Мы привыкли представлять учёных сгорбленными над микроскопами или исписанными формулами досками. Пыльная лаборатория, горы книг и полное отсутствие личной жизни. Но что, если вы узнаете, что отец квантовой физики едва не стал отличным футболистом, а создатель первого компьютера был марафонцем? Что, если автор теории относительности мог бы дать концерт в Карнеги-холле, а создатель атомной бомбы виртуозно играл на барабанах?
История хранит имена не просто талантливых исследователей, а настоящих универсалов. Их страсть к жизни не умещалась в рамки лабораторий. Специально для канала Multistars.ru — пятнадцать великих учёных, чьи увлечения затмили бы достижения многих профессионалов.
1. Нильс Бор: Не сборная, но штанга помнит его руки
Долгие годы гулял миф, что великий физик играл за сборную Дании по футболу и взял серебро Олимпиады. Это красивая легенда: на самом деле за сборную выступал его брат Харальд, с которым они были похожи . Но сам Нильс действительно был вратарём и защищал ворота университетской команды «Академиск». Историки подтверждают забавный случай: однажды Бор пропустил гол с дальней дистанции, потому что... решал математическую задачу, прислонившись к штанге. Физик в нём побеждал футболиста в самые ответственные моменты!
2. Дмитрий Менделеев: Чемоданных дел мастер
Автор таблицы химических элементов обладал поистине золотыми руками. В молодости, когда с деньгами было туго, Менделеев освоил переплётное и картонажное дело. Он собственноручно делал папки для бумаг, переплёты для книг и даже смастерил удивительно прочную скамейку из картона, которая сохранилась до наших дней.
Позже благодарные современники немного приукрасили реальность, создав легенду о том, что великий химик торговал чемоданами собственного производства в Гостином дворе. На самом деле слухи родились из воспоминаний его коллеги: однажды в мастерской, покупая материалы для поделок, Менделеев случайно услышал за спиной вопрос продавца: «Кто этот почтенный господин?» И получил неожиданный ответ: «Как, вы не знаете? Это же знаменитый чемоданных дел мастер!»
Учёный лишь улыбнулся: ему было приятно, что его ценят не только как академика, но и как простого умельца. А главным секретом его изделий был собственноручно изобретённый клей, рецепт которого Дмитрий Иванович так и не раскрыл.
3. Александр Бородин: Химик, написавший «Князя Игоря»
Профессор Медико-хирургической академии, ученик прославленного Зинина, Александр Бородин сделал несколько важных открытий в органической химии (есть даже «реакция Бородина»). Но в историю он вошёл как композитор, член «Могучей кучки», автор оперы «Князь Игорь», которую писал 19 лет в перерывах между лекциями и опытами.
Вот только сами современники видели в этом не гармонию, а трагедию раздвоения. Сначала профессор Зинин, возлагавший на студента большие надежды, строго предупреждал: «Господин Бородин, поменьше занимайтесь романсами; на вас я возлагаю все свои надежды, чтобы приготовить заместителя своего, а вы думаете о музыке и двух зайцах».
А после смерти Бородина Дмитрий Иванович Менделеев вынес суровый вердикт: «Бородин стал бы еще выше по химии, принес бы еще больше пользы науке, если бы музыка не отвлекала его слишком много от химии».
Учёные до сих пор спорят. Историк науки Майкл Гордин подсчитал: в научных биографиях Бородина, изданных по всему миру, его называют (по убыванию) «композитором», «химиком», «педагогом», «врачом» и просто «ученым и человеком».
В музыке всё ясно — одна из звезд первой величины. А вот в химии его статус до сих пор пытаются сравнить с Менделеевым, Бутлеровым, Марковниковым.
Но, пожалуй, самую точную характеристику дал профессор Джордж Кауфман из Американского химического общества. Он назвал это «очевидным конфликтом между наукой и искусством».
Бородин не был «химиком, который пописывал романсы». Он был полем битвы двух гениев внутри одного человека. И эта битва подарила миру и научные открытия, и бессмертную музыку.
4. Альберт Эйнштейн: скрипач, бунтарь и философ паруса не признававший носков.
Автор теории относительности не мыслил жизни без музыки. Мать-пианистка посадила его за скрипку в 5 лет — сначала мальчика это раздражало. Но в 13 лет он открыл для себя Моцарта и полюбил навсегда.
Эйнштейн никогда не стремился к карьере музыканта, но играл виртуозно. В Принстоне каждый вечер среды был «с религиозным благоговением» посвящён камеральной музыке. Учёный не путешествовал без скрипки по имени «Лина» и верил: музыка помогает «услышать» решение сложных задач. Легенда гласит, что идеи теории относительности рождались у него именно со смычком в руке. Правда это или нет, но однажды подаренная им скрипка сыну дворника ушла с аукциона Bonhams в 2018 году за внушительную сумму.
