ЧАСТЬ 5
__________________________________________________________________________________________
Не рекомендуется лицам не достигшим восемнадцати лет!
Действие происходит в вымышленном городе.
__________________________________________________________________________________________
__________________________________________________________________________________________
__________________________________________________________________________________________
— Да как же это? — Ника смотрела на меня с недоумением.
Я машинально перебирал её волосы, почти не осознавая, что делаю. Алкоголь и тёплая, вкусная женщина рядом вызывали во мне совершенно ненужные эмоции и настроения.
— Что? — переспросил я, с трудом возвращаясь в реальность.
— Почему... — она запнулась, — такое вообще может происходить?
Я посмотрел на свою руку, зарытую в светлых прядях, и хотел было убрать её, но передумал. Слишком поздно.
— Я не знаю, — ответил я коротко. — Однажды мы пошли на обед втроём: я, Ирма и Денис, тестировщик. И кто-то вспомнил случай, который у нас был зимой. Одна девица из казначейства оставила своего годовалого ребёнка в парке поздно вечером. Убедилась, что никто не видит, вынула его из коляски, положила за дерево, чтобы не было видно с дорожки, присыпала снегом и ушла. Просто ушла. Ребёнку повезло: он проснулся, заплакал, и его услышали охранники, делавшие обход. И Денис тогда спросил: как бог, или боги, или кто там есть — как они вообще допускают такое? Ирма тогда сказала, что бог давно умер, или ушёл, разочаровавшись в людях... и теперь этот город стал богом. Он может наградить, может наказать... может всё, что угодно...
— Но ведь... зло творят люди... не боги, не город... — тихо сказала Ника, и в её голосе мне послышалось что-то странное. Сомнение?
Я усмехнулся. Её волосы скользили между моих пальцев, мягкие, густые, шелковистые.
— Конечно, люди, — согласился я. — Но зло, которое они в себе носят, никуда не исчезает даже после их смерти. Оно пропитывает всё вокруг: стены, дороги, заборы... город буквально излучает его... как радиацию... и заражает им даже самых лучших.
Ника перевернулась на бок, подложила под щёку мою руку, заглянула мне в глаза.
— Ты её любил?
Так всё и происходит. Если мужчина рассказывает женщине историю, в которой фигурирует другая женщина, рано или поздно возникает этот вопрос. Я задумался, скорее чтобы собраться с мыслями.
— Не знаю, — сказал я наконец. — Я вообще об этом не думал тогда. А потом было уже неважно. — Я пожал плечами. — Какая разница? Между нами ничего и не было, только тот поцелуй...
— Любовь коварна, — тихо сказала Ника и закрыла глаза. — Иногда она наступает раньше, чем ты это осознаёшь...
— Не думаю, что она мне была доступна. Вообще.
За окном сверкнуло, а через несколько секунд пространство заполнилось раскатами грома, от которых, казалось, вибрировало всё здание.
Ника вздрогнула, но глаз не открыла. Только сильнее прижалась щекой к моей руке.
— А мне? — спросила она почти неслышно.
Я промолчал.
__________________________________________________________________________________________
Всё, что произошло потом, я долгое время пытался спрятать от самого себя. Будто это случилось не со мной.
Я поехал к Ирме к десяти, как и договаривались. Решил прокатиться на автобусе, благо остановка была напротив моего дома, да и подъезжал он почти к её. Полуэкспресс, соединяющий мою северную окраину с её северо-восточной.
Уже стемнело, когда я вышел на остановку. Дождь закончился или сделал паузу — в мокром асфальте отражались фонари, фары машин и огни витрин. Я воткнул наушники, включил музыку. Не хотел ни о чём думать. Не знаю... было ли это предчувствие или просто паранойя, но... когда автобус подъехал, я зашёл в почти пустой салон, сел спереди у окна, и всю дорогу смотрел в окно... в голове было туманно и... пусто.
Она позвонила почти в половине десятого. Было слышно, как она быстро цокает каблуками.
— Я еду, — сказала она.
— Ты идёшь, — ответил я.
— Ну пока да, но скоро уже буду ехать, я почти на «Речной», через двадцать минут буду!
Голос был немного запыхавшийся, от быстрой ходьбы, но бодрый, даже, наверное, весёлый — словно она узнала что-то хорошее и ей не терпелось рассказать мне.
Я улыбнулся и откинулся на спинку сиденья. Двадцать минут. Всего двадцать минут — которые превратились в вечность.
__________________________________________________________________________________________
К её дому я подошёл без пятнадцати десять. Жилой комплекс, переделанный из старого завода — как его... «Стрела». Стоял двадцать лет заброшенным, потом один из застройщиков решил, что это прекрасная основа для жилья. Строили семь лет. Индустриальный стиль. Красный кирпич, серый, чёрный... даже деревья на территории максимально сохранили. И архитектуру новых зданий подогнали под старые. Казалось, что этим домам уже много лет.
