Здорово, мужики! И наши прекрасные дачницы-труженицы, вам тоже мое почтение! Кто, как не вы, знает настоящую цену каждому выращенному на родной земле кустику, каждому вбитому в стену гвоздю. С вами снова я, Артем Кириллов, и это наш любимый канал «Дачный переполох».
Обычно мы тут с вами обсуждаем дела сугубо житейские, созидательные и хозяйственные. Как фундамент под новую пристройку залить, чтобы весной его не перекосило, как стропильную систему рассчитать, чтобы снег зимой не продавил, или какую теплицу выбрать, чтобы урожай радовал глаз до самых заморозков. Мы — люди простые, от земли. Нам чужого даром не надо, но и свое мы горбом зарабатываем, рук не покладая.
Я свой участок десять лет назад взял. Там же натуральное болото было, бурьян в мой рост, мусор от прежних хозяев и разруха полная! Я там каждый сантиметр на пузе прополз, осушал, корчевал пни, завозил правильный грунт тачками. Спину срывал не раз, мозоли кровавые натирал об черенки лопат. Зато теперь — загляденье. Я свой дом и двор довел до ума так, что соседи обзавидовались — всё сделано на совесть, для себя, для семьи, чтобы детям потом осталось крепкое родовое гнездо. Те самые «городские белоручки», которые поначалу надо мной посмеивались, попивая кофеек за своими хлипкими заборами из сетки-рабицы, теперь ходят ко мне за советами, когда у них то трубу прорвет, то крыльцо отвалится.
Но сегодня, братцы, у меня для вас не просто переполох. Сегодня у меня история, от которой у меня самого, взрослого мужика, который в жизни всякое видал, до сих пор по спине бегут неприятные, ледяные мурашки, а кулаки непроизвольно сжимаются от праведного гнева. История эта не про колорадского жука и не про фитофтору на помидорах. Она про то, что страшнее любого вредителя – про человеческую подлость, предательство и про то, как наша доверчивость и вера в «родную кровь» может выйти нам боком.
Это рассказ о том, как я чуть не потерял то, во что вложил десять лет своей жизни, здоровья и денег, из-за одной бумажки и одного хитрого проходимца. Садитесь поудобнее, наливайте чай покрепче, разговор будет долгим и, честно скажу, тяжелым.
Глава первая. Тетя Шура и мои «инвестиции»
Была у меня тетка, сестра матери — тетя Шура. Женщина она была одинокая, детей своих бог не дал, муж давно помер. И была у нее дача в старом СНТ, километрах в двадцати от моей. Участок хороший, шесть соток, но запущенный был страшно. Домик — одно название, щитовой, продуваемый всеми ветрами, крыша текла, забор на честном слове держался.
Лет пятнадцать назад тетя Шура начала сдавать. Возраст, болячки. Ей уже не под силу было самой там копаться. И вот, как-то на семейном застолье, она мне и говорит: «Артемушка, ты у нас мужик рукастый, хозяйственный. Кроме тебя у меня никого нет. Ты мне помогай на даче, присматривай за ней, в порядок приводи. А я ее на тебя отпишу. Все равно мне ее оставить некому».
Я, понятное дело, согласился. Родная тетка же, как не помочь? Да и перспектива расширить владения радовала. Я человек прямой, привык людям верить на слово, особенно родне.
И началось. Мужики, я на той даче пахал не меньше, чем на своей. Каждые выходные я мотался туда-сюда. Сначала забор новый поставил, из профлиста, на совесть, чтоб на века. Потом за дом взялся. Крышу перекрыл ондулином, утеплил стены, печку новую сложил — небольшую, но жаркую. Колодец пришлось чистить и углублять, потому что вода ушла. Проводку всю поменял, потому что старая искрила так, что страшно было свет включать.
Тетя Шура только радовалась, ходила, охала: «Ой, Артемка, какой ты молодец, как у тебя все спорится! Вот умру, будешь тут хозяином».
Я и деньги свои вкладывал. Стройматериалы нынче дороги, сами знаете. Я чеки, конечно, особо не собирал — зачем? Для себя же делаю, для тетки родной. Это ж не шабашка какая-то. Я туда душу вкладывал. Я там баньку небольшую срубил, три на четыре, но пар там был — закачаешься! Соседи обзавидовались, когда я ее первый раз затопил.
Десять лет я там горбатился. Тетя Шура старела, последние года три уже почти из города не выезжала, я сам за всем следил, урожай ей возил ящиками. Был уверен на сто процентов — это мое будущее.