Эйнштейн терпеть не мог носки. Объяснение было бытовым: «Когда я был молод, обнаружил, что из-за большого пальца всегда появляются дырки. Так что я перестал их носить». Если под рукой не оказывалось сандалий, он спокойно надевал обувь жены Эльзы. Исследований о пользе хождения без носков не проводилось, но установлено: любители повседневного стиля показывают более низкие результаты в тестах на абстрактное мышление. Хотите мыслить как Эйнштейн — попробуйте его привычки на себе.
Долгие годы учёный не чистил зубы, считая, что щетина «способна просверлить даже алмаз» (переубедила только первая жена Милева).
А ещё он обожал парусный спорт и часами ходил под парусом в полном одиночестве — возможно, именно там, между ветром и водой, к нему и приходили те самые мысли, изменившие мир.
Кстати, существует легенда, что Эйнштейн придумал задачу для проверки логического мышления. Условие: пять домов, пять национальностей, напитки, сигареты и животные. Вопрос: кто пьёт воду и у кого зебра? Решать нужно в уме, без бумаги. Говорят, 98% людей не справляются. Попробуете? Ответ пишите в комментарии
5. Алан Тьюринг: Марафонец, взломавший «Энигму»
Отец информатики и искусственного интеллекта был не только гением математики, но и элитным бегуном. Его личный рекорд в марафоне — 2 часа 46 минут 3 секунды. Это всего на 11 минут хуже олимпийского рекорда 1948 года!
Тьюринг начал серьёзно бегать уже после 30 лет и чуть не прошёл отбор в сборную Великобритании на Олимпийские игры. В архивах сохранилось фото 1946 года, где он участвует в забеге. Помешала только травма.
Для него бег не был простым хобби. Когда Тьюринг работал над взломом шифров «Энигмы», он понял: лучший способ справиться со сложнейшей криптографической задачей — это изнеможение от марафонской дистанции. На тренировки учёный брал карандаш и блокнот. Озарение приходило к нему вместе с усталостью.
«Я не знаю лучшего метода, чтобы решить сложную задачу», — признавался он. Бег помогал ему переключаться, снимать стресс и находить решения, которые в тиши кабинетов не давались.
6. Лев Ландау: Теоретик счастья и борец с занудами
Нобелевский лауреат Лев Ландау (для друзей — просто Дау) был не просто гением физики, а настоящим человеком-праздником. Студенты обожали его за острый язык, смелость и готовность помочь. Кстати, прозвище Дау он получил еще в студенческие годы и оно ему очень нравилось. «L'ane по-французски значит осёл, то есть фамилия Ландау означает «осел Дау», — говорил он.
Учёным всего мира он будет известен именно как Дау. Так он представлялся при знакомстве и так его звали ученики.
Ландау подошёл к жизни с математической скрупулёзностью. Он вывел формулу счастья из трёх параметров: работа, любовь, общение. Придумал знаменитую «логарифмическую шкалу» для оценки женской красоты.
А к хобби можно отнести коллекционирование марок и раскладывание пасьянсов.
Но главным его раздражителем были зануды. Ландау создал целую классификацию: гнусы (скандалисты), моралинники (те, кто выделяет продукт морали — моралин), постники (вечно недовольные) и обидчивые. Истребление зануд он считал долгом каждого порядочного человека.
«Если зануда не разъярён — это позор для окружающих», — учил великий физик.
7. Ричард Фейнман: Барабанщик, взломщик и лингвист-самоучка
Нобелевский лауреат по физике (квантовая электродинамика) Ричард Филлипс Фейнман был настоящим человеком-оркестром. В свободное от науки время Фейнман играл на афро-кубинских барабанах бонго и фригидейре (металлическая сковорода), участвовал в бразильских карнавалах и даже брал уроки рисования — его работы неплохо продавались.
Но самые яркие приключения ждали его в Лос-Аламосе во время работы над атомной бомбой. Там Фейнман развлекался тем, что вскрывал сейфы коллег. Он подслушивал разговоры, рылся в мусорках в поисках записок с кодами и угадывал «ленивые» комбинации вроде 23-45-67 или дней рождения. Делал он это не ради шпионажа, а из чистого спортивного интереса — чтобы доказать, что система безопасности никуда не годится.
