Мария Петровна, пожилая, 79‑летняя женщина, вышла на дорогу, чтобы поймать попутку и добраться до дома.
Она только что была в краевом управлении пенсионного фонда, приезжала туда с жалобой на отделение, которое находилось в её городе, но, правды, так и не добилась.
А теперь возвращалась домой, вздыхая и думая о том, что чиновники совсем обнаглели, прикрывают один другого и совсем не хотят работать по совести.
Мария Петровна брела вдоль дороги, и мимо пролетали машины, обдавая её клубами выхлопных газов.
Пожилая женщина часто останавливалась, чтобы отдышаться, прижимала к губам платочек и иногда делала несколько глотков воды из маленькой пластиковой бутылочки.
Вдруг рядом с ней остановилась большая машина, из которой вышел мужчина лет сорока.
— Бабуль, ты куда идёшь?
— Может быть, тебя подвезти? Дальше трасса оживлённая. Собьют— ты не заметишь.
— Ой, мил человек, спасибо тебе. Да только нам, наверное, не по пути.
Мария Петровна назвала город, в котором жила.
— Как раз‑таки по пути, — ответил незнакомец и уговорил бабушку сесть к нему в машину.
— Я тоже туда еду, — пояснил он, когда она, удобно устроившись на сиденье, повернулась к нему, чтобы поблагодарить за помощь.
По дороге они разговаривали. Андрей, так звали доброго незнакомца, ехал в город ,как она поняла, в командировку.
Женщина же рассказала ему, что приезжала жаловаться на пенсионный фонд.
— А что такое? — полюбопытствовал Андрей.
— Да обнаглели они у нас там совсем. Мой муж Сергей Николаевич, инвалид‑колясочник. Ему полагаются льготы, выплаты там всякие. Но чтобы их получить, требовались документы и его присутствие. Я ходила, пыталась объяснить, что Серёжа не может приехать. Мы живём далеко от организации. Добираться очень неудобно, тем более на коляске. Доверенность приносила, паспорт его, а всё без толку. Говорят, пусть сам приходит. Ну что ж, нашла я машину, заплатила, привезла мужа в пенсионный фонд. А там ступеньки‑то высокие, а пандусы такие, что ему подняться никак невозможно. Хорошо, добрые люди помогли, подняли его. Думаете, мы приехали и нас приняли? Да как бы не так. Оказалось, что специалист, который работает с нашим районом, в отпуске. А никто другой нас принимать не захотел. У мужа давление поднялось. Так прямо из фонда его в больницу и забрали. А Екатерина Дмитриевна, это главная наша, ещё и посмеялась над ним. Вам, говорит, помирать скоро, а вы всё халявных денег ищете.
— Прям так и сказала? — возмутился Андрей.
— Да, — вздохнула бабушка. — А какие же они халявные, если 40 лет учителем была? А мой Серёжка всю жизнь в пожарном работал. Там и травмы получил, которые к старости только обострились. Не от хорошей он жизни в инвалидное кресло‑то сел.
Мария Петровна надолго замолчала. Молчала, о чём‑то думая. Андрей наконец спросил:
— А почему домой‑то пешком шли?
— Так рейсовые автобусы плохо ходят. Я вот на последний не успела, а на такси денег нет.
— Спасибо тебе, Андрюша, за твою доброту.
— Да что вы, Мария Петровна, не за что. Вам спасибо, что всю жизнь трудились ради людей.
— Эх, Андрей, — снова вздохнула бабушка, — никто этого не оценит и не понимает. Пожалуй, вот только ты.
Через час Андрей подвёз Марию к самому дому, а до этого заехал в магазин и набрал целый пакет продуктов, которые передал своей случайной попутчице. Она смутилась и не хотела брать, но мужчина настоял. И Мария Петровна рассыпалась в благодарностях этому человеку.
— Когда‑то у меня был сынок, — сказала Мария, — такой же добрый, как ты, и глаза у него были, как у тебя, такие же зелёные. По отцовским стопам он пошёл — пожарным работал, на одном пожаре и сгорел. Да что уж, много лет уж прошло.
На прощание Андрей обнял пожилую женщину и пожелал ей всего самого хорошего. А ещё оставил телефон и сказал, что если вдруг ей что‑нибудь понадобится, пусть обязательно ему сообщит.
— Да что ты можешь сделать? — покачала головой Маша. Правду искать — только время тратить. Конечно, завтра я опять пойду в наш пенсионный фонд. Может быть, чего‑нибудь и добьюсь. А тебе спасибо большое. И пусть у тебя, Андрюша, всё будет хорошо.
Простившись с ней, Андрей уехал, но долго не мог забыть разговор со случайной попутчицей.
Пенсионный фонд, на который жаловалась Мария, и в самом деле был печально известен неподающим отношением к своим подопечным. Жалоб на него было много. Но Екатерина Дмитриевна, возглавлявшая учреждение, умела задобрить вышестоящие инстанции, а потому ей всё сходило с рук. Даже махинации с деньгами, которые принадлежали пенсионерам.
