Студия Андрея Малахова, в кресле напротив ведущего сидит хрупкая женщина с пронзительным взглядом, ей 87 лет. Она говорит тихо, но каждое слово врезается в память.
— Я всё отдала кино, всё! — голос актрисы дрожит. — Даже детей, которых могла бы иметь.
В студии повисает гробовая тишина. Андрей Мартынов, сыгравший в «Вечном зове» вместе с ней, украдкой вытирает слезу.
Зрители, замершие у экранов, впервые слышат страшную правду: та самая Анфиса, которую полстраны любило как родную, уже много лет живет совсем одна, в пустой квартире – без мужа, без детей и родных людей.
Как же так вышло? Где ее семья? Где те, кто клялся ей в любви на премьерах? И почему народная любимица, собравшая миллионы у экранов, в свои 87 оказалась в полной изоляции?
Детство, которое не забыть
Октябрь 1938-го, город Льгов под Курском. В семье танкиста Петра Бохонова родилась девочка Тамара. Вскоре грянула война, отец ушел на фронт в первые же дни и не вернулся. Сгинул где-то в кровавой мясорубке, оставив жену с крохой на руках.
— Мы жили так бедно, что я повзрослела в шесть лет, — признавалась позже актриса.
Мать, чтобы выжить, вышла замуж во второй раз. Так у Тамары появился отчим Сёмин и новая фамилия, которая позже прогремит на всю страну, но детство кончилось так быстро, будто его и вовсе не было
После семилетки — работа в библиотеке, днем она выдавала книги, вечером бежала в школу для рабочей молодежи. Именно там, за учительским столом, сидел никому не известный Булат Окуджава.
— Он открыл нам мир, где слово — это оружие, — вспоминала Сёмина. — Я влюбилась в литературу и впервые подумала: может, я тоже смогу говорить так, чтобы меня слушали?
Бунтарка, бросившая вызов матери
Получив аттестат, Тамара поступила в педагогический в Калуге. Мать вздохнула с облегчением: дочь получит профессию, будет учительницей, все как у людей, но судьба уже состроила свои планы на эту семью.
В местном драмкружке пожилой режиссер, увидев Тамару на сцене, схватился за сердце:
— Деточка, ты что здесь делаешь? Тебе в Москву надо! Во ВГИК!
Она отмахивалась, но режиссер наседал, преследовал её после репетиций, уговаривал и однажды Тамара сдалась. Забрала документы, одолжила у знакомых 100 рублей (бешеные деньги по тем временам) и села в поезд.
Мать, узнав, поставила ультиматум:
«Провалишься — домой не возвращайся!»
Для женщины, пережившей войну и голод, актерство казалось блажью, почти позором.
Тот самый троллейбус
Москва встретила провинциалку ледяным ливнем. Промокшая до нитки, растерянная, Тамара запрыгнула в первый попавшийся троллейбус и от усталости провалилась в сон, очнулась на конечной остановке.
Вышла, оглянулась — и обмерла. Прямо перед ней возвышались корпуса ВГИКа и киностудии имени Горького.
Мистика? Судьба? Она сама не знала. Но когда зашла в приемную комиссию, ей сухо отрезали:
«Набор закончен, опоздали».
Вылетев на улицу, Тамара села на лавочку и разрыдалась. Ночь она провела под открытым небом, понимая, что мечта рухнула. Утром, опухшая от слез, она снова пошла бродить вокруг института.
И тут из дверей вышел пожилой мужчина в строгом костюме, увидел заплаканную девушку, остановился.
— Вы что здесь делаете? — спросил он строго.
Она, всхлипывая, рассказала, мужчина оказался деканом актерского факультета. Он посмотрел на неё долгим взглядом и вдруг сказал:
— Идемте, прочитаете программу сейчас, посмотрим, что вы за птица.
Она читала так, что комиссия, забыв о правилах, проголосовала единогласно. Так Тамара Сёмина попала на курс к великой Ольге Пыжовой.