Глава вторая. Явление «доброго» соседа
Года два назад появился у тети Шуры на даче новый сосед. Купил заброшенный участок рядом. Звали его Эдуард. Тип скользкий, глаз бегающий, язык подвешен хорошо. Из тех, кто работать не любит, а любит языком чесать и искать, где бы на халяву поживиться.
Поначалу он ко мне подкатывал: то инструмент попросит, то совета спросит. Я ему пару раз помог, но быстро понял, что это за фрукт, и стал держать дистанцию. А вот тетю Шуру он начал обхаживать конкретно.
Когда я на своей основной работе пропадал или на своем участке занят был, этот Эдик к ней заскакивал. То тортик привезет, то бутылочку наливки сладкой, то просто посидит, уши ей присядет, про жизнь свою тяжелую расскажет, про то, какой он одинокий и несчастный. Старики — они же доверчивые, им внимание нужно. А я, каюсь, в последнее время мало с ней просто так сидел, все дела, все стройка, все бегом-бегом.
Я замечал, что тетка как-то меняться стала. Стала мне выговаривать: «Вот, Артем, ты редко приезжаешь, совсем меня забыл. А вот Эдик, сосед, такой внимательный, такой заботливый...». Я отмахивался: «Тетя Шур, ну я же работаю, я же для вас стараюсь, вон крыльцо новое сделал». А она губы подожмет и молчит.
Я и подумать не мог, какую змею я на груди пригрел в лице этого Эдика.
Глава третья. Гром среди ясного неба
Полгода назад тети Шуры не стало. Тихо ушла, во сне. Похоронили мы ее, помянули. Я, конечно, горевал, родной человек все-таки. Но, с другой стороны, понимал — жизнь продолжается, надо в наследство вступать, хозяйство принимать.
Прихожу к нотариусу через положенный срок, заявление писать. Уверенный в себе, спокойный. Я же единственный наследник, других родственников нет.
Нотариус, женщина строгая, в очках, посмотрела в базу, потом на меня поверх очков, и говорит ледяным тоном:
— Гражданин Кириллов, а вы, собственно, на что претендуете?
— Как на что? — опешил я. — На дачу тети Шуры. Я племянник, единственный наследник.
— А вот и нет, — говорит она и достает из папки документ. — У Александры Ивановны имеется завещание. Составленное за три месяца до смерти.
У меня сердце упало куда-то в пятки.
— Какое завещание? На кого?
— Все свое имущество, включая земельный участок и садовый дом, гражданка такая-то завещала... — она сделала паузу, которая показалась мне вечностью, — ...гражданину Эдуарду Валентиновичу такому-то. Соседу ее.
Мужики, я думал, меня удар хватит прямо там, в кабинете нотариуса. Я стоял, хватал ртом воздух, и не мог поверить своим ушам.
Этот слизняк! Этот паразит! Он все-таки окрутил старуху! Пока я там горбатился, рук не покладая, пока я деньги свои вкладывал, он ей мозги пудрил своими тортиками и разговорами!
Я вылетел от нотариуса, сел в машину и минут двадцать просто тупо смотрел в одну точку. Меня трясло от ярости и от обиды. Десять лет! Десять лет жизни псу под хвост! И ладно бы просто земля, но ведь там каждый гвоздь моим потом полит! Там баня моя, которую я своими руками рубил! И теперь этот Эдик будет там париться и надо мной смеяться?
Глава четвертая. Война за справедливость
Я поехал на ту дачу. Эдик уже был там. Ходил по участку гоголем, осматривал владения. Увидел меня, ухмыльнулся своей мерзкой улыбочкой:
— Ну что, Артемка, обломилось тебе наследство? Говорил я тебе, надо было к тетке внимательнее быть, а не только молотком стучать. Теперь я тут хозяин. Так что давай, освобождай помещение, забирай свои манатки, если что твое тут есть, и вали.
Я думал, я его прямо там лопатой перетяну. Еле сдержался. Я человек законопослушный, в тюрьму из-за этой гниды не хочу.
— Ты, Эдик, рано радуешься, — сказал я ему тихо, но так, что у него ухмылка сползла. — Я это так не оставлю. Я докажу, что ты мошенник. Ты ее обманул, воспользовался ее состоянием.
Он только рассмеялся:
— Докажи! Завещание нотариально заверено. Все по закону. Тетка была в своем уме, сама подписала. Ничего ты не сделаешь.
Я уехал. Но сдаваться я не собирался. Я, мужики, упертый. Если я знаю, что правда на моей стороне, я землю рыть буду, но своего добьюсь.
Я нанял адвоката. Дорогого, зубастого, специалиста по таким вот наследственным делам. Мы начали копать.
