской единый архитектурный ансамбль. Некогда оба храма окружала общая кованая ограда с фигурными столбами, сооруженная в 1878 г. Точная дата постройки Знаменской церкви неизвестна. Вероятно, возведена она была если не одновременно, то вскоре после Воскресенской в качестве зимнего храма, что во многом способствовало сохранению в первоначальном виде монументальных росписей, икон и памятников декоративно-прикладного искусства в интерьере летнего храма. С запада к Знаменской церкви примыкала многоярусная колокольня. Именовалась в то время церковь Георгиевской и имела два придела: в честь Космы и Дамиана в трапезной и Прокопия Устюжского под колокольней. Возникновение последнего придела связано, видимо, с профессиональной деятельностью заказчика — торговлей по Северному речному пути, в том числе и с Устюгом Великим, где и подвизался Христа ради юродивый Прокопий, бывший некогда, как и Кирилл Исаков, богатым купцом. С 1799 по 1802 гг. Георгиевская церковь капитально перестраивалась, после чего и была переосвящена в честь иконы Божией Матери Знамение. Приделы при этом были объединены и разместились в сооруженном вновь восьмерике храма, попасть в который можно было по открытому переходу над кровлей трапезной. Прообразом для подобного размещения придела послужил, видимо, Богоявленский собор в Костромском кремле.
Воскресенская церковь, древняя и намоленная, пользуется особой любовью у костромичей и гостей города. Одних влечет под ее своды интерес к истории и культуре, большинство же приходит сюда, чтобы приобщиться спасительным таинствам веры, и видит в исторических и художественных достопримечательностях храма древние святыни родного православия.
Стены и своды окружающей четверик галереи церкви Воскресения на Дебре расписаны масляной живописью в семидесятых годах XIX века, скрывшей первоначальную фресковую роспись. Слева от западного портала в киоте — изображение Софии премудрости Божией и большая композиция на сюжеты откровения Иоанна Богослова о победе Христа над адом, 1652 года. Справа в киоте — чтимый фресковый образ Спасителя того же времени. На южной паперти изображена картина сотворения мира и главные события из жизни первых людей, а на северной — Вселенские Соборы. Справа от южного портала за иконостасом в киоте — чтимый фресковый образ Богоматери «Знамение». Восточную часть галереи занимает Екатерининский придел, устроенный в 1946 году. Изначально придел располагался в дьяконнике главного алтаря за иконостасом. Здесь до сих пор находится древний образ святой великомученицы Екатерины, написанный, возможно, в конце XVI в. – начале XVII в. для раннего иконостаса деревянного храма.
Подлинной сокровищницей древнерусского церковного искусства является Трёхсвятительский придел с пятиярусным иконостасом XVII века и монументальными фресковыми росписями 1652 года, приписываемыми исследователями выдающемуся живописцу-костромичу Гурию Никитину и работавшим в его дружине художникам. Росписи здесь посвящены житию святителей и мученической кончине апостолов.
Царские врата, сень над ними и тябла иконостаса покрыты мелкой орнаментальной резьбой с полихромной раскраской, позолотой и серебрением. Тябло в подножье деисусного чина поддерживается квадратными столбиками, завершающимися резными кистями рук. В 1873 году иконостас был реставрирован большесольским резчиком Трубниковым. Особенность этого иконостаса — размещение над местным рядом редких иконных изображений: «Единородный Сыне» и «Проповедь апостолов» (XVII века). На традиционном месте — справа от царских врат — храмовый образ святителей Василия Великого, Григория Богослова, Иоанна Златоуста, середины XVII века.
Под сводами Воскресенской церкви со временем собралось немало произведений церковного искусства, в том числе и из закрываемых в годы гонений церквей. При открытии московского Свято-Данилова монастыря, а затем и костромского Богоявленско-Анастасииного часть икон и утвари была пожертвована в эти обители.
И – в заключение. Место, где стоит этот храм, а именно участок улицы Нижней Дебри, никогда не относился к центральной части Костромы. Скорее, это была городская окраина. Лишь близость к Волге – «главной магистрали России» – делала его приметным и посещаемым. Тихая улица, на которой стоит храм, брала начало у склона Кремля; другой её конец упирался в Чёрную речку, за которой по крутому берегу поднималась Татарская слобода, с мечетью и тенистым Татарским кладбищем.
Скромно-провинциальный облик улицы, её одно и двухэтажная застройка служили естественной средой Дебринского храма. Улица была неширокой, поэтому храм представал зрителю либо в сильном ракурсе, либо фронтально; с близкого расстояния хорошо воспринималась и монументальность целого, и изысканность деталей.
К великому сожалению, при устройстве нового, железобетонного моста через Волгу в начале 1970-х годов вся прибрежная полоса жилой застройки была здесь снесена, и древний храм оказался открытым для обозрения с дальних точек, на что он никогда не был рассчитан. Убийственным для древнего здания стало соседство с чудовищным мостом, к тому же железобетонная эстакада съезда с моста, дугою изгибающаяся перед западным фасадом храма, совершенно отгородила его от Волги, о чём вы можете убедиться сами, побывав в старинном городе Костроме...
А теперь полюбуйтесь храмом Воскресения Христова на Дебре, на фотографиях которые выполнили другие фотографы...
Понравилась статья? Спасибо, я старался! Ставьте, дорогие друзья, лайк и подписывайтесь на мой канал.
Надеюсь, дальше будет только интереснее! Отдельное спасибо, что дочитали до конца!