Было около десяти часов утра, когда Екатерина Дмитриевна на своей новенькой красной иномарке подъехала к ступенькам здания фонда. И тут же увидела старика, инвалида‑колясочника, который пытался подняться по пандусу, но не представлял, как это сделать. Тот оказался слишком крутым.
Екатерина Дмитриевна брезгливо посмотрела на вспотевшего, разлохмаченного старика и прошла было мимо. Но тот её окликнул.
— Милая, не могла бы ты мне помочь?
— А я вам что, нанималась? — грубо ответила она и нахмурилась. — Вы что сюда прётесь без помощников? Но есть же у вас дети, внуки! Вот пусть они вас и возят!
— Да нет у меня никого, — покачал головой старик. — Да и просить тоже не могу.
— А вы здесь работаете, значит, должны нам помогать.
— Конкретно вам я вообще ничего не должна, — усмехнулась женщина. — Я что, обязана надрываться, тянуть вас наверх? А вы мне потом больничный оплачивать будете?
— Ну так позовите кого‑нибудь, — возмутился старик. — Это ведь государственное учреждение, я не домой к вам пришёл. Я имею право на помощь.
— Ещё чего не хватало, чтоб вы ко мне домой приходили, — грубо рассмеялась Екатерина Дмитриевна. — И вообще, какие у вас тут права? О чём вы говорите? Права есть у тех, кто имеет много денег. А такие нищеброды, как вы, ни о каких правах рассуждать не должны.
Из пенсионного фонда вышли несколько человек, среди которых были и сотрудники. Быстро организовалась толпа, в которой были не только работники фонда, но и его посетители. Всем было интересно посмотреть на перепалку начальницы с разгневанным инвалидом.
— Я буду жаловаться! — воскликнул тот. — Я до мэра дойду!
— Да сколько влезет! — махнула рукой глава пенсионного фонда. — Мы с ним каждые выходные в одной компании отдыхаем. Делать ему больше нечего, как на тебя время тратить. На всякий сброд.
Поняв, что правды ему не добиться, старик обратился к людям, стоявшим на ступеньках:
— Ребят, ну хоть вы мне помогите.
Мужчины и женщины переглянулись, потом посмотрели на свою начальницу.
— Екатерина Дмитриевна… — начал один из них, но осёкся.
Та пожала плечами:
— Если вам нравится, то смотрите. Можете искать каждого встречного и поперечного? Пожалуйста. А вообще, на вашем месте я бы занялась своими прямыми обязанностями. Если не хотите вылететь с тёплого местечка, конечно.
Мужчины опустили головы и отправились на свои рабочие места. Следом за ними двинулись и остальные. Только молоденький охранник подошёл к старику и сказал:
— Давай, папаш, я тебя отнесу и посажу на скамейку. А потом подниму твою коляску. Сам‑то я, конечно, не очень крепкий. Не по силам мне будет поднять тебя вместе с ней.
— Спасибо тебе большое, дружище, я сам, — проговорил старик, а вдруг поднялся на ноги. А потом снял с себя парик, бороду и верхнюю одежду, под которой скрывался элегантный костюм.
Перед изумлённой толпой предстал мужчина лет сорока с разгневанными зелёными глазами. Екатерина Дмитриевна от изумления открыла рот, но потом с возмущением накинулась на незнакомца:
— Это что ещё за маскарад? Какое право вы имеете устраивать здесь такое представление?
— Право на это у меня действительно есть, — отрезал мужчина. — Позвольте всем вам представиться. Меня зовут Андрей Викторович. С сегодняшнего дня я занимаю пост мэра вашего города. Мой предшественник, ваш хороший знакомый, Екатерина Дмитриевна, освобождён от занимаемой должности, потому что не в состоянии обеспечить нормальный уровень жизни простых людей. Видимо, всё свободное время он привык тратить на отдых в вашем обществе. Но теперь этого не будет. Через полчаса в пенсионный фонд, которым вы, Екатерина Дмитриевна, руководите, приедет комиссия. Будут проверены все документы о качестве вашей работы, опрошены посетители. Хотя, насколько я понял, здесь работает только один человек. Вот этот молодой парень, охранник. Дай, парень, я пожму твою руку. Все остальные будут уволены. А лично вам, Екатерина Дмитриевна, будет очень трудно найти новое место работы. Это я вам лично обещаю. В городе, который доверили мне, таким руководителям, как вы, места нет. Ваш рабочий день начинается в 8 утра, а вы во сколько явились? И, кстати, жду ваших объяснений по поводу приёма пенсионеров и инвалидов — тех самых людей, о которых вы должны заботиться. Вы называете это пандусом? Сядьте в мою коляску и попробуйте подняться до двери.
