Посмотрите на этот фонарь. Две лампы на одной стойке, но судьбы у них разные. Одна горит ровно и ярко, отбрасывая тени на снег. Другая — погасла, замолчала, и тишину её бездействия постепенно поглотила метель. Слой за слоем, снег укутал её холодным саваном. Она не сломалась от порыва ветра — она просто... перестала светить. И мир быстро принял это как данность, заместив её бесполезность белой пеленой. Так часто бывает и с нами. Мы — эти лампы. Работа требует света, постоянного и предсказуемого. Ты должен гореть, чтобы тебя видели, ценили, отмечали твоё присутствие в общем потоке дел. Но внутри каждого из нас две сущности: та, что даёт свет, и та, что нуждается в темноте для отдыха. Выгорание — это не внезапная поломка. Это медленное остывание. Это когда ты ещё пытаешься светить, но уже нет ни тепла, ни радости в этом свечении. Ты продолжаешь работать, но твой свет становится тусклым, механическим. А мир вокруг безжалостен: если ты перестаёшь выдавать результаты, тебя быстро «забраковыв