Февраль. Асфальт перед «Додо Пиццей» на Воровского в Челябинске — как железный противень из морозилки. Если наступить, то подошва прилипает. На такой плитке и осталась лежать Додобоня. Дворняжка. Маленькая, рыжеватая, непородистая. Полтора года — это её крыльцо. Чипирована, стерилизована, безопасна. Гостей не кусала, курьеров не пугала. Просто жила. Сотрудники кормили её, поили, дали кличку. Был отдельный плед — его стирали. В сильные морозы укрывали. Гости фотографировали, улыбались, иногда оставляли угощение. Это не было каким-то подвигом. Это была просто жизнь одного небольшого коллектива, который придумал себе общую собаку. Потом в начале февраля пришла новая управляющая. Вот здесь я честно не понимаю одного. Я не знаю, какой была её логика. Может, СанПиН. Может, корпоративный стандарт. Может, просто личная неприязнь к дворнягам. Но ультиматум она поставила жёсткий: «Кто укроет собаку — окажется на улице вместе с ней». Красиво сформулировано. Даже рифмуется почти. Михаил раб
Расплата за человечность. А Додобоня всё так же лежит на крыльце «Додо Пиццы»
23 февраля23 фев
173
2 мин