Толпа зашумела. Только сейчас все поняли, что произошло и кто стоит перед ними. На пенсионный фонд посыпались бесконечные жалобы, и, слушая их, Андрей Викторович не сводил взгляд с Екатерины Дмитриевны. А та стояла с открытым ртом и то бледнела, то краснела.
Вдруг из толпы показалась невысокая, худенькая старушка и внимательно посмотрела в лицо нового мэра.
— Андрюша! — воскликнула она. — Я ничего не понимаю, ты же говорил, что едешь сюда по работе!
— Здравствуйте, Мария Петровна! Рад вас снова видеть! Я вас не обманул: на самом деле я назначен мэром в этот город. Только свою работу решил начать не с банкета и поздравлений, а со знакомства с простыми людьми. И ни в чём не обманул. Чуть об этом не пожалел. Так или иначе, я собираюсь проверить все административные точки города. Надеюсь, что это заставит всех работать так, как положено.
Тем временем Екатерина Дмитриевна пришла в себя и повернулась к новому мэру:
— Андрей Викторович, мне очень жаль, что так получилось. Но вы понимаете, это всего лишь недоразумение, и я уверена, что больше такого никогда не повторится. Надеюсь, вы войдёте в моё положение, и мы…
Но договорить она не успела. Возмущённая толпа заговорила на разные голоса:
— А ты входила в наше положение хотя бы раз? Только о себе и думала всегда! Всю свою родню на кресла посадила. Никто работать не хочет, а тебе всё равно!
Андрей Викторович поднял руку:
— Всё будет решено в короткие сроки, — пообещал он стоявшим перед ним людям. — А ещё я хочу добавить: мой кабинет всегда открыт для посетителей. Приходите, и мы на месте будем решать все проблемы. А теперь давайте вернёмся в зал, и я посмотрю, как тут всё устроено.
Андрей Викторович сдержал слово. По итогам масштабной проверки от занимаемой должности была освобождена вся верхушка Пенсионного фонда и несколько рядовых его сотрудников. Ещё через неделю рабочие приступили к установке современных наружных лифтов‑подъёмников для инвалидов‑колясочников и просто тех людей, кому трудно подниматься по высоким ступенькам, ведущим в здание Пенсионного фонда.
Посетители учреждения не могли нахвалиться на вежливых сотрудников, которые быстро решали все вопросы и разбирались с накопившимися проблемами.
А Мария Петровна впервые за долгое время добилась всего, что заслуживал её муж. Она и сама не верила в такую удачу. Вечерами они с Сергеем Николаевичем подолгу говорили о нечаянной встрече Марии с Андреем, которая так внезапно изменила их жизнь.
Другие пенсионеры тоже не могли нахвалиться на новое руководство Пенсионного фонда, назначенного самим мэром города.
***
Прошло два месяца. Как‑то Мария Петровна с утра пошла — раньше пришла на рынок, чтобы купить кое‑что из продуктов. Вдруг в рыбном ряду она услышала знакомый голос. Неопрятного вида продавщица кричала на покупателя, который обвинил её в том, что она продала ему несвежую рыбу да ещё и обсчитала по деньгам.
Из любопытства пожилая женщина подошла поближе и ахнула, прикрыв рот ладонью, а потом тихо засмеялась. За прилавком в грязном мокром фартуке стояла Екатерина Дмитриевна, бывшая руководитель Пенсионного фонда, и ругалась с недовольным покупателем, который пытался вернуть ей крупного сазана и требовал обратно свои деньги.
Екатерина Дмитриевна не сдавалась и продолжала оскорблять мужчину, но потом подняла голову и увидела стоявшую неподалёку смеющуюся бабушку. Она сразу узнала Марию, и тут же, швырнув рыбу с мутной водой, вынула деньги и бросила смятые купюры на прилавок, а потом отвернулась от всех, закипая от злости.
«Ещё не хватало, чтобы эта старая грымза позвонила мэру и пожаловалась на то, что я обсчитываю покупателей!»
А у Екатерины Дмитриевны и без того вся жизнь пошла под откос. Муж бросил, друзья и знакомые отвернулись, дети разъехались и совсем не вспоминали мать. Чтобы хоть как‑то выжить, ей пришлось согласиться на эту гадкую работу. Эх, ну почему ей так не повезло? А это всё завистники, чтобы им пусто было!»
Мария Петровна только покачала головой, глядя на бывшую чиновницу, и подумала, как иногда всё‑таки справедливо бывает жизнь. Жаль, что не всегда. Даже вот таких моментов хватает, чтобы показать людям, что правда на свете есть, и жизнь от этого становится светлее.
Улыбнувшись от этой мысли, Мария Петровна купила всё, что было нужно, и поспешила домой, где её ждал муж в новенькой инвалидной коляске, подаренной недавно мэром ему и другим пенсионерам, не имеющим возможности её приобрести.
«Всё‑таки Андрюша славный, — подумала Мария Петровна. — И все о нём так отзываются. Повезло с ним городу. Очень повезло».
Спасибо за лайки👍, за комментарии📝, буду рад подписки🤝