Часть шестая (финал). Лукашенко передо мной очень извинялся. Он очень боялся, что мы нанесём удары. Он сам говорил: ну давайте, наносите по заводу, потому что он не знал, что мы можем сделать. Я думаю, он понял, что нас не уничтожили в первые сутки, не уничтожили наш народ, не уничтожили нашу армию и не уничтожили меня лично. Когда он это понял, он начал искать возможность поговорить со мной. Он искал. Я не хотел. Я не сразу отреагировал. Я был зол на него. Очень зол. И разговор у нас был соответствующий. Белорусская пропаганда — это пропаганда. А у меня есть опыт этого разговора. И если когда-нибудь потребуется, думаю, этот разговор можно будет даже опубликовать. Очень прикольно разговаривать с белорусами. Думаю, белорусам так же прикольно разговаривать с украинцами. Мы говорим на разных языках, но всё понимаем. Я помню начало саммита в декабре 2019 года. Официальная часть: я говорил на украинском, Путин — на русском, Эммануэль — на французском. Всё было нормально. Но когда я гово
Зеленский настолько отчаялся, что записал большое обращение к белорусскому народу при помощи так называемой белоруской оппозиции
СегодняСегодня
2 мин