«Два Фёдора» и материнское прощение
На первом курсе студентам запрещали сниматься, но режиссер Марлен Хуциев, увидев Сёмину, потерял покой. Ему нужна была именно она для фильма «Два Фёдора». Он ходил к Пыжовой на поклон, уговаривал, убеждал — и добился своего.
Когда фильм вышел на экраны, мать Тамары впервые увидела дочь не на фотографии, а в настоящем кино и все обиды, все жесткие слова, сказанные когда-то, растворились в слезах гордости.
— Мама потом собирала все газетные вырезки обо мне, — вспоминала актриса.
— Она стала моим самым преданным зрителем, мы помирились, но время было упущено.
Анфиса, которую проклинали и любили
Роль в «Вечном зове» стала судьбоносной. Сёмина сыграла Анфису так, что зрители писали ей письма как родной. Одни просили совета, другие проклинали — настолько сильной получилась героиня.
— Мне писали:
«Вы разлучница, вы разрушили семью!» — смеялась актриса.
— А я отвечала:
«Это же роль! Это не я, это Анфиса!»
Но мало кто знал, что сама Тамара Петровна втайне мечтала о комедии. Ей хотелось легкости, смеха, радости и в 1983-м мечта сбылась: она сыграла в фильме «Одиноким предоставляется общежитие».
С Натальей Гундаревой они сошлись сразу. Две сильные, разные, но удивительно созвучные друг другу актрисы.
На съемках между ними пробежала та искра взаимопонимания, которая бывает только у людей, понимающих профессию одинаково глубоко.
— Мы могли переглянуться и уже знать, что скажет другая в следующую секунду, — говорила Сёмина.
А еще был дубляж, голосом Сёминой говорили красавицы со всего мира. Она озвучивала Софи Лорен, Клаудию Кардинале и многих других.
И зрители, затаив дыхание, слушали эти знакомые интонации, даже не подозревая, что за каждым вздохом и всхлипом стоит изнурительный труд.
Единственный на всю жизнь
Свою главную любовь Тамара встретила там же, во ВГИКе. Владимир Прокофьев учился с ней на одном курсе - высокий, красивый, талантливый.
— Я влюбилась сразу, — признавалась актриса. — И, кажется, он тоже.
Мать снова была против — мечтала для дочери о более выгодной партии, но молодые оказались упрямы и расписались на втором курсе.
Володя не просто жил рядом со звездой. Он стал ее опорой, советчиком, самым строгим критиком. Он нашел себя в дубляже, достиг больших успехов, и в их доме никогда не было места ревности.
— Мы разбирали роли, спорили до хрипоты, мирились и всегда поддерживали друг друга, — вспоминала Сёмина.
Это был редкий союз, где два человека дышали в унисон, 40 лет они прожили душа в душу.
Дети
Но была в их жизни рана, которая так и не затянулась. Тамара очень хотела детей, однако врачи поставили страшный диагноз: отрицательный резус-фактор, в те годы это звучало как безапелляционный приговор.
Несколько беременностей закончились ничем.
— Я теряла их одного за другим, — плакала актриса в редких интервью. — Это было невыносимо.
Позже она призналась: возможно, свою лепту внесла профессия. Съемки в ледяной воде, изнурительные физические нагрузки на грани возможностей — природа не прощает такого насилия.
— Мы снимали сцены в холодной воде часами. Никаких дублеров, никаких грелок. Я думала: потом отогреюсь, потом отдохну, а оказалось — потом уже ничего нельзя было исправить, мечта о детях так и осталась мечтой.
Подвиг длиною в жизнь
А потом грянули девяностые: развал киноиндустрии, безденежье, хаос и в этот же период тяжело заболел Владимир.
Болезнь оказалась серьезной, требующей круглосуточного ухода и тогда Тамара, не раздумывая, поставила крест на карьере.
Она ушла из профессии, отказалась от предложений, от славы, от денег - осталась дома, у постели мужа.
