Основной причиной отсутствия Иоанна Васильевича IV Грозного на памятнике "Тысячелетие России" в Великом Новгороде является его поход на Новгород в 1569 – 1570 годах, названный историками "Новгородский погром". В Рувики сказано:
Новгородский погром (разгром) — поход опричного войска на Новгород в 1569 — 1570 годах под личным руководством Ивана Грозного, сопровождавшийся массовыми убийствами. Жертвами погрома стали по разным оценкам до 15 тысяч человек. Кроме того, вследствие погрома в городе начали свирепствовать голод и болезни…
Основным русским историческим документом, описывающим Новгородский погром, официальные историки считают "Повесть о походе Царя Иоанна Васильевича в Новгород", которая была написана, как считают те же историки, через 10 – 20 лет после описанных событий и вставлена в Новгородские летописи. Существуют еще воспоминания иностранных "свидетелей".
Не буду пересказывать официальную версию Новгородского погрома, ее можно прочитать в Рувики (по ссылке) или в Википедии, рассмотрим показания "свидетелей" и нестыковки.
Волынец Петр или "Польская память"?
Летом 1569 года царь Иван IV Грозный принимает в Александровской слободе некоего "ходока", по другим сведениям "бродягу", из Великого Новгорода, который в архивах будет проходить как "волынец Петр". Таинственный гость сообщает царю, что новгородская знать во главе с местным архиепископом Пименом вступила в сговор с Литвой и тайно готовится присягнуть «литовскому королю Жигимонту» (Сигизмунду). Грамота с подписями архиепископа и других знатных новгородцев, хранится в новгородском Софийском соборе под образом Богородицы. Иван Грозный тайно отправляет в Новгород агентов, которые доставляют документ царю. Подпись архиепископа признается подлинной, и это становится отправной точкой для знаменитого похода Грозного на Великий Новгород.
Дипломат Джерио (венецианский дипломат, который прибыл в Москву вскоре после "разорения" Новгорода) писал, что царь разорил Новгород вследствие поимки гонца с письмом к польскому королю об измене. "Польская память", найденная в Новгороде, в глазах царя стала главной уликой против псковских и новгородских властей. Документы времени Ивана Грозного позволяют уточнить историю об этом. Согласно архивной описи 70-х годов XVI века, в царском архиве хранилась отписка "из Новагорода от дьяков Андрея Безсонова да от Кузьмы Румянцева о польской памяти". Дьяки А. Безносов и К. Румянцев возглавляли новгородскую приказную администрацию в 1568—1569 годах. Новгородские предания и летописи старались отвести от Новгорода подозрения в измене, отрицая наличие "Польской памяти" и утверждая, что "изменную" грамоту составил некий "бродяга Петр" с целью отомстить Новгороду за обиды. Большинство историков утверждают, что доносчик искусно подделал подписи на грамоте. Да так подделал, что при последующей "очной ставке" с документом большинство подписантов признали свои автографы.
Новгородская версия о "волынце Петре" кажется, мягко говоря, странной. "Волынец" - это выходец с Волыни, которая в 1569 году входила в состав Польши (Волынское воеводство). Откуда бродяга с Волыни мог знать подписи новгородской знати и архиепископа Пимена с такой точностью, что сумел их так искусно подделать, и как он сумел добиться аудиенции у царя?
В ходе проведенного следствия было выдвинуто обвинение, которое сводилось к тому, что заговорщики хотели
… Новгород и Псков отдати литовскому королю, а царя и великого князя Иоана Васильевича хотели злым умышленьем извести, а на государство посадити князя Володимера Ондреевича.
Здесь возникает еще один вопрос: почему царь, который, по версии официальных историков, был излишне подозрительным и скорым на расправу, медлил с "карательным" походом на Великий Новгород почти полгода, с лета до конца декабря? Возможно, что Иоанн Васильевич считал недостаточным полученных доказательств заговора, пока в сентябре 1569 года не умирает царица Мария Темрюковна (она была отравлена). Есть версия, что царица, тайком, пробовала блюда, приготовленные для царя, так ценой своей жизни она спасла Грозного. Обвинения пали на князя Владимира Старицкого, двоюродного брата царя, который за 50 рублей подкупил царского повара, чтобы он подсыпал яд в государеву пищу. Иван Васильевич заставил брата выпить яд, но перед этим князь Владимир рассказал о всех участниках заговора.
Все следы заговора вели в Великий Новгород, и царь с войском готов был двинуться туда, но мешала еще одна причина, о ней чуть позже.
Численность войска Ивана Грозного.
В "Повести о походе Царя Иоанна Васильевича в Новгород" говорится, что царь послал перед собой "изгоном" передовой полк "своих государевых людей, и воевод, и князей, и дворян, и детей боярских, и всяких воинских людей бесчисленное множество", который 2-го января 1570 года окружил город заставами. А 6-го января прибыл сам царь Иоанн Васильевич с царевичем Иваном Ивановичем, а с ним "многое бесчисленное множество полков, князей и бояр, и детей боярских и прочих воинских людей, да с ним, с государем, полторы тысячи стрельцов;".