Когда военные обнаружили, что кто-то регулярно вскрывает секретные сейфы, они сначала впали в панику, думая, что завёлся шпион. Потом узнали, что это Фейнман, и… официально запретили ему подходить к сейфам.
В 44 года (1962-й) после споров с художником Джерри Зортианом о природе искусства Фейнман решил: а почему бы нет? Он поступил на заочный курс Международной художественной школы и освоил карандаш, пастель, акварель и масло.
Сам учёный не считал, что обладает способностями к рисованию. Но через рисунок он пытался выразить то чувство восхищения, которое испытывал перед научными открытиями. Он создавал портреты коллег-физиков, своих детей и делал наброски обнажённых моделей.
Рисовал Фейнман до конца жизни. А через 7 лет после его смерти дочь Мишель издала книгу-альбом рисунков и набросков, обнаруженных в офисе отца. Оказалось, гений квантовой физики оставил после себя не только формулы, но и целую галерею образов.
А ещё он настолько серьёзно увлёкся расшифровкой языка майя, что его исследования чуть не приняли за труды профессионального лингвиста. Обо всех своих приключениях учёный с юмором рассказал в автобиографической книге «Вы, конечно, шутите, мистер Фейнман!».
8. Исаак Ньютон: Охотник за философским камнем и предсказатель конца света
Тот, кто открыл закон всемирного тяготения и подарил миру дифференциальное исчисление, на самом деле посвятил науке лишь малую часть своей жизни. Из 10 миллионов слов, оставленных Ньютоном, физике и математике отведено меньшинство. Остальное — алхимия и теология.
Около 30 лет Ньютон тайно занимался алхимией. Объём его алхимических рукописей — 1 200 000 слов. Он вёл лабораторные журналы на собственном тайном языке, изучал труды алхимиков и мечтал о трансмутации металлов и философском камне. При жизни об этом никто не знал — рукописи обнаружили только в 1936 году.
Но главной тайной гения была теология. Ньютон написал больше работ о библейских пророчествах, чем о физике. Он был глубоко религиозен (хоть и отрицал Троицу) и с математической холодностью вычислял дату Апокалипсиса.
Среди его бумаг нашли зловещее послание с расчётами. Вердикт Ньютона: 2060 год станет не концом мира, а концом нынешней эпохи. По его версии, именно тогда произойдёт Армагеддон, падут коррумпированные церкви, а Христос установит на Земле тысячелетнее Царство Божье.
Одним из признаков приближения конца Ньютон считал возвращение евреев в Израиль и восстановление Храма. Государство Израиль создано в 1948-м. Ждём 2060-й.
9. Михаил Ломоносов: Мозаика как точная наука
Когда речь заходит о гениях-универсалах, Михаила Ломоносова часто сравнивают с титанами Возрождения. Первый русский академик, заложивший основы современного литературного языка, был одновременно физиком, химиком, астрономом и поэтом. Но мало кто знает, что его страсть к красоте и точности слилась воедино в уникальном хобби — возрождении утраченного искусства мозаики.
В середине XVIII века секреты изготовления смальты в России были забыты. Ломоносова это не просто огорчало как ценителя прекрасного — это задевало его как ученого. Он взялся за дело с методичностью естествоиспытателя: получив разрешение на строительство лаборатории, академик провел около трех тысяч опытов, исследуя свойства стекла. Добавляя оксиды металлов, он создал рецептуру смальты невиданной плотности и богатейшей цветовой гаммы.
Для воплощения своей идеи Ломоносов построил целую «фабрику делания цветных стёкол» в Усть-Рудице. Так наука шагнула в искусство: под его руководством из шлифованных кусочков стекла на медной основе рождались монументальные полотна, включая знаменитую «Полтавскую баталию». Из сорока созданных мастерской мозаик двадцать три сохранились до наших дней, напоминая нам, что для настоящего ученого нет границ между формулой и шедевром.
10. Андрей Гейм: Профессор, который любил летающих лягушек
Если для Ломоносова хобби было способом соединить химию с высоким искусством, то для нобелевского лауреата сэра Андрея Гейма главное увлечение — это соединение физики с чистой, искренней игрой. Он называет это «научным хулиганством» и «экспериментами ради любопытства», и именно эта страсть к неожиданному дважды сделала его знаменитым на весь мир.
В 2000 году Гейм решил проверить, что будет, если поместить живое существо в сверхсильное магнитное поле. Коллеги отнеслись к идее скептически, но ученого это не остановило. Взяв обычную лягушку, он добился невозможного: земноводное, оказавшись между полюсами магнита, потеряло вес и начало парить в воздухе. Лягушка осталась цела и вскоре запрыгала как ни в чем не бывало, а физик опубликовал статью под названием «О летающих лягушках и левитронах».