— Я не могла иначе, — говорила она. — Это мой человек, я обещала быть с ним в болезни и здравии.
Долгие годы она была ему не просто женой, а сиделкой, медсестрой, ангелом-хранителем, вытягивала его, дарила ему дни и ночи., но в 2005-м Владимир ушел.
Предательство и одиночество
После смерти мужа Тамара Петровна замкнулась. Предложения выйти замуж поступали — такая женщина не могла остаться незамеченной, но она отвергла все ухаживания. Сердце ее навсегда принадлежало одному человеку.
А вот с родственниками случилась страшная история.
Говорят, что актриса сама от всех отгородилась, что она скандальная и нелюдимая. Однако правда оказалась куда прозаичнее и горше.
В интервью 2023 года Сёмина впервые обмолвилась:
«Где они были, когда я годами не спала ночами, ухаживая за Володей?»
«Где были эти "близкие", когда мне нужна была помощь?»
«А теперь они хотят приходить, фотографироваться и делать вид, что мы семья? Нет уж»
Отношения с родственниками, которые не поддерживали ее в годы болезни мужа, сошли на нет. Она не хочет никого видеть, не хочет впускать в свою жизнь людей, которые однажды уже отвернулись.
Сегодня она живет одна в очень скромной обстановке, почти аскетично.
«Не дождетесь» и призраки прошлого
В 2023-м она неожиданно согласилась сняться в сериале с ироничным названием «Не дождетесь». Режиссеры удивились: как уговорили? Сёмина усмехнулась:
— Название понравилось. Тем, кто меня похоронил, посвящается.
А потом она пришла к Малахову - там, в студии, разоткровенничалась так, как не говорила никогда.
О цене, которую заплатила за кино, о потерянных детях, о холоде в павильонах и боли в душе. О том, что до сих пор каждую ночь разговаривает с Володей.
— Я знаю, он слышит, — прошептала она в камеру.
Почему не дали звание?
У Тамары Сёминой есть звание Народной артистки РСФСР, есть ордена, но звания Народной артистки СССР или России она так и не получила.
Почему? Этот вопрос до сих пор мучает историков кино и простых зрителей.
Поговаривали, что виной всему ее независимый характер. Сёмина никогда не ходила с поклонами к начальству, не выстаивала очередей в кабинетах чиновников. Она считала, что награда должна находить героя сама.
Но в советское время так не работало.
— Да бросьте вы про эти звания, — отмахивается актриса. — Моя награда — это люди, для которых мои героини стали родными. Это письма, которые мне до сих пор пишут. Это слезы на глазах, когда меня узнают на улице.
- Да, все это звучит высокопарно и, казалось бы, искренне, но давайте не забывать, что звания, это не только слова, это в первую очередь и финансы, которые получает его носитель, а в 87 лет (как и в любом возрасте) денег лишних не бывает.
Ну ладно, поверим на слово Тамаре Петровне и примем тот факт, что ее главная награда — та самая негасимая любовь народа.
Нынешний день
Сегодня Тамаре Петровне 87, она редко выходит из дома и почти ни с кем не общается, но, когда появляется на публике — зал встает.
В ее квартире тихо, на стенах — фотографии Володи, афиши старых фильмов, пожелтевшие письма зрителей, она перебирает их долгими вечерами.
— Я не жалуюсь, — говорит она. — Я прожила большую жизнь, была любима, любила сама. Сыграла то, что хотела сыграть. Что еще надо?
Она не держит зла на родственников, просто не хочет их видеть. Не держит зла на чиновников, не давших звание.
— Знаете, счастье — это когда ты просыпаешься утром и понимаешь, что ты нужна. Хотя бы себе самой, хотя бы памяти о тех, кого любила, этого достаточно.
Тамара Сёмина ушла в тень, но свет ее таланта до сих пор озаряет наши старые фильмы, которые мы пересматриваем снова и снова.
А как вы считаете, права Тамара Петровна, что отталкивает от себя последних близких людей. Может быть они просто одумались и решили искренне наладить отношения?