Первое, что мы сделали — подняли медицинские карты тети Шуры. Оказалось, что в последний год у нее прогрессировала деменция. Она таблетки серьезные принимала, которые на голову влияют. Она могла забыть, что вчера было, путала имена.
Второе — мы нашли свидетелей. Других соседей по даче, которые видели, как этот Эдик ее спаивал своими наливками, как он ее возил куда-то в город тайком от меня. Нашли таксиста, который их возил к тому самому нотариусу, который завещание оформлял. Таксист рассказал, что бабушка была какая-то заторможенная, все переспрашивала, а Эдик ей подсказывал, что говорить.
Третье — я начал собирать доказательства своих вложений. Слава богу, я все-таки мужик хозяйственный, и кое-какие чеки на крупные покупки (металлочерепица, насосная станция, печной кирпич) у меня сохранились в старой коробке в гараже. Плюс — фотографии. Я любил фотографировать процесс стройки. Вот фундамент бани, вот я сруб ставлю, вот печку кладу. На всех фото — я, а не этот Эдик.
Мы подали в суд иск о признании завещания недействительным.
Глава пятая. Судный день
Суд длился полгода. Это был ад. Эдик нанял какого-то скользкого юриста, они пытались доказать, что тетка была в ясном уме, что она просто меня разлюбила, потому что я ей внимания не уделял, а Эдик был ей как сын родной.
Но против фактов не попрешь. Мой адвокат разнес их позицию в пух и прах.
Ключевым моментом стала посмертная судебно-психиатрическая экспертиза. Эксперты изучили медкарты, показания свидетелей и дали заключение: в момент подписания завещания Александра Ивановна не могла в полной мере осознавать свои действия и руководить ими из-за болезни и приема сильнодействующих препаратов.
Плюс мои чеки и фотографии. Судья — мужик серьезный, в возрасте, — когда увидел фотки, где я, весь в пыли и в мыле, баню рублю, и сравнил с холеными ручками Эдика, который в суде только и делал, что в телефоне ковырялся, — все понял.
Суд признал завещание недействительным. Я, как единственный наследник по закону, вступил в права.
Эдик сдулся моментально. На последнее заседание даже не пришел. Когда я приехал на дачу уже как законный хозяин, его и след простыл. Только напакостить успел напоследок — выкрутил все краны в доме и срезал провода с насоса. Мелочный, гнусный человечишко.
Заключение и житейская мудрость
Вот такая история, братцы. Дачу я отстоял. Справедливость восторжествовала. Но осадок остался такой, что до сих пор тошно.
Я ведь тетю Шуру любил. И мне горько, что под конец жизни ей так мозги запудрили, что она родного племянника на этого проходимца променяла. И обидно, что пришлось судиться, нервы трепать, деньги огромные адвокатам платить, чтобы доказать очевидное.
Какой я для себя вывод сделал? И вам, мужики и дамы, советую прислушаться.
Первое и самое главное: НЕ ВЕРЬТЕ СЛОВАМ! Ничьим. Даже самых близких людей. Сегодня они говорят одно, а завтра им на ухо присядет какой-нибудь Эдик, или болезнь голову затуманит, и все изменится.
Второе: ОФОРМЛЯЙТЕ ВСЕ СРАЗУ! Если вам обещают дачу, квартиру, машину в обмен на помощь и уход — настаивайте на том, чтобы это было оформлено юридически. Договор ренты, дарственная с правом пожизненного проживания — вариантов много. Если человек действительно хочет вам оставить имущество, он согласится. А если начинает юлить — «ой, да зачем, мы же родные люди, я же обещал» — значит, дело нечисто.
Третье: СОБИРАЙТЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА. Вкладываетесь в чужую (пока еще) недвижимость? Берите чеки, договоры подряда на свое имя. Фотографируйте процесс работ. Это не мелочность, это ваша страховка. В суде слова к делу не пришьешь, а бумажка — это сила.
Четвертое: БУДЬТЕ ВНИМАТЕЛЬНЫ К СТАРИКАМ. Не оставляйте их один на один с такими вот «добрыми соседями». Звоните чаще, приезжайте не только работать, но и просто поговорить. Мошенники — они ведь хорошие психологи, они бьют туда, где тонко — в одиночество.
Мне этот урок дорого обошелся. Но теперь я ученый. И на своем канале буду вам всю правду рассказывать, без прикрас.
А у вас, друзья, бывали такие ситуации? Сталкивались с наследственными спорами, с предательством родни, с такими вот «Эдиками»? Как выходили из положения? Расскажите в комментариях, ваш опыт может кому-то очень сильно помочь и уберечь от беды.
Давайте обсудим эту тему честно и открыто. Потому что справедливость — она одна на всех, и за нее надо бороться.