Это открытие, «которое сначала заставляет смеяться, а потом — задуматься», принесло Гейму Шнобелевскую премию. Пока коллеги отговаривали его от получения сомнительной награды, ученый с удовольствием принял приглашение. «У меня все хорошо с чувством юмора», — пояснял он позже.
Но именно эта бесшабашная страсть к экспериментам «просто так» привела к настоящему прорыву. Четыре года спустя Гейм вместе с Константином Новоселовым взял кусочек графита и обычный канцелярский скотч. Они начали слой за слоем отшелушивать углерод, пока не получили пленку толщиной в один атом. Так на свет появился графен — материал, который оказался в 200 раз прочнее стали и открыл эру новых технологий. За это увлечение «клейкой лентой» в 2010 году ученый получил уже настоящую Нобелевскую премию.
11. Эрвин Шрёдингер: Смотритель параллельных вселенных
Если Ломоносов искал гармонию в стекле, Менделеев — порядок в чемоданах, а Гейм — веселье в магнитных полях, то создатель знаменитого кота всю жизнь пытался примирить физику с философией и поэзией. Эрвин Шрёдингер не просто придумал парадокс, который столетие будоражит умы, — он коллекционировал языки, культуры и смыслы.
Нобелевский лауреат владел шестью языками, включая древнегреческий и санскрит. Он читал древнеиндийские Веды в подлинниках и всерьез увлекался идеей соединить западную науку с восточной философией. В паузах между квантовыми уравнениями Шрёдингер писал стихи (в 1949 году вышел его поэтический сборник), переводил классиков и даже пробовал себя в скульптуре. Его коллеги удивлялись: как можно совмещать строгую физику с метафизическими размышлениями о единстве мира?
Но наибольшую известность и популярность из идей ученого получила, конечно, та самая, с котом. В 1935 году Шрёдингер придумал эксперимент, который никто не проводил в реальности, — просто чтобы на пальцах (и на кошачьих лапах) объяснить коллегам абсурдность квантовой механики. Он предложил посадить кота в ящик с радиоактивным атомом и ампулой яда. Пока ящик закрыт, атом и распался, и нет — а значит, кот одновременно жив и мертв.
Сам Шрёдингер считал этот парадокс скорее шуткой, демонстрирующей, что квантовые законы не стоит переносить на макромир. Но образ оказался сильнее автора: «кот Шрёдингера» шагнул из физики в массовую культуру, став символом неопределенности и множественности реальностей. И кто знает — возможно, в одной из параллельных вселенных, предсказанных многомировой интерпретацией, сам Шрёдингер сидит в венском кафе, поправляет галстук-бабочку и дописывает очередное стихотворение о том, как философия Древней Индии помогает понять природу волновой функции.
12. Мария Кюри: ученый за рулем — как радиация помогла фронту.
Дважды нобелевский лауреат, первооткрывательница радия и полония, Мария Кюри могла бы провести жизнь в тиши лаборатории. Но когда грянула Первая мировая, она сменила пробирки на гаечный ключ и отправилась на фронт. В свободное от изучения радиоактивности время мадам Кюри стала… водителем автомобиля и автомехаником по необходимости.
Понимая, что раненым нужна быстрая диагностика, она разработала мобильные рентген-установки — знаменитые «маленькие Кюри». Но для работы на передовой нужен был водитель. Не найдя подходящего кандидата, 47-летняя ученая просто села за руль сама — одной из первых женщин в мире получив водительские права. Она не просто водила грузовики с аппаратурой, но и собственноручно ремонтировала моторы, возясь с карбюраторами наравне с фронтовыми механиками.
Впрочем, технический склад ума сочетался в ней с жаждой свободы. Мария обожала долгие велосипедные прогулки, носила брюки, когда общество требовало платьев, и коротко стриглась, вызывая шок у благовоспитанных дам. В любой экспедиции ее неизменно сопровождал маленький талисман — ампула с радием, которая светилась в темноте и медленно, но верно делала радиоактивными все личные вещи исследовательницы. Сегодня ее записные книжки до сих пор хранят в свинцовых коробках — напоминание о том, что даже самая опасная страсть способна спасать жизни.
13. Вернер фон Браун: Фейерверк, который долетел до Луны
Отец американской космонавтики начал свой путь к звездам с шумного скандала на берлинской улице. В 12 лет Вернер фон Браун еще не проектировал ракеты «Фау-2» и «Сатурн-5», а просто хотел проверить — можно ли разогнать фургончик с помощью сигнальных петард.
