В Америке раздался вопрос, который можно считать ключевым для 21 века. И сейчас, конечно, когда все страны Запада кинулись ограничивать интернет, многие будут возмущаться, однако постановка проблемы полностью правомерна: можно ли считать, что соцсети вызывают патологическую зависимость, как алкоголь или другие «вещества»? Честно говоря, уже накоплено достаточно много исследований, которые об этом говорят. Более того! Исследования, в какой-то мере, и не очень требуются, потому что есть утечки из внутреннего обихода крупнейших IT-корпораций, которые говорят о том, что разработчики действительно изучали, как возникает зависимость у людей, и специально проектировали соцсети таким образом, чтобы эта зависимость возникала.
И вот теперь Соцсети хотят признать цифровым наркотиком. В США идет показательный судебный процесс: YouTube, TikTok и Instagram (признана экстремистской и запрещена в РФ) обвиняют в том, что они создают у пользователей зависимое поведение. И речь идет не только о нежной психике детей и подростков, а о ментальном здоровье вполне взрослых людей. Истец, 20-летняя женщина, утверждает, что механизмы цифровых платформ заставляли ее прокручивать ленту по 16 часов в день, что привело к депрессии и тревожности.
Руководство Instagram* обвинения отвергает: по мнению Адама Моссери, термин «зависимость» нельзя употреблять в отношении соцсетей, и он бы скорее назвал поведение истца «проблемным использованием», а не клинической формой аддикции. Ну, ничего другого от господина Моссери вряд ли можно было ожидать – хотя существует большое количество научных исследований, подтверждающих, что использование соцсетей вызывает выброс дофамина, а отказ от них приводит к серьезным эмоциональным нарушениям.
Собственно, мы пришли к очень конфликтной и противоречивой ситуации. С одной стороны – соцсети стали значительной частью того, что называется «свобода слова». А с другой – они объективно использовали для достижения своего успеха весьма спорные, чтобы не сказать – запретные методы. Собственно говоря, как раз сейчас и идёт речь о том, чтобы эти методы признать запретными, потому что хорошего там и правда мало! Всё то «эмоциональное выгорание», на которое так жалуются зумеры – это от бесконечного зависания в соцсетях. И прямая обязанность государства – вмешаться в ситуацию и навести там порядок. Однако государство при этом явно обвинят, что оно является заинтересованным лицом и думает не о благе людей, а об ограничении свободы слова. В этом и заключается конфликт на данный момент. Вот, что говорит депутат Госдумы Антон Горелкин:
«По-хорошему, нужно звать в суд и авторов этих научных исследований, и людей, которые непосредственно отвечали за разработку и настройку механизмов соцсетей: пусть расскажут, какие задачи перед ними ставились руководством. По обрывкам заявлений бывших сотрудников крупных цифровых платформ мы знаем, что метрика «удержание пользователей» была прописана в их KPI. А что это, если не целенаправленное формирование принудительной зависимости от продукта? И чем это, по большому счету, отличается от работы химиков, синтезирующих всё более эффективную формулу наркотического вещества?
Думаю, что российские соцсети относятся к своим пользователям более ответственно. К тому же, у нас существуют законодательные ограничители, которые не позволяют платформам манипулировать рекомендательными алгоритмами, а, напротив, требуют от них обеспечивать прозрачность для граждан и регулятора. А возможно, это одна из причин, по которой в отечественной судебной практике отсутствуют дела о зависимости от соцсетей».
Судебный процесс имеет все шансы для того, чтобы стать историческим и прецедентным. И следить за развитием ситуации в любом случае следует. России всё это тоже коснётся, мы никуда не уйдём от такой же точно проблемы. Поэтому, поучиться на чужих шишках явно стоит.