Сколько же войска было у Ивана Грозного в походе на Великий Новгород? Здесь надо учитывать, что в то время была Ливонская война, пусть вялотекущая, но войска на западных рубежах надо было держать. Не спокойно было и на южных рубежах Московского государства, их тоже надо было охранять. Историки утверждают, что в "Новгородском погроме" участвовали в основном опричники.
А. А. Зимин (советский историк-археограф, исследователь русского средневековья) пишет, что опричное войско в Великом Новгороде составляло 15 000 человек, включая 1500 стрельцов. Но из документов той эпохи известно, что число опричников никогда не превышало 6 тысяч, из которых 1200 человек были придворные и "обслуживающий персонал" и 500 – царская гвардия (личная охрана царя).
А вот К. Ф. Валишевский пишет, что вслед за передовым отрядом "... 6 января прибыл сам Иван с сыном и 500 стрельцов".
Точного числа войска Ивана Грозного в Новгороде установить не удается, но явно его было много меньше 15 000 человек. Царь не собирался брать штурмом новгородские твердыни, он шел творить правосудие и верил, что народ не позволит заговорщикам затворить ворота.
Передовой отряд, начало "погрома".
2-го января 1570 года передовой отряд оцепил Новгород заставами. Как говорит "Повесть", была опечатана казна всех церквей, монастырей и частных домов "именитых людей". Были арестованы и поставлены "на правеж" игумены и монахи монастырей "числом их до пятисот старцев и больше" и священники всех церквей города. Их били с утра до вечера требуя по 20 рублей выкупа за каждого. "Гостей и приказных государевых людей, именитых" арестовали и раздали и по приставам приказав "держать их крепко во оковах железных", а дома и имения "запечатать" с женами и детьми и "твердо блюсти их, до государева приезду". 6-го января в Великий Новгород прибыл царь и остановился на Городище, "в двух верстах от посада".
Отвергнутое благословление, архиепископ Пимен.
8-го января, согласно "Повести", царь Иоанн Васильевич направился в Новгород к обедне в храм Святой Софии. На "Великом мосту" через Волхов его встречал архиепископ Пимен со всем новгородским духовенством и лучшие люди города. Как же так, ведь они все были арестованы и поставлены "на правеж"?
По обычаю, архиепископ хотел благословить царя, но Иван Грозный не принял благословление, отказался припасть к кресту, а вместо этого обвинил Пимена в измене:
Ты не пастырь, а волк и хищник, и губитель, и в руках у тебя не крест, а оружие, и ты, злочестивый, хочешь вместе со своими единомышленниками передать Великий Новгород польскому королю.
После этих слов царя, по логике, должен был последовать арест Пимена. Но согласно "Повести", происходит нечто странное: Иоанн Васильевич "повелел" архиепископу со всем священным собором идти в храм Святой Софии и служить литургию, а сам пошел следом.
После обедни архиепископ пригласил царя в свои палаты "хлеба ясти". Во время трапезы Иоанн Васильевич вторично обвиняет Пимена и
…тотчас повеле архиепископлю казну и весь двор его и келий пограбити, и бояр его и слуг переимати и за приставы отдати до своего государева указа, а самого владыку, ограбив, повеле за сторожа единаго отдати и крепко стречи, и давати ему из казны на всякой день по две деньги на корм.
То, как поступил Иван Грозный в отношении архиепископа Пимена, как-то не вяжется с образом царя, каким нам его описывает официальная история. "Скорый на расправу" царь не казнил одного из главных заговорщиков. Из Новгорода Пимена отвезли в Москву, где он находился до прибытия царя. На созванном церковном соборе он был лишен сана и сослан в Никольский Веневский монастырь под Тулой, где спустя год умер.
В Википедии и Рувики можно прочитать, что архиепископ был подвергнут унизительному обряду:
Его нарядили скоморохом, привязали к лошади, которую назвали его женой, в руки дали бубны с гуслями и отправили с напутствием влиться в ватагу скоморохов.
Иван Грозный во всех своих представлениях всегда действовал в контексте русской традиции. Однако обряда женитьбы на лошади и "проводов в скоморохи" в народном фольклоре мы не найдем. Зато похожие обряды есть в западноевропейской карнавальной традиции. Этот миф впервые появился в "воспоминаниях" немца Альберта Шлихтинга, который согласно его автобиографии, находился на службе в опричнине, а весной 1570 года "демобилизовался" и уехал в Речь Посполитую, где написал мемуары "Новости из Московии, сообщённые дворянином Альбертом Шлихтингом о жизни и тирании государя Иоанна". Самое любопытное, что имя Альберт Шлихтинг в русских документах того времени не упоминается.
О самом "Новгородском погроме" и показаниях "свидетелей" читайте в следующей статье.
__________________________________
Спасибо за внимание! Если Вам понравилась статья подписывайтесь на канал, читайте уже опубликованные и не пропускайте новые.