Эксперимент, проведенный на оживленной Тиргартен-аллее, едва не закончился катастрофой: игрушечный автомобиль, извергая искры и дым, врезался в толпу прохожих. Юного изобретателя забрали в полицейский участок, и только высокое положение отца-министра спасло будущего конструктора от серьезных последствий. Но страсть к ракетам уже въелась в него навсегда — особенно после того, как в 13 лет мать подарила сыну телескоп. С этого момента Луна стала не просто светилом в небе, а целью жизни.
Впрочем, не небом единым. Фон Браун получил серьезное музыкальное образование, брал уроки у знаменитого композитора Пауля Хиндемита и всерьез рассматривал карьеру пианиста. Он мог часами играть Баха и Бетховена по памяти, а его юношеские сочинения критики находили удивительно похожими на работы учителя. Музыка и ракеты шли рука об руку: если первые требовали точности попадания в ноты, то вторые — точности попадания в небо.
И кто знает, что именно толкнуло мальчика с фургончиком петард к созданию двигателей, которые позже доставили человека на Луну, — упрямство, музыкальный слух или подаренный матерью телескоп. Но факт остается фактом: иногда великие открытия начинаются с хулиганства, за которым приходят родители в полицейский участок.
14. Константин Циолковский: Гражданин Вселенной
Калужский мечтатель, оглохший в десять лет и не получивший систематического образования, стал главным философом космоса. Константин Циолковский не просто выводил формулы реактивного движения — он населял Вселенную ангелами, разговаривал с ними и искренне верил, что люди будущего сами превратятся в лучистые существа высшей энергии.
Увлечения Циолковского поражают диапазоном. Как физик-экспериментатор он строил первые аэродинамические трубы («воздуходувки») из подручных материалов. Как инженер — проектировал цельнометаллические дирижабли и запускал бумажные шары, едва не устроив пожар в Боровске. Как философ — писал трактаты о переселении душ и читал Евангелие сквозь призму материализма. Но главной его страстью всегда оставалось небо.
В 1893 году на страницах журнала «Вокруг света» вышел фантастический очерк «На Луне» — задолго до первых полетов Циолковский описал невесомость, ощущения космонавта и вид Земли из космоса. Он придумывал сюжеты о межпланетных путешествиях, потому что иначе не мог: космос жил в нем независимо от формул.
Был у Циолковского и вполне земной способ отвлечься от бедности и непонимания — велосипед. В 1902 году он в два дня научился кататься на старой машине, а позже купил знаменитый «Дукс» и гонял на нем по Калуге до глубокой старости. Зимой пересаживался на коньки и сооружал парусные салазки для катания по льду. Играл в городки, бегал в салки — считал, что отдых должен служить творческому росту.
Глухой учитель в перелицованной одежде, которого коллеги считали чудаком, а соседи — сумасшедшим, он поднимался в свою мастерскую и становился свободным. Потому что знал то, чего не знали они: «Земля — колыбель человечества, но нельзя вечно жить в колыбели». Сегодня эти слова цитирует Илон Маск, запуская ракеты на Марс, а сам Циолковский наконец получил то, что хотел при жизни, — стал «гражданином Вселенной».
15. Джон фон Нейман: гонщик без прав и душа компании
Он был умнее Эйнштейна — во всяком случае, так считали в Принстоне. Создатель архитектуры современных компьютеров и теории игр, фон Нейман обладал феноменальной памятью: мог цитировать наизусть 45 томов истории или «Фауста» Гёте спустя годы. Но коллеги знали его не только как гения, но и как завсегдатая берлинских кабаре и короля вечеринок.
Главное хобби фон Неймана пугало окружающих больше, чем его ум. Не имея водительских прав, он обожал гонять на автомобилях, регулярно разбивая их об деревья. Местный перекресток в Принстоне неофициально назвали его именем — слишком часто он там врезался, пытаясь на ходу рассчитать оптимальный маршрут. «Деревья мелькают стройными рядами, и вдруг одно преграждает дорогу. Бац!» — объяснял он.
Фон Нейман доказал: гениальность не обязана быть скучной. Можно создавать теорию игр, играть в ночных клубах, цитировать древних греков и разбивать машины — и оставаться человеком, без которого не было бы ни ядерной бомбы, ни вашего смартфона.
Что объединяет всех этих людей? Они не загоняли себя в рамки одной специальности. Хобби было для них не просто развлечением, а способом перезагрузки, который помогал совершать великие открытия.
А какое хобби есть у вас? Может, вы в свободное время пишете картины или собираете дроны? Пишите в комментариях!
Подписывайтесь на канал Multistars.ru — у нас ещё много невероятных историй!