Я сел на скамейку у подъезда и стал ждать. Она должна была появиться с минуты на минуту. «Речная» — станция надземки в пригороде. Буквально три коротких перегона.
Через пять минут её всё ещё не было. И через десять тоже.
Я достал телефон, набрал её номер. Вызов прошёл, но она не ответила.
Через пару минут набрал ещё. Та же история...
Не помню уже сколько раз я повторял вызов. И в какой-то момент мне ответили:
— Сержант Дёмин, транспортная полиция, говорите!
__________________________________________________________________________________________
Я сидел на скамейке... слышал в наушниках его голос, но ничего не отвечал. Не мог. Оцепенел. Даже двинуться не мог. Впал в какой-то ступор. Тело словно превратилось в гипсовую скульптуру... мне казалось, что если я попытаюсь встать, то просто расколюсь на мелкие куски. Но я не мог даже пытаться. Меня заклинило, как старый механизм, в который насыпали песка вместо масла.
__________________________________________________________________________________________
Минут через пятнадцать меня отпустило. Я поднялся и отправился к станции надземки. Шёл на автомате: шаг, ещё шаг, следующий... и опять...
Телефон несколько раз позвонил, но я не ответил.
Поезда в пригород шли с задержкой.
В обратную сторону движения не было.
Через десять минут подошёл поезд.
Три перегона...
Я вышел на «Речной», поезд ушёл, и мне пришлось собрать всю свою волю, чтобы повернуться в сторону противоположной платформы. Не доехав примерно четверти расстояния до её начала, стоял поезд. На платформе толпились зеваки, которых пытались оттеснить несколько полицейских...
Она лежала метрах в пяти перед поездом. Прямо на пути, между рельс. Тело накрыли чёрной плёнкой, прижатой по краям щебнем. Вокруг стояли три человека в гражданской одежде, один что-то отмечал в планшете. Поодаль застыли двое санитаров со складными носилками.
Плёнка была закреплена не везде. С одной стороны её угол шевелился от ветра. Когда ветер подул чуть сильнее, плёнка поднялась выше, и я увидел её сиреневые волосы, лежащие на тёмно-сером, почти чёрном щебне...
Я дождался следующего поезда, сел в него, не глядя на направление, и ехал, пока мне не надоело. Вышел в каком-то небольшом городке, часа через четыре... и проторчал в местной гостинице две недели. В номере, или в баре этой гостиницы... я там не нажирался — это у меня вошло в привычку много позже. Просто занимал дальний столик, в самом углу и сидел там весь вечер... с четверга по воскресенье на маленькой сцене в торце бара выступали музыканты. Иногда к ним присоединялась солистка, всегда в одном и том же бордовом платье, она пела тягучие, грустные песни...
__________________________________________________________________________________________
Странно, но даже сейчас я помню многие детали, лица, вкусы, запахи... мелодии. Но ничего не помню о своём состоянии тогда. Будто бы меня и не было вовсе. Будто я смотрю фильм... без сюжета, без смысла...
На десятый день моего пребывания там в кадре появился ещё один персонаж.
__________________________________________________________________________________________
__________________________________________________________________________________________
ПОТЕРЯНА ОПЯТЬ
Говорю, что мне никто не нужен, но это не так,
Почему я всегда выбираю страдание?
Неужели я карабкаюсь только для того, чтобы упасть,
Когда ты можешь превратить
мою единственную надежду в моё спасение?
Так почему же я бегу навстречу огню?
Потому что пути назад нет,
И это всё, что у меня есть.
Неужели, неужели я опять потерялась?
Я бы отдала всё, но никогда этого не сделаю.
Я закрою глаза,
Потому что мир снаружи рушится,
Ты знаешь, я умираю.
Я бы оставила эту жизнь, чтобы найти другую,
Если есть вселенная, хотя бы одна реальность,
Где я буду собой.
Теперь все мои ночные кошмары становятся явью,
И я видела дальше самой тёмной стороны Луны,
Я ходила в тенях, но как мне убежать,
От монстров в зеркале, когда я боюсь, что стала одним из них?
Так почему же я бегу навстречу огню?
Потому что пути назад нет,
И это всё, что у меня есть.
Неужели, неужели я опять потерялась?
Я бы отдала всё, но никогда этого не сделаю.
Я закрою глаза,
Потому что мир снаружи рушится,
Ты знаешь, что я умираю.
Я бы оставила эту жизнь, чтобы найти другую,
Если есть вселенная, хотя бы одна реальность,
Где я буду собой.
Где я буду собой,
Где я буду собой.
Неужели, неужели я опять сбилась с пути?
Есть ли путь назад?
Это всё, что у меня осталось?
Если я жива, но снова проиграла
Отдавая всё,
Тогда мне никогда не победить.
Оригинал: https://lyrsense.com/kings_elliot/lost_again_ke
Copyright: https://lyrsense.com ©
__________________________________________________________________________________________
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...
__________________________________________________________________________________________