В футболе хватает игроков, которые говорят много — и при этом не говорят ничего. Хватает и тех, кто предпочитает молчать, и этим молчанием объясняют больше, чем любым интервью.
Максим Глушенков — из отдельной категории. Он всегда говорит ровно столько, чтобы потом три дня подряд в комментариях разбирали каждую фразу по слогам. И при этом умудряется не произнести ничего такого, за что можно было бы формально предъявить претензии.
Это тоже талант. Не совсем футбольный, но редкий и по-своему ценный.
Большое интервью получилось как сборник афоризмов человека, который, по собственным словам, никому ничего не обязан доказывать. Что ж, давайте разберёмся, действительно ли всё так просто — или за этой лёгкой, чуть беспечной интонацией скрывается более сложная история, чем сам герой готов показать.
Начнём с самого горячего: именно за это интервью одни его полюбят, а другие возненавидят.
На вопрос, у кого из бразильцев «Зенита» ему есть чему поучиться, Глушенков ответил почти с хирургической сухостью: ни у кого. У Вендела — пофигизм, у Барриоса — отбор. И, по сути, всё. Список закрыт.
Прав ли он? Отчасти — да. И в этом как раз самая неудобная часть истории.
Сухая статистика звучит убедительнее любых слов: в 47 матчах за «Зенит» — 21 гол и 12 результативных передач. По системе «гол плюс пас» он в числе лучших в команде — рядом с Мостовым и Соболевым. И это не Вендел его «тащит» — он сам делает разницу.
В нынешнем сезоне забил уже 10 мячей и отдал 7 ассистов в 21 игре. Для игрока с российским паспортом в РПЛ это уровень, который стабильно держит буквально один человек. Он сам.
Про опоздание Вендела Глушенков сказал фразу, которая при всей своей провокационности стала, пожалуй, самым точным описанием иерархии в профессиональном спорте:
«Если будешь всех возить рылом на поле, тебе никто слова не скажет — можешь месяц не приезжать».
Результат покрывает грехи — закон джунглей, действующий от Лиги чемпионов до любительского чемпионата Смоленской области. Кто будет «предъявлять» Венделу? Глушенков прав: заплатил, отыграл, забыли.
О новичках он высказался в привычном тоне — без восторгов и лишнего пиетета.
Про Джона Джона сказал коротко:
«Судить тяжело, проверим на искусственном поле в Калининграде в минус пять».
То есть никакие нарезки и громкие трансферные заголовки не имеют значения, пока человек не сыграл в типичном для РПЛ матче — где холод, ветер и жёсткий газон.
С Дюраном вышло ещё ироничнее. Сначала пришлось уточнять, о ком вообще речь. Глушенков, как оказалось, быстрее вспомнил Кевина Дюранта из НБА. А про футбольного Дюрана — сухо и без эмоций:
«Нормально, человек деньги заработал».
Можно, конечно, обидеться на такую подачу. Но если по-честному — а чем ещё измерять игрока, которого ты толком не видел в деле? Громкими эпитетами из пресс-релиза? Нарезками лучших моментов?
Глушенков в этом смысле не притворяется. И именно это делает его одновременно удобным для журналистов и раздражающим для части публики. Он не будет произносить обязательное «фантастический игрок, рады приветствовать в нашем клубе» — ту самую фразу, которая звучит так, будто её выдали вместе с клубной экипировкой.
Он скажет проще:
«Посмотрим на искусственном поле при минусовой температуре».
И в этой формуле куда больше правды, чем в любом дежурном комплименте. Потому что АПЛ — это одно, а РПЛ в феврале, условно в Оренбурге, — совсем другое. И в футбольном мире это понимают все, просто не все готовы произносить вслух.
Движемся дальше. Глушенков с завидным упорством повторяет одну и ту же мысль: мне нечего доказывать, все и так знают, что я за игрок, игра пошла сама.
С одной стороны — спорить трудно. Цифры действительно говорят за него. С другой — человек, которому правда нечего доказывать, обычно не возвращается к этой теме по несколько раз за одно интервью.
Это простой психологический парадокс: чем чаще звучит «мне всё равно», тем очевиднее, что на самом деле не всё равно. История с не полученным званием лучшего игрока матча после 1+1 с «Краснодаром» и демонстративный отказ от интервью — вовсе не жест абсолютного спокойствия.
Просто Глушенков умеет прятать эмоции. Он не выносит обиду на поверхность, не драматизирует, не играет в трагедию. Он упаковывает её в иронию, в колкие формулировки, в холодную уверенность. И это, надо признать, работает куда эффективнее, чем любые публичные страдания перед камерой.
Глушенков раздражает часть аудитории именно потому, что отказывается играть по правилам публичного образа российского футболиста: скромного, командного, уважающего всех бразильцев без исключения, благодарного за любой матч. Он существует в собственной системе координат, где результат важнее репутации. И знаете что? В конце концов, пляж с пивом без ограничений, как выразился сам футболист, — это честная цель. Главное, чтобы к тому моменту был ещё и золотой значок чемпиона на груди. Иначе, при всей философской невозмутимости, гештальт так и останется незакрытым.
Глушенков: «Мне нечего почерпнуть у бразильцев, пусть они у меня почерпнут»
Глушенков - о Дуране: «Он деньги уже заработал»
Арман Тигранянц
➜ Подпишись на телеграм Евро-Футбол
Читайте далее на сайте